Жена поневоле, сделка с дьяволом - Кэти Райт

В словах Ренаты было больше смысла, чем в моём желании сделать вид, будто Аурелии не существует.

Но больше всего меня удивило, как Элеттра горячо поддержала подругу.

– Да-да! Ты прямо-таки описала мою мать!

– И что вы предлагаете? Драться за какого-то левого мужика? – я вытерла пальцы салфеткой.

– Раф… – Элеттра посмотрела на меня, как на поехавшую. С удивлением и жалостью. – Но это теперь не «какой-то левый мужик», а твой муж.

Я задумалась.

Моя мать была несчастна в браке. Отец постоянно светился в прессе с какими-то жрицами любви и позорил её перед всеми знакомыми.

Хотела ли я себе подобной участи? Конечно, нет.

Но как я могу заставить Фауста избавиться от Аурелии?

– Может, для начала стоило бы с ним переспать? – будто прочитав мои мысли заговорила Рената. – Что ты на меня так смотришь? Он же не от большой любви к ней бегает!

Вот тут Рената ошибалась.

Разве можно было встречаться так долго, ничего не испытывая к человеку?

– Я сказала ему, что у нас ничего не будет без необходимости.

– По-моему, если какая-то девушка хочет унизить тебя и продолжить спать сс твоим мужем – это веский повод. – поддакнула Элеттра. – Когда меня отправили в католический институт, то падкость мужчин на секс было главным аргументом. Мама говорит, что они – животные, только в дорогих костюмах.

Я сокрушенно опустила голову, когда в патио вошел Марко. Новая заноза в заднице и телохранитель, которого приставил ко мне Руджери.

Энцо был разжалован обратно в дом Калабрезе, Фауст сказал, что не доверяет ему.

Марко было чуть за тридцать. Раньше он был тренером по боям без правил, а потом встретил Фауста.

В отличие от Энцо, Марко любил поболтать. За одно только утро и три часа после знакомства он успел растрепать мне всё о наших ближайших соседях.

– Миссис Руджери, я привез оставшиеся вещи. – отчитался Марко, удивленно замерев в дверях патио. – Добрый вечер, дамы. – он почтительно склонил голову.

– Я могу переспать с твоим телохранителем? – ни с того ни с сего выдала Рената и глаза Марко стремительно поползли на лоб.

– Марко, это Рената Фальконе и Элеттра Ринальди. Рената, никто ни с кем спать не будет. – добавила я с укоризной.

– Кстати насчёт это, миссис Руджери… – Марко неловко закашлялся и отвёл взгляд. – Мистер Руджери написал мне, что сегодня переночует в квартире на Санта-Лукреция. Просил переждать вам, чтобы вы его не ждали.

Я взглянула на Ренату и Элеттру. Они всё поняли без слов.

Только что Аурелия Ричи победила меня со счётом один-ноль.

Глава 23

Прошло четыре дня с того момента, как мы вернулись в Милан. Я знала, что Фауст приходил домой пока я спала лишь потому, что утром находила его вещи в корзине для грязного белья.

В пятницу это были джинсы и серая футболка, в субботу – брюки и тонкая льняная рубашка, в воскресенье – спортивные штаны и толстовка.

Правда, и эти призрачные следы очень быстро стирала наша домработница Розария.

Она была милой дамой чуть за сорок с высоким хвостом и добродушной улыбкой.

На этом её плюсы заканчивались. Когда Розария приходила в дом Руджери, то температура падала на несколько градусов, а её гневные вздохи говорили сами за себя – она ненавидела не только свою работу, но и меня.

Я часами сидела на кухне, листая статьи об Аурелии Риччи. Она стала моим маленьким помешательством последнюю неделю. Розария готовила ужин и, судя по количеству ингредиентов, мне вновь предстояло провести вечер в одиночестве.

Проигрыш в сумасшедшей войне, объявленной Аурелией, ощущался пеплом на языке.

Впервые в своей жизни я поймала себя на мысли о том, что со мной было «что-то не так».

Я часами стояла перед зеркалом, ища недостатки, а после вновь проваливалась в пучину нескончаемой скуки.

Марко тусовался в патио, ожидая поручений, которых не было.

Меня не прельщала мысль о походах по магазинам, девочки были заняты.

Рената работала, Элеттра занималась с младшими сестрами, они готовились к соревнованиям по верховой езде, а Маддлен терроризировали родственники Гаэтано Каттане́о.

Моя жизнь сжалась до размера огромного стерильного дома, где мне ни в одном углу не было места.

До четвертого дня.

Фауст пришёл около шести часов вечера. Я в это время уже поужинала и лежала на кровати, листая последние новости светской хроники, чтобы найти упоминание его похождений с Аурелией Риччи.

Это было новой формой мазохизма: не находя «болезненной» информации я добивала себя мыслями о том, что они просто хорошо шифровались.

– Привет. – тихо поздоровался он, но я не ответила. Пару секунд тишины казались вечностью. – Ты со мной не разговариваешь? – уточнил Фауст, облокотившись на дверной косяк. Его тон сочился недовольством.

Я бросила на него беглый взгляд, а после, деланно спохватившись, откинула планшет в сторону и подскочила с кровати.

– О, Боги! В моём доме грабитель!

– Что ты такое несёшь… – Фауст нахмурился и сокрушенно покачал головой.

– Расслабься, я просто уже и забыла, как ты выглядишь. – я прыгнула обратно на кровать. – Давно не виделись, муж. – последнее слово я выплюнула, будто среди любимых апельсиновых карамелек мне попалась клубничная. – Как сам?

Я оглядела Фауста с головы до ног и осталась под приятным впечатлением.

Выглядел он ужасно.

Под глазами залегли тени, а лицо покрывала щетина.

Сегодня он пришел в мятых брюках и пожеванной белой рубашке.

Видимо, Аурелия держала его в рабстве в подвале.

Я проглотила ехидный смешок, когда Фауст рухнул на кровать рядом со мной, закрыв лицо руками.

Видеть его в подобном уязвимом состоянии было одновременно странно и приятно.

– Сегодня презентация проекта, над которым я работал последние несколько недель. – его голос глухо доносился из-под ладоней. – Правительственный. – Фауст тяжело вздохнул и с трудом оторвал руки от лица, а после взглянул на меня. – Будь готова к восьми.

Я подняла бровь, прикусив щеки изнутри.

Мне так хотелось высказать ему всё, что я о нём думала, а там не было ни одного хорошего слова, но что-то внутри подсказывало этого не делать.

Следующие пару часов прошли в войне за владение ванной комнатой. Фауст надолго застрял в душе, а мне пришлось краситься с сырой