Коснуться души - Опал Рейн

шар приличного размера, и положила его в прямоугольную форму для хлеба. У её металлической пузатой печи была секция для готовки сверху и дверца, которую можно было открыть, чтобы обнажить пылающие внутренности. Она планировала дать хлебу отдохнуть пару часов, чтобы дрожжи и клейковина сработали, но сомневалась, что он будет таким же вкусным, как у пекарей в деревне. Этот очаг не очень подходил для того, что она делала. Ей было всё равно, лишь бы это было съедобно.

— Ничего страшного. Я могу научить тебя играть. У нас их много, они помогают скоротать время, когда ты застрял и нет никого, кроме друг друга. Уверена, мы найдем что-нибудь простое для обучения.

— Ты хочешь, чтобы я остался внутри с тобой?

Маюми обернулась и обнаружила, что он стоит без дела, словно не зная, чем заняться. Он приложил руку к груди и склонил голову набок.

— Конечно, почему нет? Я тут одна с ума сойду от скуки, пока эта буря не уляжется.

Это могло занять несколько дней, а в худшем случае — или в лучшем для Маюми, так как это означало бы их совместное пребывание надолго, — неделю.

— Ты Сумеречный Странник. Ты знаешь, сколько гильдия заплатила бы просто за разговор с тобой?

Фавн фыркнул и скрестил руки, опускаясь, пока не перестал стоять согнувшись, чтобы ему было удобнее. Похоже, ему было вполне комфортно сидеть на корточках.

— Вы, Убийцы Демонов, захотели бы гораздо большего, чем просто разговор. Я знаю, что вы исследуете Демонов.

Её губы сжались в жестокую усмешку.

— И откуда ты это знаешь?

— Люди в прошлом, те, кто пытался поймать меня, часто выкрикивали друг другу приказы. «Взять Сумеречного Странника живым, чтобы мы могли узнать, как он выглядит изнутри». «Спорим, он выглядит как Демон, когда мы его вскроем». Не нужно быть гением, чтобы понять, чем вы занимаетесь.

— Правда? — спросила Маюми с явным любопытством. — Если бы мы наконец вскрыли Сумеречного Странника, ты был бы точно таким же, как Демон?

— Нет. Мы сильно отличаемся от всего живого на Земле.

— Как именно?

Фавн медленно отвернул голову, и она не смогла унять легкое сжатие сердца от этого жеста.

Он думает, что я позволяю ему быть здесь только для того, чтобы узнать больше о его виде и убить их? Это был бы умный ход, и то, о чем ей стоило бы подумать с самого начала, но эта мысль даже не приходила ей в голову до этого момента.

Я просто… хотела узнать о нем побольше.

Она могла бы сказать ему, что больше не является частью гильдии, но тогда пришлось бы объяснять почему. Она не то, чтобы стыдилась причины, но это был тяжелый разговор для беседы с тем, кого она едва знала. И он был кем-то, кто мог этого не понять.

Поскольку он, похоже, не собирался отвечать, Маюми направилась в кладовую, чтобы поискать настольную игру — или любую другую, которая подошла бы.

Какая игра будет самой простой, чтобы получить то, что я хочу?

Ей нужна была такая, которая была бы быстрой, легкой в освоении и не вызывала бы подозрений, если бы она продолжала… проигрывать. Маюми предложила сыграть не просто ради забавы. Снежная буря подала ей идею.

Шахматы? — спросила она себя, тут же покачав головой. Нет, слишком сложно. Сёги?

Она едва не фыркнула от смеха.

Это еще сложнее.

Её отец был большим поклонником сёги. Это игра, похожая на шахматы, но сильно отличающаяся тем, что, как только фигура противника взята, тот, кто её захватил, может снова ввести её в игру. Оригинальная антикварная доска, которую её предки привезли в эти земли, была убрана в специальную шкатулку для сохранности, а её прадед заказал кому-то сделать новую, с которой можно было обращаться небрежно.

Может, тогда шашки? — подумала она, присев на корточки и наткнувшись на них в куче. Она отбросила их в сторону, вспомнив, что в детстве никогда не находила шашки забавными.

Ага! Идеально.

Она взяла нужную игру и вернулась в главную комнату дома.

Маюми замерла.

Фавн стоял в стороне, уставившись в камин; его сферы были поразительно белого цвета. В светящихся сферах на мгновение промелькнула синева, прежде чем снова уступить место белому, но она заметила, что его дыхание стало тяжелым и затрудненным, судя по тому, как поднимались и опускались его плечи.

— Фавн? — осторожно позвала она. Его сферы пожелтели, словно она вывела его из транса, и он повернул к ней лицо.

— Да? — Его морда слегка наклонилась вниз, показывая, что он смотрит на коробку в её руках. — Нашла что-то, во что хотела поиграть? Тебя долго не было.

— Ага. Я подумала, что нарды будут достаточно простыми, чтобы показать тебе. Я любила играть в них, когда была маленькой.

И если она могла играть в них в восемь лет, она была уверена, что у него не возникнет проблем, учитывая, что он оказался умнее, чем она ожидала от Сумеречного Странника.

Она положила игру на пол у камина и подошла к месту, где стояло несколько стульев. За неиспользуемым кожаным креслом, в котором лежал мешок с шерстью, у стены боком стоял маленький кофейный столик.

— Тебе помочь? — спросил Фавн, когда она подняла его сама. Она с грохотом поставила его на четыре ножки посреди комнаты и бросила на него сердитый взгляд. — Похоже, нет.

— Иди, садись здесь. — Она указала на противоположную сторону стола, а сама села на пол. Послушно следуя её команде, Фавн подошел, пока она ставила игру на стол. Она отстегнула металлический замок сбоку деревянной коробки, открывая пятнадцать круглых фишек из светлого дуба песочного цвета и пятнадцать круглых фишек из красновато-коричневого ореха. Там же были два набора одинаковых игральных костей.

Маюми объясняла правила игры, расставляя фишки, отдав ему дубовые, а себе взяв ореховые.

— …и как только ты бросил кости, ты просто выбираешь: хочешь сложить выпавшие числа, чтобы передвинуть одну фишку, или можешь разделить числа на двух костях и передвинуть две разные фишки. Я помогу тебе в начале, если выпадет дубль.

Долгое время Фавн смотрел на игру перед собой. Он сидел, скрестив ноги; его конечности были такими длинными и большими, что колени легко торчали выше стола, в то время как её колени помещались под ним. Она не могла сдержать улыбку: он казался слишком большим для её дома.

Он затмевал всё вокруг — от стола до кубика, который он рассматривал между большим и средним пальцами, и до неё самой. Она была удивлена, что он может втягивать когти,