Невеста проклятого герцога - Эва Морей

первым, но оставался рядом до моего пробуждения. А сейчас я могла раскинуться хоть в позу «морской звезды», хоть в позу «умирающего лебедя», совершенно без риска попасть в неловкую ситуацию с горячим драконом.

Сон исчез мгновенно, как только я осознала пустоту рядом.

Я быстро приняла ванну, а потом позвала Лину помочь с платьем. За последние дни мы сроднились настолько, что она научилась определять мое беспокойство по тому, как я морщу бровь, даже когда сама этого не замечаю.

— Лина… а где герцог? — спрашиваю я, хотя она только что узнавала где я намерена завтракать.

— Его Светлость с раннего утра в кабинете, — деловито произносит Лина, вдевая последнюю шпильку. — Даже завтрак велел подать туда.

Сердце у меня екает. Что-то случилось – это было ясно. И, не знаю, имею ли я на это право, но… после нескольких ночей, проведенных вместе, вторгнуться в кабинет герцога кажется не дерзостью, а максимум семейной наглостью. Причем совершенно незначительной. Поэтому я бегу туда со всех ног.

У высоких дверей кабинета меня внезапно настигает конвульсия вежливости. Я отрывисто стучу в двери и тут же сама же их распахиваю. Врываюсь так, что Марена едва не давится воздухом.

В кабинете собрались все. Марена, нахмуренная и собранная. Торн – настолько серьезен, что кажется живым памятником долгу. Лестер – вытянувшийся за креслом, словно на осмотре.

И Рейв… сосредоточенный, мрачный. А еще Ламертин, который мечется по кабинету из угла в угол, как будто ищет место, где можно было бы упасть в обморок наиболее эффектно.

Не тратя времени на церемонии, я выпаливаю с порога:

— Что-то случилось?

Все поворачиваются ко мне. Рейв поднимает взгляд и я впервые вижу в нем плохо скрываемую тревогу.

— Садись, Элира, — он указывает на свободный стул.

Я сажусь. Хотя скорее падаю. Рейв продолжает:

— Ночью приехал гонец. К нам едет представитель Совета. — Он кладет на стол письмо с черной печатью. У меня внутри все медленно перекувыркнулось. — Маги уловили колебания от недавнего разрыва, а еще они собираются проверить, проведен ли ритуал слияния правильно, действительно ли ты моя истинная и… — он сжимает челюсти, — …и правда ли мой дракон пробуждается.

Кто-то тихо сглатывает. Похоже, это я.

— Ну… в конце концов, мы к этому готовились? — пытаюсь бодро сказать, но голос звучит так, будто я проглотила собственный страх и он комом встал у меня в горле.

Лестэр кашлянул, Торн мрачнеет еще сильнее, а Марена смотрит на меня с выражением «если ты сейчас упадешь – я подхвачу, но давай-ка без этого». Рейв вздыхает. Глубоко. Тяжело. Подозрительно так, будто сейчас собирается сказать что-то похуже. Он медлит всего миг, но этого хватило, чтобы у меня под ложечкой заворочался маленький, но очень квалифицированный холодный панический жучок.

— Представитель Совета прибудет сегодня вечером.

— Но… — Ламертин взвился под потолок. — Но он же должен был прибыть через три дня после оповещения! Три! Не один, не два – три! Это… это нарушение всего! Протокола, регламента, этики взаимодействия между инстанциями, нормальных человеческих нервов и…

— Мы в курсе, — мрачно обрывает Рейв.

— Прекрасно, — стонет Ламертин, — значит, я буду единственным в этой комнате, кто паникует профессионально.

Марена игнорирует его всхлипывания и обращается к Рейву:

— Что он хочет проверять первым?

— Связь, — коротко отвечает герцог.

Я прямо чувствую, как у меня внутри нечто сложилось пополам, потом поперек, потом еще раз, на всякий случай. Связь. То самое тонкое, хрупкое… и непостоянное. Новое. Неустойчивое. Неопределенное. И, главное, не так уж просто объяснимое. Я не уверена, что какая-то связь успела сформироваться между мной и Рейвом. Да, он иногда здорово удивлял меня буквально чувствуя мое появление и настроение. Да и я теперь намного тоньше различала его эмоции, но хватит ли этого?

— Но это же… — я пытаюсь подобрать нужное слово, — личное?

— Личное, — кивает Рейв. И впервые за все время его взгляд становится не просто напряженным, а… осторожным. — Очень личное.

Мы переглядываемся, и в этот момент я понимаю: теперь это не просто магия, не просто прорывы, не просто мы двое. Теперь это – политика.

Дальнейший день прошел в странном состоянии. Мы не стали отменять наши рутинные дела, но замок буквально стоял на ушах. Все куда-то бегали, перетаскивали, выстукивали, проветривали, совещались, шипели, проверяли документы, застилали новое постельное белье в гостевых покоях и давали мне инструкции, которые я забывала сразу же после того, как их произносили.

Торн незаметно скользил по территории поместья, пытаясь выискать слабые места в периметре. Или планировал незаметный побег или клад там закапывал. Не знаю, в общем, чем он занимался, но выглядел максимально занятым и загадочным. Лестэр трижды репетировал фразу «Рады приветствовать вас в Торнвейл-холле» и каждый раз спотыкался на слове «рады». Ламертин летал по замку с видом мрачнее тучи и без остановки на всех ворчал и костерил нынешнюю власть. А я…

Я тренировалась с Рейвом под наблюдением Кассандры. Это была единственная часть дня, в которой всё было знакомо. Мы отрабатывали опостылевшие дыхательные практики и стабилизацию потоков. Последнее давалось мне все легче. Магия Рейва больше не обжигала и золотые нити отзывались во мне почти родным теплом.

К вечеру в замке окончательно установилась атмосфера напряженной тишины перед бурей, даже каменные стены будто затаили дыхание. Я решила позволить себе маленькую передышку перед приездом члена совета и все проворонила. Когда я расслабленно вышла из кухни в общий холл после очередной порции кофе, Рейв уже стоял там, спиной ко мне. А прямо перед ним возвышался незнакомый мужчина в длинном черном плаще с капюшоном.

Что-то внутри меня ехидно дергается – еще бы табличку на себя нацепил «злодейский злодей».

Стоило мне сделать шаг внутрь холла, мужчина поворачивает ко мне голову и медленным жестом снимает капюшон. Под ним открывается иссушенное годами лицо, никогда не знавшее улыбок, длинный нос и неожиданно живые глаза. Его взгляд, острый и почти пронизывающий, скользит по мне. А глаза кажутся абсолютно черными. Но может так падает свет. Я спешу спрятаться за спину Рейва, настолько насколько позволяют приличия.

— Элира Ашворт — скрипит советник, не спуская с меня взгляда. Голос у него оказывается таким будто песок пересыпают в железную чашку. — Я – Сайрон Крейл, представитель Высшего Совета. Сегодня вечером мы начнем проверку вашей связи.

И только после этого он