Коснуться души - Опал Рейн

— Маюми? — крикнул кто-то, заставив её отвести от него взгляд.

— Мне нужно идти, — пробормотала она, отступая от него, несмотря на желание прильнуть. — Если я этого не сделаю, они могут попытаться войти.

— Будь умницей, — сказал он ей, опуская руку, чтобы она могла свободно открыть дверь. То, как кончики его когтей скребнули по твердому дереву двери, вызвало покалывание в ушах. — Жизнь всего, что соприкасается с тобой с этого момента, в твоих руках.

Она не знала, что на это ответить.

— Маюми, ты там? — Голос прозвучал еще ближе, чем раньше. Фавн отступил, чтобы она могла открыть дверь, и она поспешно вышла наружу.

Посреди поляны стояли трое мужчин. Они были одеты в доспехи солдат Аванпоста Кольта с длинными мечами на поясе. У каждого через торс висела сумка.

— Маюми! — крикнул Генри, снимая шлем и обнажая широкую благодарную улыбку. Йошида и Клаус сделали то же самое, сняв шлемы, чтобы показать свои лица; на каждом было похожее выражение.

Клаус был еще одним парнем, с которым она дружила, когда тренировалась в Аванпосте Кольта, готовясь стать Убийцей Демонов.

Это был бледный мужчина с веснушками, которые, казалось, становились заметнее с возрастом. Возможно, это было из-за его рыжих волос, указывавших на то, что он более чувствителен к солнцу, чем другие. Его карие глаза смотрели из-под тонкого и кривого носа, который ломали слишком много раз, и она всегда замечала, что его бледные губы искривлены в постоянной гримасе.

Йошида, сняв шлем последним, показал свои густые, но короткие прямые черные волосы. Его лицо было гладко выбритым, что подчеркивало высокие скулы и острую челюсть. Нос у него был чуть шире, чем у неё, а кожа — темного палевого оттенка. Его черные брови были глубоко нахмурены от беспокойства, как всегда, когда дело касалось её.

Темно-каштановые волосы Генри были коротко выбриты по бокам, но длиннее на макушке. Стрижка была похожа на ту, что у Йошиды, но в юности она помнила его с дредами. Похоже, он сменил стиль, став солдатом, возможно, из-за плотно прилегающих шлемов. Однако его теплая улыбка и приветливые карие глаза не изменились за все годы, что она его знала.

Большинство солдат стриглись коротко для удобства, если могли, или носили длинные волосы, чтобы собирать их в низкий хвост на затылке, чтобы не мешали.

Волосы Клауса были длинными и завязанными именно так; распущенные, они спадали ему на грудь.

— Что вы, ребята, здесь делаете? — ответила она с крыльца, скрестив руки на груди. — Вы никогда не приходите ко мне домой.

Отважиться пойти в лес было для них необычно.

— Мы думали, ты, блять, сдохла, — крикнул Клаус, заталкивая пустую сумку за спину.

Её брови сошлись на переносице.

— С чего бы мне быть мертвой?

— В деревню вернулись двое, Маюми, — заявил Йошида, нахмурившись в недоверии. — Один сказал, что был с тобой, когда увидел Демона в лесу, а второй был так избит, что едва видел! Он сказал, ты что-то услышала.

— Меньшее, что ты могла сделать, это вернуться и сказать нам, жива ты или нет, — добавил Генри, почесывая затылок. — Знаешь, как мы волновались?!

Чувство облегчения накрыло Маюми. Я думала, Фавн мог убить тех людей. Возможно, он отпустил их, потому что она так сделала. В конце концов, она опустила лук, разбудила второго и велела ему идти домой.

Возможно, он также слишком беспокоился о том, чтобы оставить её одну в лесу, ради мести им. Становилось поздно, наступала ночь, принося с собой потенциальных Демонов.

Однако… от неё не ускользнуло, что они сказали: вернулись только двое. Он, должно быть, выхватил мечника из драки и убил его. Она постаралась не злиться из-за этого, так как было слишком поздно, но ей придется сообщить ему о своей новой политике «не убивать людей».

— Нет? — ответила она, поднимая руку, чтобы пожать плечами. — И, если вы так волновались обо мне, почему пришли сегодня, а не вчера?

— Нам пришлось ждать смены караула, — проворчал Йошида, отводя взгляд в сторону. — Мы не можем просто бросить свои обязанности только потому, что волнуемся о тебе, даже если бы хотели.

Маюми вздохнула.

— Справедливо.

Она не могла удержаться, чтобы не окинуть взглядом всех троих — особенно их сумки. Пустые сумки.

— Ты собираешься впустить нас? — спросил Клаус, шагая вперед. — Или просто позволишь нам отморозить члены? Ты знаешь, как холодно в этих доспехах?

Маюми осталась стоять на месте, снова скрестив руки.

— Нет. Я не особо хочу впускать трех грабителей в свой дом.

— Прошу прощения? — воскликнул Клаус. — Что за ответ такой…

— У вас было две причины прийти сюда, — небрежно заявила она, разводя руку ровно настолько, чтобы указать на них. — Я уверена, вы искренне беспокоились о моем благополучии.

Маюми знала этих мужчин. Знала их годами. Они были по-настоящему хорошими людьми, и, если бы не Сумеречный Странник, прячущийся сейчас в её доме, она бы пригласила их внутрь и предложила чаю, чтобы согреться, прежде чем отправить домой.

Они не представляли опасности.

— Однако, — продолжила она, постукивая указательным пальцем в воздухе в сторону каждой из их сумок. — Если бы меня здесь не было, если бы меня сочли мертвой, вы трое имели полное намерение обчистить мой дом от всего ценного.

Губы Клауса сжались, брови нахмурились, в то время как Йошида и Генри отвели глаза от стыда.

— Мы бы никогда не навредили тебе, Юми, — проворчал Генри, прежде чем смело поднять на неё взгляд. — Но…

Маюми слегка усмехнулась.

— Не волнуйтесь. Я знаю, и я понимаю. — Она заставила себя улыбнуться. — Тяжелые времена, верно? Все выживают как могут, и когда здесь лежат бесхозные деньги, трудно их не захотеть. Честно говоря, если бы я умерла, я бы хотела, чтобы именно вы трое ограбили мой дом.

Генри поморщился.

— Ты могла бы притвориться, что не знаешь, — сказал Йошида с легкой усмешкой. — Ты понимаешь, как это унизительно?

— Мы не хотим, чтобы ты думала, будто нам на тебя плевать, — продолжил Генри; его умоляющие глаза показывали глубину его доброты. Он даже шагнул вперед. — Нашей первой надеждой было то, что ты здесь.

Она не сомневалась, что Йошида чувствовал то же самое, но он ненавидел, когда его ловили за чем-то, что он считал неправильным. Вероятно, это было трудное решение, и Клаус с Генри, скорее всего, подтолкнули его к этому.

У Йошиды был пунктик на чести. Генри находился в сложной ситуации, о которой Маюми прекрасно знала. Клаус