Измена. Финальный аккорд - Мари Соль

что её цикламен не столь важен, как фикус. Но я ежедневно любуюсь им. Даже решил подарить Улин фикус кому-нибудь. Отнести в бухгалтерию. У них там мало цветов.

— Давай, лучше, о твоей рукописи поговорим? — обнимает Борис меня за плечо.

— А что о ней говорить? — хмыкаю я безразлично.

— Ты когда книгу закончишь?

— Уже, — отвечаю, — Почти. Осталось финал доработать.

— Ну, дорабатывай! И будем в печать отправлять, — хлопает он по плечу.

— Я тебя умоляю! — тяну, отведя глаза в сторону, — Кому это нужно?

— Тебе! — тычет пальцем в меня, — Да и… Работа хорошая, Марк! По крайней мере, то, что я уже имел удовольствие прочитать, мне очень понравилось.

— Ты не литературовед и не критик. Ты мой друг, и не можешь судить объективно, — машу я рукой.

— Вот именно! Давай выставим её на всеобщий суд, на общественный суд. Вот и станет понятно, чего она стоит. Чего стоишь ты сам, — он опять плещет в рюмку спиртного.

Усмехаюсь:

— За что?

— За успех! — предлагает он тост, — Раз тебе в любви не везёт, то в картах должно повезти, это точно.

Глава 18. Ульяна

Кирилл провожает ребят. Я сижу и смотрю на фигурки у нас на столе. Коллекция пчёлок, размером с половину мизинчика изображает Усю и Бусю во всех ипостасях. В каждой из них скрыта суть. Тут Уся-кокетка, с цветочком в руках, подаренным Бусей, конечно же! Здесь Уся в расстройствах. Либо опять набрала лишний вес, либо с Бусей поссорилась. Тут уже Буся пришёл извиняться, с цветком в правой лапке. А здесь он лежит на спине. Либо спит, либо снова напился нектара.

Эти фигурки нам безвозмездно вручили ребята из сети «Корзиночка». Их придумали мы, а идея внедрить их в продажу принадлежит им. Теперь акция «Собери Усю и Бусю» будет в каждом магазине сети. И это не только в нашем городе. Речь обо всей России! А это… с ума сойти, сколько «Корзиночек».

Я помню, как всё начиналось. Я просто однажды, болтая с Артуром среди рабочего дня в «Тисман Паблишинг», нарисовала на исписанном мною листке забавную пчёлку. Потом появилась ещё одна, уже мужского рода. Так как я решила, что той одиноко сидеть на листочке одной. А затем эти двое стали чудить и, что называется, жить своей жизнью.

Затем появилась история Уси и Буси в книжном варианте. Напечатал её «Тисман Паблишинг». Причём очень большим тиражом! А затем пчёлы ожили в мультике. Теперь же «пчелиная тема» расширилась так многократно, что страшно представить, куда это всё приведёт.

Прогнозы Кирилла сбылись. У нас появился тематический мерч. Рюкзаки с изображением пчёл для школьников, тетради с пчёлами, закладки, открытки и прочее. Пчёлы повсюду! На футболках, носках и трусах. На постерах, в мире эмоджи, в сети. Маркетолог «Корзиночки» обеспечил задел в плане развития бренда. Теперь Усю с Бусей «посадят» на этикетки продуктов торговой сети. На печенье, на мёд, на всевозможные сладости. Возможно, и халва с «Усей-Бусей» появится на прилавках…

Кирилл возвращается:

— Что, любуешься? — замечает, как я переставляю фигурки на столе.

— Ага, — говорю.

Он стоит, сунув руки в карманы. Сегодня на нём светло-бежевый свитер, тонкий с горлом. И брюки по цвету — графит.

— А у меня для тебя есть сюрприз.

— Да? — поднимаю глаза на него, — И какой же?

Он вынимает из ящичка белый конвертик. Мы в его кабинете. У него тут и стол, и компьютерный стул с подголовником. И вид из окна превосходный.

— Это мне? — удивляюсь.

И, заручившись кивком, открываю. Внутри пачка денег.

— Ого, — говорю еле слышно.

— И это ещё не всё, — произносит Кирилл, — Зайди в свой банковский кабинет. Вот прямо сейчас, со смартфона!

— Кирилл, ты пугаешь меня, — усмехаюсь, достав из кармана смартфон.

Захожу… Вижу сумму, от которой мой рот открывается:

— Что это?

Кирилл, опираясь о стол «пятой точкой», стоит и глядит на меня сверху вниз:

— Я решил, что одной суммой будет эффектнее.

— Ты ничего не перепутал? — уточняю, демонстрируя ему свой экран.

Он усмехается:

— Нет! Наш мульт во всех онлайн кинотеатрах стоит в первой десятке. Это деньги с подписок. Плюс мерч хорошо продаётся.

— Я никогда не вникала в продажи, — вздыхаю я, — Маркетинг это, увы, не моё!

— Тебе и не нужно вникать, — отвечает Кирилл, выдвигает стул и садится напротив, — Советую тебе открыть накопительный счёт, положить под проценты. А ещё лучше перевести деньги в доллары.

— Да ну! — усмехаюсь, — Куда я их дену потом?

Кирилл улыбается мне так, будто я сморозила глупость:

— Ты действительно далека от всего, кроме творчества, Уля. И это мне нравится в тебе!

Мне становится чуточку стыдно. Да уж, финансовой грамотностью я никогда не блистала. Артур, кстати, тоже! Да и нечем было распоряжаться. Заработки у нас были так себе. На деньги, которые он накопил с «путешествий» по странам, мы купили машину ему, его маму отправили в санаторий. А мне он обустроил мастерскую для фотографических экспериментов. Кстати, а как там она…

— Это не всё, — вдруг бросает Кирилл.

— Как? — поражённая, я смотрю на него во все глаза, — Сейчас с неба посыплется дождь из золотых монет. Угадала?

Он смеётся:

— Не совсем. Но, надеюсь, тебе это тоже понравится!

Из дальнего ящичка, где у него стоит чай, Кирилл вынимает… халву.

Как-то раз он застукал меня в гардеробе. Я, наверное, так громко чавкала, что не услышать такое было просто нельзя? Признаться, меня пугала перспектива делиться халвой с ребятами. А не делиться не принято! Когда такой большой коллектив. Но халва итак была маленькая. А надпись «Вкусняшка» на ней соответствует правде. Я эту халву обожаю! Я за неё могу душу продать. С тех пор Кирилл вечно меня подкалывал, вспоминая тот случай.

Он кладёт «Вкусняшку» на стол:

— Сейчас чайник поставлю, отметим.

Я чувствую, как мой рот наполняется вязкой слюной. Есть два «деликатеса», любовь к которым во мне пробудила беременность. Это, во-первых, халва. Причём, только такая! Простая, без примесей. А, во-вторых, это шпроты. Да, именно шпроты! Причём, не одни, а в компании чёрного хлебушка, маслица и огурца, обязательно кислого. И всё это вместе, в формате бутерброда, составляет такой удивительно дружный ансамбль, что я умудряюсь объесться ими до умопомрачения, если вовремя не отобрать баночку.

Вот и сейчас, я смотрю на халву, как лисица на сыр в той самой басне. Пленённая видом халвы и не могущая думать ни о чём другом.

Чай «поспевает» достаточно быстро. И вот, открытая Кириллом упаковка демонстрирует нам свою красоту. Он режет её и кладёт на большую