Отец подруги. Ты моя - Анастасия Сова

Но я заставляю их так и остаться внутри. Не позволяю ни одной пролиться.

– Тамерлан, верни одежду.

Я все еще надеюсь, что Хасанов сейчас передумает. Скажет, что согласен. Или даже просто трахнет меня снова. Я буду ненавидеть его за это, но так сильно этого хочу.

А он лишь какое-то время наблюдает за мной, чтобы потом выйти из спальни.

Сильно кусаю губу, чтобы причинить себе боль и отвлечься от желания разрыдаться. Делаю это, пока мужчина не возвращается в спальню с моими вещами. И с пакетом, на котором красуется логотип магазина, где я работаю. Мне не нужно гадать, чтобы понять, что там лежит то самое белье.

– Дверь просто захлопни, – без каких-либо эмоций произносит отец Яны и снова покидает комнату.

А я так и сижу, точно приросла к месту. Слышу его шаги в коридоре, а потом, как громко хлопает входная дверь.

Вот и все.

Все.

Но, видимо, на что-то большее, чем просто «подстилка», я и не гожусь.

Глава 36

Мила

Три дня спустя

Из квартиры Тамерлана я ухожу не сразу.

Не знаю, чего ждала тогда, но просто не могла пошевелиться. Старалась не плакать и долго смотрела в одну точку.

Потом кое-как сгребла всю одежду, оделась и, точно зомби, выбралась из квартиры.

И ощущала я себя примерно так же. Пустой внутри. И будто не здесь.

Помню, как шла по улице, словно в полной тишине. Медленно. Наблюдая за тем, как проносятся рядом прохожие. Как спешат куда-то тысячи машин.

Но я постаралась как можно быстрее взять себя в руки. Жизнь не заканчивается. И я обязательно еще встречу того самого. Просто это не Тамерлан. Необходимо смириться.

Увольняться из магазина я не стала. Мне нужны деньги. И я не настолько глупая, чтобы отказываться от шанса. Который я, кстати, оплатила своим телом. Так что… все честно.

– Да что с тобой такое? – не выдерживает Яна, когда мы с ней встречаемся в кафе. К ней в гости я идти категорически отказывалась. А к себе некуда приглашать – сама на птичьих правах живу у Даши. Но обещала съехать, как только получу зарплату. – Твоя кислая морда уже реально напрягает. Не рассказываешь ничего, и меня это бесит!

– Ладно, – сдаюсь я.

Может, правда легче станет, когда скажу?!

– Пока мы с тобой были в ссоре, я познакомилась с парнем.

Естественно, рассказывать про секс с ее отцом я не стану.

– Интересненько…

Закатываю глаза. По виду подруги ясно – она теперь с меня живой не слезет.

– Но он меня бросил.

– Вот же козел! – вполне справедливо отзывается об отце Яна. – А секс был? – она быстро переключается на то, что, я уверена, интересует ее больше всего.

– Был, – признаюсь честно. И даже киваю для убедительности.

– О, Боже! – глаза подруги загораются. По-моему, она даже забывает, что этот «парень» меня вообще-то бросил. – Я хочу знать все подробности!

Радуюсь, что хотя бы об этом могу рассказать Яне. Что не девочка больше. Тяжело держать было в себе. Жаль, конечно, что вся моя история от начала и до конца – выдумка. А хотелось бы поведать, как гадко было в сауне. Как страшно и… киска вдруг сжимает от мысли о том, как я кончала от ласк Тамерлана. И я ненавижу себя за то, что то и дело возвращаюсь к тем моментам.

– Давай его отпиздим? – после моего повествования, прищурившись, предлагает Яна.

Усмехаюсь. Сразу себе это представляю.

– У папы, наверняка, есть головорезы на так случай. Пусть пришлет их.

Вот тут я уже едва сдерживаюсь, чтобы не заржать. Представляю, как Хасанов просит своих парней отметелить его, чтобы неповадно было.

– Да что?! – недоумевает Яна. – Я ведь серьезно!

Мне с трудом удается уговорить ее не звонить папе. Хотя, я предпочла бы вообще никак не упоминать его имя. Даже вскользь.

А еще не понимаю, когда успела так втрескаться. Кажется, это произошло еще несколько месяцев назад, стоило только раз кончить. И, если честно, от этого мне только гаже. Может, я и правда шлюха какая-то, жадная до члена?

На следующий день моя рабочая смена, и я приезжаю в бутик. День начинается, как обычно. Наташа часто берет удар на себя первой, особенно, если за покупками приезжают богатые мужики.

Чаще всего они выглядят не очень, но моя напарница, видимо, как сильно стремится выбиться в люди, что ей плевать.

– Старый хрыщ! – обзывает она одного из посетителей, когда тот скрывается от нас на улице. – Даже на чай не оставил, жмотяра!

А мне чуть позже достается какой-то наглый мажор, который считает делом своей жизни – унизить того, кто беднее. Я справляюсь, но после чувствую себя оплеванной. Он, как энергетический вампир выпил из меня все соки.

А еще я узнаю в нем нынешнюю Яну, которая потеряла часть своих прежних качеств в погоне за деньгами Тамерлана. Наверное, стоит поговорить с ней. Как-то вернуть в реальность. Иначе останется у меня ни подруга, а такая вот наглая беспринципная сука.

– Пять минут осталось, – констатирует Наташа. – Ноги пипец как гудят!

– Согласна, – поддакиваю ей. – Надеюсь, до закрытия уже больше никого не будет.

– Я тоже.

Но мы ошибаемся. Не проходит и минуты, как я замечаю за стеклянной дверью в наш бутик мужчину. Это Тамерлан. Мне ненужно всматриваться, чтобы узнать его. Этот образ определю из тысячи.

Он уверенно входит внутрь, но я и не надеялась, что пройдет мимо.

– Ого! – восхищается моя напарница букету, который он держит в руках. Несколько десятков крупный алых роз.

Наташа приосанивается, натягивает на лицо широкую улыбку, хотя, уверена, понимает, Хасанов приехал ко мне.

Я же стою мрачнее тучи, потому что понимаю – мне не скрыться. Поэтому он здесь. В месте, где нет путей отступления.

Сердечные удары подбираются к горлу, а ноги слабеют. Но я держу себя из последних сил, чтобы не упасть в грязь лицом и не растечься лужицей прямо подле его ног.

– Скрылась! – Хасанов грубо командует Наташе, и та мигом повинуется. Прячется в подсобке.

Мы с Тамерланом остаемся наедине, и я пытаюсь сглотнуть комок из страха и предвкушения, что пульсирует в горле.

– Что это? –