Блондинка и Серый волк - Марианна Красовская

Агата похолодела. Вот пристал же как банный лист, и что Жоре этому так неймется? Волк придвинулся ближе. Ах, Агата, расползается твоя легенда прямо на глазах, как шитый белыми нитками кафтан! Вон, Рудик догадывается, теперь и маг тоже, выходит, ничуть ей не верил?

И куда ей бежать? А и ладно. Как отец там учил? «Если прижали к стене и бежать больше некуда, смейся в лицо! Пока враг дуреет — есть время на первый удар!»

И она рассмеялась. Красиво так, звонко, обнажая весь ряд белоснежных и ровных зубов, да поигрывая ямочками на щеках.

— Полно вам, Жорж. Или в университетах вас не учили, что такое инкогнито? Наследница древнего рода имеет возможность расслабится, а вы вдруг решили раскрыть ее замысел? Что же, маг королевский, вам нечем заняться? Серьезнее дел, чем любовные похождения высокородной дамы, во всем королевстве больше нет?

Шах и мат вам, дражайшие. Лицо у «Пресветлого» было таким… Агата рискнула и точно попала. Видимо, именно это Луру и ответили там, в неведомой ей еще Уриане. Тигрица, может, была и блондинка, но точно не полная дура. Так, иногда и местами.

— Тем не менее, рад был увидеть вас. Вы уже где-то устроились? Такой… необычной путнице стоит искать жилье в…

— Благодарю, но исчерпывающие рекомендации мне уже дали. Казимир, будь любезен, поправь мне ботинок.

Вот зачем она сейчас это сделала? Он ведь не прислуга ей — оруженосец. Указать его место? Зачем?

Тем не менее, волк повиновался. Под несколько удивленным взглядом королевского мага опустился перед ней на колени, и высокий ботинок поправил, нежно погладив пальцами лодыжку.

— Надеюсь… баронесса, вы не забыли о месте и времени нашей встречи?

— А… Да. В пятницу, в ресторане, то есть завтра?

— Несомненно, дражайшая. За вами прислать экипаж?

Агата покосилась на волка, все еще тихо сидевшего на коленях у нее ног. Коснулась плеча, разрешая подняться. Ей было немного стыдно. Руд должен понять, что для всех окружающих он… прислуга безымянная. Ага, как же! Жозеф Лур застал их в постели вдвоем в той избушке. Так кто такой этот ее оруженосец? От усталости вдруг голова закружилась: она начинала запутываться.

— Да, пожалуй. Я еще не освоилась в вашем Гилоде и даже без лошади.

Маг церемониально кивнул, чуть задержавшись в поклоне, растерянно поискал ее руку глазами, на шаг отвел лошадь, запрыгнул в седло и, развернувшись, уехал.

— Эй, Руд, ты офигел? Вставай давай. Или ты хотел быть удавленным этим… патрульным?

— Не знаю я, что такое твое «офигел», но ботинки воняют.

Он встал, улыбаясь, как ни в чем ни бывало.

Странно, после того… «приключения» в пещере разбойников они словно бы отдалились. Наверное, так и надо. Агата вздохнула, и они быстро пошли. Дел еще полно было.

Домик по адресу, данному лавочником, действительно был мил. И район вполне респектабельный. Первый этаж занимала просторная кухня, столовая, уютная спальня с примыкающими ванной и туалетом (какое счастье, в этом мире они существовали и были вполне цивилизованными). Кладовая, гардеробная. На втором этаже — еще одна спальня, очень светлая, с видом сразу на две стороны: одно окно выходило на городскую улицу, второе — в тенистый маленький сад.

В саду был еще один дом, очень маленький, всего на одну комнату (тоже с малюсенькой круглой ванной и туалетом), в которую вел маленький коридорчик. Как сказал Агате хозяин, это был дом для прислуги.

Вот туда она волка и выселила. Недовольно сопящего и явно рассчитывающего на спальню под крышей.

Тигрица вдруг ощутила, что очень устала от своего спутника. Это вначале ей с ним было весело. А теперь эта его вечная правота, его занудство и вечное «я же говорил» ужасно бесили. Да и голова была занята. Да, Жоржем, в смысле, Жозефом, но для нее сейчас — Жоржем. Взрослый мужчина, загадочный, сильный такой. Его эти взгляды, полыхающие фиолетовыми молниями, мощь, харизма! И смотрел на нее так… довольно недвусмысленно. Очень по-мужски.

Девушка размечталась и очнулась уже где-то на рынке, куда ее притащил всю дорогу мрачно молчавший волк. Оказалось, что он уже и провизию закупил, и договорился с поставщиками продуктов, а привел ее в дом портнихи. И настойчиво тряс, что-то там говоря про размеры. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы вникнуть в его болтовню.

— Скажите, готовое у вас есть что? Ей нужно на завтра, видите ли, баронесса инкогнито. Мы много и опасно путешествовали, а теперь нужно предстать на встрече перед королевским магом. Сами понимаете. Я оплачиваю. Да, и белье. Да, свидание.

Волк разговаривал с портнихой очень уверенно, даже властно. Совсем оборзел, распустила Агата своего оруженосца! Погодите! Он платит? Но как?

— Руд, ты рехнулся? Нам лошадь еще покупать! И тебя одевать, между прочим, или ты так и будешь позорить баронессу?

— Ваша лошадь, моя мечтательная госпожа, стоит на постое в конюшне у ратуши. Кобыла, три года, черно-чубарой масти, быстрая, умная, хищников не боится.

— Ты ограбил короля, признавайся? Откуда такая щедрость?

Волк вдруг подступил к ней очень близко, пользуясь тем, что портниха ушла собирать все то, что можно было предложить им из «готового», и шепотом произнес:

— Пока моя недальновидная госпожа размахивала перстнем перед носом удачливого поклонника, я свой жемчуг приберег. И уже даже продал. На главные нужды нам хватит.

— Ну это же… — она озадаченно посмотрела на Руда, с трудом подбирая слова, — твои деньги, вообще-то. Добыча-то была твоя!

Он усмехнулся как-то очень взросло. Как быстро этот мальчишка становился мужчиной! Или он всегда был таким, просто слегка одичал?

— Я, моя щедрая госпожа, весь ваш, конечно же. Вместе с добычей.

Он подчеркнуто-вежливо ей поклонился и отошел, пропуская портниху вперед.

Нельзя сказать, чтобы Агате понравилось что-то всерьез. Хоть платья и были пошиты отлично, но их придется учиться носить.

Ее мужская одежда здесь, в пограничном Гилоде, не была чем-то необычным или бросающимся в глаза. Боевые магини из знатных семей, регулярно появлявшиеся в приграничье, предпочитали носить нечто подобное. Пожалуй, берцы были совершенно непривычны и рубашка странной расцветки, но портниха решила: ее клиентка так богата, что обувь и ткани выписывала из-за границы.

Фиолетовое платье, первое, в которое Агата бездумно ткнула пальцем, село на нее как влитое — у портнихи был отличный глазомер. Рудик даже восхищенно присвистнул, уставившись на грудь, подчеркнутую низким декольте. Длинное, конечно, шуршащее, со шнуровкой на боках, платье ей очень шло. Ни один маг просто не сможет остаться равнодушным.

Пепельно-голубое ей подсунул назойливый оруженосец, сказав, что под цвет глаз