Жена вместо истинной. Подмена у алтаря - Кристина Юрьевна Юраш

И в этот момент я понял: я не отпущу ее. Не сейчас. Не потому, что она нужна мне как жена. Не потому, что она замена Аннабель.

А потому, что я хочу видеть, как она ползет вверх. Хочу видеть, как она ломает этот мир. Хочу быть тем, кто стоит у нее на пути. И тем, кто, возможно, однажды подаст ей руку. Или столкнет вниз обратно. И будет смотреть, как она лежит и снова барахтается на дне.

Эта мысль была чудовищной. Порочной.

И она доставляла мне извращенное, темное удовольствие.

Я отвернулся. Резко. Будто меня ударили.

— Можете идти, — бросил я через плечо.

Я услышал, как она выдохнула. Коротко. Резко. Как будто выпустила воздух из легких, который держала все это время.

Шаги. Тихие. Удаляющиеся.

— И да, если вам нужна библиотека, то просто скажите Себастьяну. Я его предупрежу. Он откроет ее для вас.

Дверь хлопнула.

Я остался один в библиотеке. Среди тысяч книг, которые хранили секреты веков. Но ни одна из них не могла ответить на вопрос, который теперь жег меня изнутри.

Почему мне было так хорошо рядом с ней?

И почему это чувство было похоже на начало конца?

Глава 50

Дверь моей комнаты захлопнулась, отрезая меня от эха его шагов, но не от того странного, липкого жара, который полз по венам.

Я прислонилась спиной к холодному дереву и закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле, сбивчиво и громко, как пойманная птица.

Это был не страх. И не та чистая, звенящая радость от осознания того, что магия возвращается — хотя и она тоже была здесь, тихим фоном, похожим на гудение высоковольтных проводов перед грозой.

Это было нечто другое. Тягучее. Опасное.

Он назвал меня «бесполезной».

Он сказал, что моя свобода — иллюзия.

Его голос звучал как скрежет камня о камень, грубый и насмешливый.

Но он дал мне ключ. Доступ к библиотеке. К тем знаниям, за которыми охотники за редкостями готовы убивать. К трактатам, которых нет даже в закрытых архивах Имперской Академии.

Я скользнула вниз по двери, оказавшись на полу, и неожиданно для себя улыбнулась. Уголки губ дрогнули, разрывая привычную маску покорности.

Меня все еще трясло — мелкая, нервная дрожь в кончиках пальцев, — но внутри разгоралось предвкушение.

Академия подождет. Башни с их строгими уставами и лекциями никуда не денутся. А вот эти книги… Они были здесь и сейчас. И я не уйду, пока не выучу каждую букву, каждый символ, каждую формулу, начертанную в этих фолиантах.

В голове роились названия: «Анатомия узлов», «Канон запрещенных связок», «Хронология возврата». Сердце гулко ударилось о ребра.

Ужин мне принесли в комнату.

Себастьян молча поставил поднос, бросив быстрый, оценивающий взгляд на мое лицо, но ничего не спросил.

Еда казалась безвкусной. Я механически проглотила несколько ложек супа, чувствуя, как тепло растекается по желудку, но мысли были далеко. В темных коридорах библиотеки. В запахах старой кожи и пыли. На старинных страницах, ветхих и пожелтевших.

Я легла спать рано, но сон не шел. Темнота за окном казалась живой. Я лежала, слушая тишину дома Дартуар, и ждала утра.

На следующее утро я проснулась с четким планом.

— Себастьян, — сказала я, когда дворецкий вошел с завтраком. Мой голос звучал ровно, без вчерашней хрипоты. — Я хочу позавтракать здесь. И после этого прошу открыть библиотеку

Глава 51

Дворецкий едва заметно кивнул.

— Как прикажете, леди Анна. Вам открыть ее прямо сейчас?

— Да, — кивнула я.

Себастьян ушел. Я слышала, как шипит магия, как хрустит замок. И сердце забилось от радостного предвкушения. Может, судьба решила мне улыбнуться? Может, я не зря попала в этот дом? Если здесь есть такая библиотека, то точно не зря!

Пока я ела тосты, запивая их крепким чаем, тишину коридора нарушил звук. Тяжелые, уверенные шаги. Ритмичные. Властные.

Я замерла с чашкой в руке. Это был не Себастьян. Походка дворецкого была бесшумной, скользящей. Он старался не производить много шума, как это делали уважающие себя слуги.

Чем ближе шаги приближались, тем больше я понимала. Это не дворецкий.

Эти шаги стучали по камню, заявляя о праве хозяина.

Адиан.

Он шел быстро. Слишком быстро. Словно ему срочно понадобилось в библиотеку.

Разум шептал: совпадение. Герцог часто работает с документами. Возможно, ему нужны какие-то старые земельные акты или генеалогические древа.

Но тело напряглось. Я одновременно хотела и не хотела этой встречи.

Хотела, потому что адреналин сладко щекотал нервы. Не хотела, потому что понимала: столкновение с ним сейчас, когда мои эмоции так нестабильны, может привести к катастрофе.

Магия, пробуждающаяся во мне, реагировала на сильные чувства. А Адиан вызывал бурю.

Я дождалась, когда хозяин пробудет в библиотеке ровно столько, сколько ему надо. Потом дождалась, когда к нему придет дворецкий и доложит, что пришел Валькарт. Я подождала еще немного, когда тяжелые шаги стихнут где-то в глубине дома, и только тогда быстро вышла из комнаты.

Библиотека встретила меня полумраком и запахом сандала. Высокие стеллажи уходили в тень, создавая лабиринт из знаний. Я не стала тратить время на изучение полок. Я знала, что мне нужно.

Три минуты.

Я схватила тяжелый фолиант в кожаном переплете — «Теория резонансных связей» — и прижала его к груди, поглаживая как котенка. Ткань платья шуршала, когда я почти бежала обратно в свою комнату. Дверь закрылась с тихим щелчком. Замок повернулся.

Спустя десять минут я услышала, как герцог снова проверяет библиотеку. Шаги стали медленнее.

Я сидела на полу, спрятав книгу под подушкой, и слушала. Тишина вернулась, но теперь она была другой. Наэлектризованной.

Глава 52

Книгу я вернула той же ночью, когда дом спал. Я ее дочитала. И даже сделала себе пометки. А теперь ее предстояло вернуть на полку.

Тени в коридорах казались длиннее, а воздух — гуще. Я действовала тихо, как тень, которую сама когда-то изображала.

Так прошло несколько дней.

Прошло несколько дней.

Моя комната начала меняться. Или, вернее, меняться начала реальность вокруг меня.

Сначала это были мелочи. Стакан с водой на тумбочке начал дребезжать, когда я злилась на очередную порцию равнодушия родителей в своих мыслях. Затем огонь в камине вспыхивал синим пламенем без моего приказа, стоило мне почувствовать приступ тревоги.

А вчера утром я проснулась и увидела кресло.