Марь Иванна и очень плохой дракон. Поварская школа попаданки - Юна Рунова

Вот ведь гад какой! Он точно не спроста меня позвал, только хочет, чтобы всё по его было, чтоб только по шёрстке, и в рот заглядывали.

— Может быть, хватит себе цену набивать? Я и так прониклась. Вы, похоже, нашли выход из ситуации. Уж не знаю, какой у вас мотив. Жилось же вам спокойно во всей этой грязи и безденежье, — ответила я ровно. — Может, вы боялись Леграна, а теперь, когда вас есть кому защитить, воспрянули как Марта?

Я била наугад, рассчитывая поддеть эту гору печали и лени. И когда Анри бросил на меня испепеляющий взгляд, поняла, что попала в цель!

— Пигалица! — рявкнул повар. — Пигалица и есть! Да что ты можешь понимать! Я не вмешивался лишь потому, что Морису было плевать! Всем вокруг было плевать! И Марте твоей козе пучеглазой тоже плевать было, хоть она к Морису и неравнодушна! Такая же телица, как и все, куда пнули — туда и полетела! — он вскочил на ноги. — Никогда не смей обвинять меня в трусости!

Ох, ты ж, боже мой! Как разорался аж пена у рта!

— Тогда докажите, что я ошиблась! Поддержите меня, встаньте рядом со мной! Давайте вместе отстоим этот трактир! Я знаю, что почившая супруга мсье Солана восхищалась вашими кулинарными изысками, что она уважала вас. Значит, было за что, я уверена. Я дала слово мсье Солану, что сделаю из этого места ресторан, в котором захочет отужинать сам король. Помогите мне! — запальчиво проговорила я.

Анри с минуту смотрел на меня, не моргая, а потом разразился громким смехом:

— Я и так планировал предложить помощь, но после твоих слов о ресторане и короле, — он вытер скатившуюся из уголка глаза слезинку. — Стоит к тебе внимательно присмотреться, может, ты того, — он сделал характерный жест рукой, — а мы с Томом выдумали себе чуть ли не новую святую Анну!

— Сами вы того! На кухне жуткий беспорядок, а ваш помощник отходами прикармливает крыс! Варите баланду из объедков, которые вам бросает Легран, сделали из своего хозяина посмешище, над которым мало того, что сами смеётесь, так ещё и молодёжи позволяете! — ответила я и с отвращением посмотрела на стоящий неподалёку грязный котёл. — Либо говорите, что за помощь вы можете предложить, либо я ухожу! Завтра меня заберёт Легран, а вы так и останетесь на своей вонючей кухне среди отходов и крыс!

— Раз такая умная, пошли! — со злостью воскликнул Анри.

— Куда? — удивилась я.

— К мадам Пажу. Она у нас теневой квартальный и под ней все воры, попрашайки и бандиты, все гулящие девки и прочая кодла. Не забоишься? — усмехнулся Анри.

Пажу, Пажу, что-то знакомое! О, у неё притон на Сырой улице! Ого!

— А без этого никак? — я потёрла виски, от усталости меня уже давно клонило в сон.

Анри хмыкнул:

— Никак, мамзель пигалица. Либо к старухе либо жди вечернего свидания с Леграном, — сказал он и заулыбался довольный тем, что загнал меня в угол.

— Хорошо, я согласна, но прекратите меня называть пигалицей! Иначе я придумаю вам такое прозвище, что весь Кривой квартал забудет ваше настоящее имя! — отозвалась я резко.

Пришлось идти за тёплым жакетом и переобуваться из домашних туфлей в ботинки на шнурках. От возбуждения сердце так и заходилось в груди, а дрёму как рукой сняло. Сама не верила, что иду прямо в пасть к местному авторитету, или как называют подобных женщин? И ведь вся эта шальная братия признала женщину, несмотря на царящие тут глупые порядки. Видать, эта старуха Пажу очень не проста. Я в девяностые на таких вот королей на неделю насмотрелась: сегодня он в ресторане кутит и деньгами сыплет, а завтра уже в сырой земле. Конечно времена разные, но люди везде одинаковы, как бы ни считал кто себя особенным.

Анри уже ждал меня внизу, его массивная фигура в темноте напоминала вышедшего из бора медведя-шатуна. Где он только раздобыл такой огромный плащ? Жуть. Если бы я не знала кто передо мной, то испугалась бы не на шутку, а так даже немного взбодрилась. С таким провожатым и по ночным улицам идти не страшно.

Повар всю дорогу молчал и вообще был угрюм и задумчив. Я даже на мгновение запаниковала: вдруг он ведёт меня прямо к Леграну? Я ведь так просто доверилась ему! Но что-то внутри противилось таким мыслям: не похож Анри на коварного обманщика. Хотя, с другой стороны: избавится от меня и заживёт как прежде.

Вся погружённая в свои сомнения и опасения я тоже шла, молча, стараясь хоть как-то запомнить наш извилистый путь. В Кривом квартале не было фонарей и патрулей городской стражи, здесь сумрачно и тихо. Я даже взвизгнула, когда из очередной подворотни вышли три тени и направились прямо к нам. По размерам эти «тени» не уступали Анри, и мне стало жутко.

— Не боись, мамзель, это Том с друзьями, — усмехнулся Анри.

Мужчины с нами поравнялись, двое из них пристроились в хвосте нашей процессии Большой Том и Анри впереди, ну, а я как под конвоем. Какие они тут все рослые да крепкие, захочешь оглушить — ищи не палку, а дерево!

— Добрый вечер, маленькая мамзель. Верно сделали, что согласились. Мадам хоть и строгая, но справедливая. Никто не хочет, чтобы трактир снесли, — обернувшись, сказал Большой Том.

Я на мгновение зависла: как снесли? Кто хочет снести трактир? Да, он в ужасном состоянии, и мне там не особо рады, но я уже решила, что изменю это место и помогу этим людям и себе заодно, а тут кто-то хочет его снести?

— О чём вы, Том? — спросила я в ответ.

— Потерпите, мамзель. Скоро на общий сбор придём, и тогда всё узнаете. Или может, передумали? Боитесь? — с усмешкой спросил он. — Так вы не бойтесь! Весь Кривой квартал знает, что вы под моей защитой, а я словами не бросаюсь.

Я лишь кивнула в ответ, понимая, что всё не так просто. Кто вообще такой Большой Том? Куда именно я иду? На совет местных головорезов? Хорошо, что кошелёк оставила дома, а то обдерут ещё как липку.

Мы петляли дворами ещё минут десять, а потом вышли к набережной.