Защитник - Ана Хуанг

— Не могу поверить, что мы здесь уже три часа, — Бруклин взглянула на часы. — Могла бы поклясться, мы только что приехали.

— Знаешь, как говорят: время летит незаметно, когда весело.

Нас окружали шумные подростки и плохая поп-музыка, но мне было всё равно. Это было именно то, что мне было нужно после фото-показа.

— Спасибо за это, — я обвел нас. — Знаю, ты не так представляла себе этот вечер, но я ценю, что ты провела его со мной. Прости, что испортил тебе празднование по поводу предложения о работе.

— Ты не испортил, — сказала Бруклин. — Мне тоже было весело.

Ее обычное игривое раздражение исчезло, и, когда она посмотрела на меня, ее голос звучал искренне, почти застенчиво.

Поп-песня на заднем плане сменилась другой, которая звучала точно так же. Или, может быть, по-другому. Трудно было сказать точно, судя по внезапно забившемуся пульсу.

Мимо нас проносились посетители, направляясь либо к бару, либо обратно к игровым автоматам, но я этого почти не замечал. Все они слились в одну огромную безликую массу позади неё.

Где бы мы ни были и сколько бы людей ни было вокруг, Бруклин могла одним взглядом заставить весь остальной мир исчезнуть. Я не мог объяснить, как и почему. Она просто... делала это.

Её взгляд метнулся к моему рту и снова поднялся. Я сглотнул, горло пересохло. Я никогда раньше не замечал, но прямо над её верхней губой была крошечная веснушка.

Меня охватило желание наклониться и поцеловать ее.

Я опустил подбородок. Губы Бруклин приоткрылись, но она не отстранилась, когда я приблизился к ней. Наоборот, она лишь немного наклонилась ко мне, выражение её лица смягчилось, словно она хотела, чтобы я её поцеловал, и...

И она выиграет пари.

Напоминание о нашем пари обрушилось на нас, словно ледяная вода из пожарного шланга. Я отпрянул, и тепло в моей груди превратилось в лужу.

Желание поцеловать её всё ещё не покидало меня, но я не мог поддаться. Я хотел, чтобы она меня хотела, и мне нужно было, чтобы она сделала первый шаг. Только так я мог быть уверен.

Бруклин выпрямилась, ее щеки слегка покраснели.

— Ты умеешь играть в бильярд? — спросил я довольно резко. — Будь честна. — Я был циничен, но когда дело касалось её, я был ещё и слаб. Я не был готов вернуться к прежнему статус-кво, а до закрытия игрового зала оставалось ещё несколько часов.

Она покачала головой.

— Хорошо. — Я смел крошки от нашей готовой еды на поднос и отнес его в ближайший мусорный бак. Что угодно, лишь бы сбежать от витавшего в воздухе облака разочарования. — Пошли. Вечер ещё не закончился.

ГЛАВА 13

Я не знала, что в зале игровых автоматов есть бильярдная, пока Винсент не указал на неё. Это была не классическая аркадная игра, но нам это сыграло на руку, поскольку мы были там одни.

— Ослабь хватку и держи кий вот так, — Винсент наклонился ко мне, чтобы поправить положение. — Пусть запястье будет свободно свисать. Оно не должно быть выгнуто ни внутрь, ни наружу к телу; оно должно составлять прямую линию с предплечьем.

— Ты уверен? Это как-то неестественно.

— Абсолютно. — Я его не видела, но веселье в его голосе было слышно громко и отчётливо. — Ты хорошо играешь в аэрохоккей, а я – в бильярд. Поверь мне.

— Ладно, — проворчала я. — Но лучше тебе не мешать мне.

Он тихо рассмеялся, и этот звук раздался мне в ухо.

Неловкость, возникшая после окончания ужина, исчезла, но это означало, что я снова стала слишком остро ощущать его присутствие – тепло его тела, запах его одеколона, прикосновение его рубашки к моей спине.

Я стиснула зубы и попыталась сосредоточиться на том, чтобы взять себя в руки. Это было сложно. Предложение о работе, фотография, наш на удивление откровенный разговор за аэрохоккеем и почти поцелуй за ужином – день был полон эмоций.

По крайней мере, мне показалось, что это был почти поцелуй. Флюиды были, и он придвинулся так близко...

Но потом он отстранился, словно обжёгся, и с тех пор не произнес ни слова, так что, возможно, я ошибалась. Возможно, меня поглотила иллюзия близости, возникающая от часов, проведённых наедине.

Так глупо.

Хуже всего было не то, что я ошибочно подумала, будто он хочет меня поцеловать. Хуже всего было то, что я бы ему позволила, несмотря на споры.

Винсент всегда был великолепен, но недавние проблески его уязвимости тронули меня до глубины души. Мир обожал этого игрока, но мне ещё больше нравился его несовершенный человек.

Так, ТАК глупо.

— Хорошо. — Тепло его дыхания скользнуло по моей коже. — Вот так.

Блять. Всё моё тело напряглось, дрожь пробежала по затылку до самых пальцев ног. У меня не было склонности к похвалам, но его голос в сочетании с этими словами творил со мной нечто, чего не мог объяснить разум.

Я даже не знала, кто он такой.

— Теперь ты в идеальной форме. — Он отпустил мою руку и выпрямился.

Ах да. Именно над этим мы и работали, пока мои мозги катились в канаву.

К тому времени, как Винсент обошел стол, с другой стороны, чтобы встретиться со мной, я уже взяла под контроль свои разбушевавшиеся гормоны.

Я встала, и мое лицо приняло, как я надеялась, нейтральное выражение.

— А что, если сделать это повеселее? — Он вытащил свой кий со стены. Если наша недавняя близость и повлияла на него так же, как на меня, он этого не показывал. — Каждый раз, когда один из нас забивает шар, другой должен раскрыть секрет.

— Это кажется несправедливым. Я новичок. Я выдам все свои секреты, а ты будешь сидеть и записывать их в свою записную книжку для шантажа.

Его глаза сверкали от смеха.

— У меня нет книги по шантажу, но спасибо за идею. К тому же, ты разве не слышала о везении новичков? — Когда я отнеслась к этому скептически, он пожал плечами и спросил как-то слишком небрежно. — Или ты всё-таки немного веришь в себя?

Чёрт его