Огонь и Лед - Анна Синнер

– Я бы с радостью женился на Ол’кейне сам, да только я мужчина! Как и твои братья! Бэан’на, он что, урод? Старик, с которого песок сыплется? Нет! Искард Ол’кейне – один из самых завидных женихов на всех драконьих островах. Нельзя потерпеть три минуты ради своего народа?

– Ты отвратителен.

Бьянка отвернулась к огню, когда сзади прилетел неожиданный вопрос:

– Бэан’на, за что ты меня так ненавидишь?

– За что?

– Да. Я тебя когда-нибудь обижал? Я тебя оскорблял, бил? Экономил на тебе? На твоих хотелках? Не бегал в академию каждый раз, когда тебя грозились вышвырнуть из-за неуспеваемости по артефакторике?

Чего не было, того не было. А в академию он действительно носился, когда ректор грозился ее отчислить. Но дело-то не в этом, а в том, что из-за его дурацкой войны с контрабандистами, маниакального стремления навести в Сильвенаре безупречный порядок и полностью искоренить преступность они с братьями потеряли маму.

Правда, Бьянка не смогла ему это сказать. Слукавила:

– Я тебя не ненавижу.

– Мне сделать вид, что я купился? Ладно. Забыли. Давай с тобой заключим сделку. Ты выйдешь за Ол’кейне, а когда мы накажем виновных в гибели твоей матери, я, клянусь, оставлю тебя в покое. Хочешь, хоть в Кессарийском Ханстве можешь поселиться.

Заманчивое предложение. Бьянка повернулась к отцу:

– Прямо-таки клянешься?

– Прямо-таки клянусь.

Русло, в которое свернул их разговор… Она отвлеклась от мыслей про Иллая. Все же судьба родных земель не была ей безразлична.

– А трон? Планируешь царствовать вечно?

– Бэан’на, – отец вздохнул, а в лазурных глазах появился намек на человечность. – Я отдам корону Нейд’не. Но, прошу, пойми. Это не потому, что я в тебя не верю или считаю, что ты не сможешь править Сильвенаром. Скорее наоборот. Я слишком сильно в тебя верю. Знаю, что настанет день, и ты наденешь венец владычицы света, а не какую-то там драконью корону. Владычица не должна участвовать в местечковых разборках. Не твой уровень.

Тот факт, что он отдал свой голос за нее, до сих пор тревожил Бьянку, и она спросила:

– Почему ты не проголосовал против?

Брови отца весьма комично взлетели вверх:

– Боги, да ты и впрямь считаешь меня монстром! Очнись, Бэан’на. Ты же моя дочь. Я желаю тебе только счастья. Ну и величия вдобавок. Такая уж судьба у всей нашей семьи. Обреченные править.

– Счастья? Чего ж ты тогда не полетишь на Фриадан и сам не разберешься с Даль’афэром? Уж тебе-то сил хватит.

Ответа не последовало. Отец выругался и плеснул себе еще вина, а потом и сам принялся разглядывать языки пламени в камине. Повисла тишина, которая Бьянке очень не понравилась:

– Ты что, потерял связь с драконом?

Сначала всадником обзавелся, чем вызвал настоящий общественный резонанс, потом и вовсе начал кружить лишь над столицей, ссылаясь на крайнюю занятость, хотя раньше за ночь умудрялся облететь все свои владения.

– Пока нет.

– Пока? – Бьянка вскочила на ноги и схватила отца за руку, пытаясь почуять зверя. – То есть предпосылки имеются?

На связь никто не вышел, и у нее кровь заледенела в жилах. Она обо всем на свете позабыла. Об Иллае, о скорой свадьбе, о своих обидах:

– Он сдох?

– Ты нормальная или как? – отец обиженно отдернул руку. – Никто пока не сдох.

– Пока? И насколько плохи наши дела?

– Наши дела бывали и лучше.

Ноги у нее стали ватными:

– Что с драконом?

– Спит. Периодически просыпается. Но… Редко. В моменты эмоционального подъема.

Сидеть на троне без дракона равносильно самоубийству. Если кто узнает, их семейству крышка. Удивительно, как никто еще не разнюхал, что к чему…

ГЛАВА 15. ТИРАН

Р’гар Даэр’аэ.

У Р’гара в жизни было правило, которое он никогда не нарушал. Имя ему: не показывать слабости детям. И вот… Чем все закончилось в итоге? Он рассказал дочери о том, что случилось с его драконом. Детали, благо, опустить ума ему хватило, но общую картину Бьянке он обрисовал. И, кажется, он, наконец, до нее достучался. По крайней мере, на союз с Ол’кейне она согласилась, а когда удалилась к себе в покои, с кукольного личика уже исчезла мина глубочайшего презрения.

Бэан’на с детства любила решать задачки со звездочкой, а потому ухватилась за его проблему, как за шанс отвлечься от мыслей о предательстве мужа. Хотя никто ее, конечно же, не предавал. Не зря Амалерия уговорила его лично побеседовать с Иллаем, ссылаясь на то, что юный король Эльсинора – вдумчивый и рассудительный юноша, который сможет его понять. И что повергло Р’гара в шок – Шерган его действительно понял. Пошел в суд и сделал, что требуется, пусть и рисковал потерять Бьянку навсегда, ведь она совершенно не умела прощать.

Теперь он чувствовал свою вину перед мальчишкой. Раз Иллай отказался от всех своих планов и добровольно отпустил Бэан’ну… Похоже, он искренне ее любил, а брак, который так не нравился Р’гару, был не такой уж и фальшивкой. И за это ему было стыдно вдвойне. Разрушить неплохой, по своей сути, союз, разбить сердце дочки… И все почему? Потому что сам он не может разорвать на части тех, кто виновен в гибели его жены, а теперь за спиной у него плетет интриги, предвкушая тот день, когда трон под ним пошатнется.

Повезло, что его враги не знали – трон под ним давным-давно ходит ходуном. Лет уж двадцать как. С того самого момента, когда Ннгар Кайдэ в сердцах его проклял. Демона он не винил. Чего не брякнешь сгоряча, видя, как все твое хваленое войско превращается в лед. Все бы ничего, любое проклятие снимается, да только Ннгар забыл, что именно тогда сказал.

За последние годы Р’гар перешерстил столько трудов по колдовству и черной магии, что с гордостью мог назвать себя дипломированной ведьмой, но ответа не нашел. Не помог и сам Кайдэ, который и менталистам разрешил в памяти своей покопаться, и даже в Сильвенар перебрался, чтобы изучать древние манускрипты демонов, что хранились в библиотеке при дворце, в надежде хоть там найти зацепку.

Толку от всех этих манипуляций было ноль. В памяти у Ннгара – черная дыра, в книгах – сплошная вода, которая к его проклятию никакого отношения не имела. Зверь с каждым днем слабел все больше, и шансов, что Р’гар не потеряет дракона, становилось все меньше.

Полеты над королевством ему пришлось оставить в прошлом, и нынче он кружил лишь над столицей, да и то минут по десять от силы. Это при том, что на спине у него сидел один из лучших менталистов света – Феанор Элларинаэ, король Авалькины и по совместительству его всадник.

Эльф честно платил за то, что когда-то Р’гар помог ему вернуть власть и корону и приходил порталом по первому зову, но удерживать контроль