Уроки Искушения, или Пылающие Сердца Драконов - Деймон Краш

Плевать.

— По запаху, — почти не соврал я.

Действительно, мне подсказали только номер общежития, а дальше дело было за малым. Девчонка совершенно не скрывалась. Есть множество разнообразных чар, артефактов и одорантов, способных скрыть запах тела и сбить дракона со следа.

— Вы меня теперь навсегда запрёте в комнате?

Её голос едва заметно срывался, словно она была готова вот-вот заплакать. И от этого боль в груди стала ещё сильнее, словно кто-то пытался разорвать её на части.

— У вас постельный режим, адептка. И доктор велел оставаться в постели как минимум три дня. Нарушив его указания, вы рискуете…

— Со мной всё в порядке, — выпалила она. — И я уже взрослая, могу сама отвечать за своё здоровье и принимать решения!

— Поговорим об этом дома, — сказал я, чтобы не привлекать к нам лишнее внимание.

Слухи о нас и без того уже пошли по академии. По большей части, конечно, надуманные. Но незачем давать дополнительный повод. Мне-то всё равно, а вот Лейла… Она ещё не понимает, насколько беспощадными бывают драконы.

Мы шли в тишине всю оставшуюся дорогу. А когда вошли в дом, она напрямую пошла в свою комнату, не удостоив меня даже взглядом, словно бунтующий подросток.

Я вздохнул. У меня не было ни детей, ни племянников, только младшая сестра, которая только входила в тот возраст, когда родители начинают ждать ребёнка по вечерам. А потому не знал, как положено в такой ситуации действовать. Но не это раздражало больше всего.

Днище, я же ей не отец! Какой Бездны я должен из-за неё волноваться?

Сказал себе так и пошёл наверх, чтобы постучать в дверь гостевой спальни.

— Что?! — раздался её голос. — Хотите заставить меня учиться? После того, что устроили на лекции? Мало вы надо мной издевались сегодня?

Я сжал зубы, сдерживая раздражение. Она действительно думает, что я получаю от всего этого удовольствие? За какого подонка она меня держит?

За дверью раздался тихий смешок, полный злости и обиды.

— Тогда что? Пришли прочитать нотацию? Сказать, какая я слабая и беспомощная?

Я закрыл глаза, глубоко вдохнул, чтобы не сорваться.

— Я пришёл сказать, что если вы продолжите нарушать предписания, то сорвёте восстановление. А это — не шутки, Мариотт.

Повисла пауза.

— Я сказала, что со мной всё в порядке, — её голос был глухим, но упрямым. — Вы мне не отец.

Эти слова задели больнее, чем я ожидал. Меньше всего мне хотелось выполнять роль отца. Это… сделало бы всё неправильным.

— Верно, — произнёс я твёрдо. — Но мне приходится отвечать за вашу жизнь, хотите вы этого или нет.

За дверью снова тишина. Я уже собирался уйти, когда услышал тихое, едва различимое:

— Я не просила вас.

Я прижался лбом к прохадной поверхности двери. Хотел хорошенько стукнуться о неё, но всё же сдержал этот порыв. Закрыв глаза, я ответил:

— Оставайтесь в постели, мисс Мариотт. Если вы снова нарушите предписания доктора, мне придётся отправить вас в больничное крыло. И там за вами будет круглосуточное наблюдение.

Она ничего не ответила. Тихо вздохнув, я покачал головой и спустился по лестнице вниз, чтобы сварить кофе и почитать свежую газету. Руки сами приготовили на одну порцию больше, и я накрыл его покрывалом стазиса, чтобы кофе не остыл. Насколько я успел узнать Лейлу, она не ложилась рано, и скоро, остыв, сама решит заняться чем-то более продуктивным, чем обижаться.

Решив так, я прошёл в гостиную, сел в кресло и углубился в чтение, то и дело посматривая на часы. Время шло. Лейла не показывалась. Ни звука не доносилось сверху.

— Уснула она, что ли, — пробормотал я, спустя два часа поднимаясь на ноги. Газету я за это время прочитал от корки до корки.

Как бы то ни было, девчонку надо было разбудить, ведь перед сном ей полагалось выпить микстуру, чтобы болезнь не разразилась с новой силой. Я оставлял ей записку с напоминанием об этом, но боялся, что она могла забыть. Поэтому, поднявшись, я сначала тихо постучал, а когда она не ответила, попытался открыть дверь.

Та была заперта. Ничего удивительного. Вряд ли она надеялась, что сможет таким образом не впустить меня внутрь, скорее давала понять о своём нежелании меня видеть.

Что ж, это я мог пережить. Осторожно послав маленький импульс силы в замок, я сдвинул язычок, и дверь легко распахнулась, медленно открыв передо мной погрузившуюся во мрак комнату.

Совершенно пустую комнату с распахнутым настежь окном.

Глава 14

Лейла Мариотт

Я выглянула в окно и оценила высоту.

— Когда ты уже автолевитацию выучишь, — проворчала сама на себя и подёргала шпалеру, на которой разрослась роза до самого второго этажа. Конструкция показалась достаточно прочной, так что я распахнула окно, закрепила створки специальными крючками и влезла на подоконник.

Было страшно. Я всё ещё помнила своё падение с пожарной лестницы и ужас, который мне пришлось пережить за те несколько мгновений. Если бы не куратор…

Стоп, вот о нём сейчас точно в таком тоне думать нельзя! Вместо него мог быть любой другой проходивший мимо дракон, куратор просто оказался поблизости, по чистой случайности. И вообще, я сейчас от него сбежать пытаюсь!

Конечно, ему было не удержать меня в четырёх стенах, если я сама этого не хотела, но попадаться на глаза злобному дракону тоже показалось нецелесообразным. Кто знает, насколько у него крыша поехавшая? А вдруг привяжет ещё? Или, скорее, прикуёт к кровати цепями и кандалами.

Мои щёки вспыхнули теперь уже от другого воспоминания: о том, как он ночью сковал мои руки и навис надо мной совершенно обнажённый. Его тело в мягком лунном свете, бархатный рельеф мышц…

Этот образ немного отвлёк меня от мыслей о высоте и падении, и я решительно перелезла на шпалеру. К счастью, спускаться было невысоко: роза была посажена в высокую клумбу, и от неё меня отделало расстояние всего в несколько шагов. Сам каркас оказался достаточно прочным, не шатался и, к счастью, не издавал никаких дополнительных звуков, которые могли бы привлечь внимание дракона. Так что, несколько раз оцарапавшись о шипы роз, я успешно спустилась на твёрдую землю и бегом припустила в сторону второго общежития.

— Как тебе удалось его уговорить? — выдохнула Марго, когда я, красная и запыхавшаяся, оказалась у неё на пороге. Девчонки уже переоделись и