Я мама вашего внука, или Как спасти репутацию - Дия Семина

— Да, учитывая, что у многих есть родители…

Наш непростой разговор завершился, как только Марк и Вася вышли на улицу, и брат подбежал ко мне, снова взял за руку и прошептал: «Я скучал по тебе больше всех, ещё по отцу, так жаль, что он умер».

— Да, очень жаль. Но теперь всё будет иначе. Запрыгивай в карету, пора домой.

— Божечки, счастье-то какое, — прошептал мальчик, прикрыл глаза, по-стариковски перекрестился и влетел в карету, чем очень нас рассмешил.

— Поехали, божечки…

Крикнул Дмитрий, и мы помчались обратно в город.

По дороге Вася коротко рассказал свою историю, что после смерти отца мама поругалась со мной, а точнее, с настоящей Таней и не на жизнь, а на смерть ругань была. Тамара пообещала отравить девушку как старую собаку. Было какое-то обвинение в краже, но сути всех «семейных» дел мальчик не помнит. Дом поспешно продали, переехали в Петербург, и какой-то ухажёр мамаши отправил его в пансион для сирот. Больше он Тамару не видел.

— А мы с тобой были дружны?

— Ты очень добрая и меня любила, хотела забрать меня в столицу, поступить в училище на учительницу рисования, или на модистку. Но мама тебя обидела, и я думал, что ты и меня разлюбила.

— Нет, я ударилась головой и всё забыла. А теперь у меня есть маленький сын Даня, Даниил.

— А ты меня больше не любишь? Он для тебя важнее?

Вздрагиваю, смотрю на Марка в поиске поддержки, но вдруг вспомнила такой же разговор, когда-то очень давно со старшим сыном. Он точно так же спросил, буду ли я его любить меньше, если теперь у меня есть маленький.

— У матери бывает и два, и три, и десять детей, и она всех любит одинаково. Но не скрою, некоторые детки не доставляют забот, а некоторые заставляют переживать. Всё от деток зависит и порой кажется, что мама любит кого-то больше, а на самом деле, просто приходится на непослушного чаще ворчать, а на послушного смотреть с благодарностью, мол, спасибо, что не даёшь поводов для расстройства.

— Я буду послушным! — коротко резюмировал Вася, и мы все улыбнулись.

Приехали домой к вечеру. Дмитрий умчался к себе. А мы немного прогулялись, купили в кондитерской пирожных к чаю и поспешили знакомить Васю с Даней.

Перед дверью в квартиру прошептала Марку: «Спасибо тебе огромное за всё, Божечки, какое счастье, что ты есть в моей жизни!»

— Да уж, Божечки… бедный ребёнок, да они все там несчастные. Дмитрий, думаю, наведёт порядок.

— Я в этом уверена.

Мы вошли в мою квартиру, Васю уже предупредили, что он будет жить с Марком, в отдельной комнате со всеми удобствами, а днём может проводить время и заниматься у меня. Мальчик с радостью согласился.

— Даня, мы тебе дядю привезли, посмотри, какой хороший у нас Вася, — вошли в комнату, и Светлана тут же отдала мне хныкающего сына, он никогда на столько времени не оставался без меня.

— Он такой маленький, это твой сынок? — братец посмотрел на меня с недоверием.

— Да, мой сынок, теперь вы для меня оба самые дорогие мальчики.

Приобняла Васю и поцеловала в бритую макушку. Он мне напоминает старшего сына, теперь уже на мне двойная ответственность, но я опытная мать, меня не пугают дети, но пугает то, что предстоит за этих детей ещё основательно бороться.

Думаю, что Тамара, когда выйдет из тюрьмы, не раз о себе напомнит, да и Тимофей скоро объявится, но детям о проблемах лучше не знать.

Весь вечер мы провели вместе, Марк уехал по делам, а когда вернулся, забрал Васю к себе, принять ванну, переодеться, и лечь спать в мягкую, чистую постель в своей комнате.

Мальчик проспал почти сутки. Как сказал лекарь, нервное истощение сказалось, он впервые за долгое-долгое время почувствовал себя в безопасности…

Глава 20. Триумфальное возвращение мужа

Два дня мы без устали занимались делами Васи, приличная одежда, визит к лекарю, освидетельствование синяков. Да, его наказывали, есть следы от ударов по попе и ногам. Я не видела, чтобы не смущать мальчика, но Марк вышел из кабинета лекаря очень злой.

— Все эти данные я отдам Дмитрию Михайловичу, пусть как следует протрясут всю порочную систему, не понимаю, за что можно наказывать такого ребёнка.

— Меня наказали за медлительность, — виновато прошептал Вася. — Мне старшие мальчики не давали спать ночью, а потом…

Моё сердце сжалось от ужаса и боли, теперь уже сама рыдаю, взрослые издеваются над старшими, а старшие над беззащитными, а потом беззащитных лупят вместо того, чтобы разобраться. Я сама уже готова камня на камне не оставить от этой системы.

И не оставлю!

Понимаю, что нам придётся приложить много усилий, чтобы реабилитировать ребёнка. Только бы Марк выдержал эти испытания, мы ещё даже не женаты, его ответственность за Даню понятна, но Вася – это уже моя личная боль. Однако я не заметила хоть какой-то неровной интонации или раздражения в адрес мальчика, наоборот, сам переживший тяготы жизни и несправедливость, Марк прекрасно понимает и принимает моего брата. Да и как его не принимать, спокойнее ребёнка и не найти.

Зато Даня…

Даня с первого взгляда полюбил своего нового лучшего друга. Смеётся от счастья, когда Василий заходит утром в детскую, они уже стали не разлей вода. Просто удивительно, но за пару дней, словарный запас малыша расширился на несколько слов: Вась, мама, ать (играть), папа, ням, тю-тю, дай, сам.

А уж желание ходить стало навязчивым, Даня теперь стремится идти, чтобы получить независимость и играть с Васей по-настоящему.

К нам в гости заехала Наталья Николаевна, привезла подарки Василию и Дане, учебники, прописи, игрушки, всё, что можно найти в этом мире для развития детей. Мы очень много разговаривали, и Наташа настояла, чтобы мы в этом году не отдавали брата в школу, даже такую, где дети только занимаются.

— Я часто бываю в таких заведениях от попечительского совета банка. И дети там разные, у Васеньки травма, он запуган, и это станет поводом для подтрунивания над ним. Посему, пока он не окрепнет, и не поверит в свою новую жизнь с вами, лучше нанять ему опытную гувернантку. У меня есть несколько кандидатур, точнее, не у меня, а у Клавдии Климовны, попрошу её подобрать самого надёжного человека. Про