Ты – моя свобода - Катерина Пелевина

кровати. То я его обнимаю, то он меня прижимает к себе… Стальной хваткой. Скучала… Я смотрю в его глаза. Его аж подбрасывает, если честно. То есть, мужская дрожь явно ощущается… Совсем не так, как было между нами тогда…

— Думала, что в такие моменты ты никогда не нервничаешь…

— Впервые, если честно. Сам в ахуе… — касается моего лица, сжимая мою грудь и ягодицы по очереди. — Не верю, наверное, потому что до сих пор… Что это ты…

Руки просто в свободном плавании… Не могут насытиться. А я пока трогаю только его спину, лицо и плечи, потому что… позволить не могу себе взять и…

— Прости за тот раз, — касается моих губ пальцами, заглядывая в глаза. Я сама пропускаю их внутрь рта. Сама сосу и наслаждаюсь, ощущая, как них живота жалобно стонет и скулит от отчаяния. Он вынимает, размазывая всё это по моему подборку, снова целует, а потом… Спустя столько времени я опять ощущаю его пальцы между моих трясущихся ног.

Господи…

Это нереально просто.

— М-м-м…

— Течёшь, зайчонок… Я пиздец тебя хочу…

— Возьми…

— Возьму… Но ты должна успокоиться… Расслабиться… Дашь мне полизать?

— М?

— Я хочу тебе отлизать… Чтобы ты вообще обо всём забыла… Молчи, — клеймит мой рот новым поцелуем, а потом ласкает языком мою грудь… Опускаясь с поцелуями ниже и ниже… Заставляя тело в его руках извиваться. Под его тяжестью. Под его силой. Мне, наверное, такое и не снилось… Или, наоборот, снилось. Я всё ещё помню, как трогала его член тогда. Наверное, оттого я и перевозбуждаюсь так часто, ведь до этого такого со мной не было.

Как только его губы опускаются до лобка, я уже не я. Совсем себя не контролирую. Мне кажется, от звуков и моих телодвижений кровать куда-то несёт… Вместе с нами. Будто по бурному течению… А потом…

Там и вовсе такое, что я вцепляюсь пальцами в его волосы, норовя их оторвать, и выгибаюсь, издав какой-то странный звук, от которого, наверное, могут лопнуть все стёкла в этой квартире…

— Вкусный мой зайчонок… Я так и знал…

— Господи… Боже мой… — бормочу себе сбивчиво под нос, пытаясь дышать, но не получается. Всё через раз. На секунду другую я вообще перестаю пытаться. Лишь тону в море ощущений, что он мне даёт. Скольжу пятками по его голой спине, подталкиваю его ещё ближе, а потом оттаскиваю за волосы. Творю какую-то фигню с ним, сама не понимая, хочу ли, чтобы он ускорился или замедлился. Но мне просто безумно хорошо… Главное, чтобы не отпускал меня.

Его руки смыкаются на моём животе в замок, подталкивая меня ещё ближе. Я начинаю ощущать нарастающее внизу давление и бабочек повсюду… Ещё секунда, и я испытаю то самое чувство с ним. Тот оргазм, что я запомнила на всю свою жизнь… Отчего-то его язык в точности знает, как и где меня нужно касаться… Или же это просто любовь…

И, конечно же, меня почти сразу размазывает. В мгновение разбросав по комнате на частички… Я покрываюсь крупной судорожной дрожью. Сильнее обхватываю его волосы… Шумно даже надсадно выдыхаю и скулю себе под нос что-то непонятное, кажется, вызывая у себя самой остановку сердца…

Ничего кроме блаженства не чувствую. Хочется прижаться к его твёрдой тёплой груди и не отпускать… Но меня вдруг резко накрывают собой, приподняв мои ноги кверху и пристроившись между ними.

— Хорошо всё?

— Угу, — выдыхаю, обхватив его за плечи, а потом сталкиваюсь со своим же вкусом у него на губах и языке…

Ну а дальше чувствую, как он просится внутрь, и замираю…

Глава 24

Назар Грек

Я на полном серьёзе не понимаю, что со мной происходит. Просто шатает, словно я бухой в нулину… Никогда я так не дрожал. Даже в первый раз с ней, когда тискались голыми… Ну, не было такого. А сейчас…

Мне кажется, я толком не понимаю, не осознаю даже, что творится…

Втрескался так, что боюсь разочаровать… Хотя она уже даже кончила, но у меня всё равно ощущение, что я должен всё делать аккуратно. Потому что не хочу причинить ей боль. Она мокрая… Пиздец потекла. Особенно после оргазма.

И член это чувствует, уткнувшись в её дрожащие стенки и чуть раскрывая их.

Однако я даже толкнуться в неё не могу. Потому что не хочу, чтобы кричала… Не хочу, чтобы плакала. Это на самом деле просто пытка какая-то. Лишать любимую невинности. Не могу приступить…

— Назар…

— Сейчас… Если больно… Ты скажи, ладно? Потому что я…

— Я чувствую — да… Не думай об этом.

Легко сказать не думай. Когда у меня все мысли о том, что я причиню ей физический дискомфорт… Даже если после удовольствия…

— Ты же знаешь, что я люблю тебя… Зайчонок, да?

— Угу… Знаю, — смотрит на меня, и её глаза… Блядь, её глаза — это что-то нереальное… Я в них вообще обо всём забываю. Теряюсь. Меня оглушает и дезориентирует… Как слепой котёнок сейчас…

Чуть приподняв одну её ногу и положив ладонь на кровать, медленно вхожу, ощущаю нашу общую дрожь и тесноту, в которой, наверное, мечтал оказаться с первого же мгновения, как её увидел…

— Тише, тише…

— Лучше резко… Я тебя прошу… — касаясь моей задницы, подгоняет, и мне приходится. До того, что она прикусывает губу, и я вижу на ней выступившую каплю крови. Хотя она даже звука не издаёт, зажав меня руками и ногами и удерживая на себе.

— Мел… — шепчу, уткнувшись носом в её щёку. — Ты меня… Парализовала…

— Извини… — дышит, чуть посмеявшись, и я членом ощущаю каждую её смешинку… Потому что стенки сжимаются, и мне самому становится смешно.

— Не плачешь, нет?

— Нет…

— У тебя кровь, — провожу языком, слизывая её… — Дурочка… Почему не сказала, что больно…

— Потому что ты бы остановился…

Ловлю себя на мысли, что впервые разговариваю во время секса… И это даже не секс вовсе… Это что-то другое… Какое-то обнуление. В прямом смысле этого слова.

— Ты меня латаешь на глазах…

— М-м-м… — подвывает она, чуть подвинувшись.

— Я мечтал тут оказаться… Моя территория… Я тут главный… — шепчу ей, вызывая у неё и улыбку, и осознанность одновременно.

— Ты… — выдыхает болезненно, и я делаю медленный плавный толчок в неё ещё один раз, чтобы ощутила.

— Так больно?

— Нет, я потерплю… Я хочу, чтобы тебе было хорошо, ладно?

— Ладно… — тихонько отвечаю, и дальше мы уже не разговариваем. Как могу сдерживаюсь. Как могу слабо и совершенно медленно в неё вхожу, хотя хочу до