Ты – моя свобода - Катерина Пелевина

ему волосы на голове, а он сразу же краснеет, уводя взгляд в сторону. Мне кажется, что Назар сейчас захрюкает, потому что прячет лицо в локтевом сгибе и еле сдерживает свой порыв.

— Ладно, давайте мальчишки… Я такси вам вызову. Темно уже… — предлагаю, и остальные довольно соглашаются.

— Мелка банкует теперь… — добавляют, и я, признаюсь, мне очень нравится, что у меня есть деньги сейчас. Что я могу спокойно поехать куда-то и не париться. Не переживать. Не волноваться. И не зависеть от Назара…

Когда провожаем их до машины, конечно, он не даёт мне заплатить. Сам расплачивается. И, наверное, это немного меня подбешивает.

— Дофига самостоятельная, значит? — прижав к себе за талию во дворе, смотрит на то, как парни садятся по машинам и уезжают.

— Не дофига, но всё же…

— Не нравится, когда я главный, да?

— Смотря в чём, — улыбаюсь, когда он придавливает меня к себе, удерживая за затылок.

— Во всём… — смотрит прямо в глаза своими карими глубокими котлованами, и я мотаю головой.

— Во всём ты не главный, Назар. Даже не надейся, — отталкиваюсь от него резко и иду в сторону подъезда. Даже если есть у него какие-то чары, то мне не обязательно это показывать.

— А где тогда? — спрашивает, ухмыляясь и дёрнув меня за плечо.

— Только в одном месте… Сейчас я тебе его покажу… Если, конечно, будешь хорошим мальчиком…

Глава 28

Назар Грек

Ебало бы ему сломал, да не при детях…

Хорошо, что свалили раньше, а-то бы я не стерпел.

Мир вроде как простил меня. Парни тоже… А Мелка вообще весь вечер не отпускала.

Ещё и ствол мой куда-то заныкала… Хитрый противный зайчонок, блин. Я бы разозлился в любой другой ситуации, но при таких обстоятельствах вообще не могу.

Поднимаемся в квартиру, и она так смотрит на меня, что душу мне снова ковыряет. Не знаю уж, что за дар такой, но порой кажется, что дан ей с рождения. Приручать таких вот неандертальцев, как я.

— Я вёл себя хорошо, — напоминаю на всякий случай, услышав её заливистый смех.

— Точно, — отвечает, снимая с себя обувь. — Я вся пропотела…

Я как представлю, где она там и как пропотела, так сразу же кровь начинает на виражах метаться. Тот ещё фантазёр…

— Уф… Не говори мне таких слов, ладно? Мыться вместе пойдём?

— Ты же знаешь, что я тебя не боюсь, Назар. Можем пойти мыться вместе, — улыбается, снимая с себя кофту. — Но мне ещё нужно Нике позвонить…

Ника-Ника… Я бы её голыми руками придушил за эти самые «прекрасные» два месяца своей жизни. Навсегда запомню.

— Я сказал этому уродцу, что даю ему времени двое суток, чтобы он ей признался… Так что он должен её найти. Адрес я ему предоставил.

— Назар, — хмурится она в ответ. — А что, если он заставит её нервничать? Мало ли…

— Честно? Да мне насрать…

— Насрать? Это мой племянник. Внутри неё мой племянник, — настаивает она, глядя на меня как на какое-то чудовище, блин.

— И что мне теперь?! Молиться на неё, что ли?! После всего?!

— Никто не просит тебя молиться. Но и насрать тебе быть не должно! Это слишком! Пойми, что я не хочу, чтобы с ним что-то случилось… Более того, я боюсь! Оттого и должна быть рядом…

— У тебя просто ебучий синдром спасателя, да и всё…

— О, ну ты ещё поучи меня, ага… Диагнозы ставь… Бред, — идёт на кухню, а я за ней. Меня сейчас как бы тоже легко задеть. После всего. Я пиздец какой нервный.

— И нифига не бред. Ты для всех и всегда стараешься… Ты так даже на мою травму повелась. В больницу ко мне поехала и не пизди, что это не так…

— А вот сейчас, Назар, ты ведёшь себя совсем не как хороший мальчик, — фыркает на меня злобно. — Как ты можешь быть таким нежным и бесчувственным одновременно?!

— Да потому что она меня, сука, подставила, вот и всё! Мне чуть не подослали чужого ребёнка. Думаешь, я должен простить такое?!

— Ну и злись на неё в глубине души сколько хочешь! А моего племянника не смей трогать! Он ни в чём не виноват! — рычит на меня гневно. — И вообще если так сложится ситуация, то я заберу его себе!

— Чего?! — спрашиваю, уставившись на неё огромными шарами. У меня сердце тут же начинает войну внутри. Мне послышалось? — Мел, не шути так…

— Я не шучу, Назар. Я давно приняла это решение… Ещё до того, как мы с тобой сошлись…

— Но это ребёнок, а не игрушка. Его нельзя просто взять и забрать, блин!

— Я знаю, что для этого нужно. Я узнавала. Поскольку я близкая родственница и у меня хорошее финансовое положение, плюс жилплощадь позволяет…

— Бред… Пиздец, бред! Мела… — замираю, услышав это. Ощущая, как большая часть внутри покрывается огнём. — Это нечестно… Ты что вообще ничего серьёзного со мной не хотела?! Никогда, блин?!

— Почему ты так решил?

— Да потому что это несправедливо! Ты одна всё решила… Блин, ты просто решила взять на себя ответственность за маленького человека… Чужого мне человека! А я так не хочу!

Она аж в лице меняется. Словно это я тут несу пургу.

— Назар, это эгоистично…

— Нет, это, блядь, нормально!

— Не ори на меня! — срывается её голос. — Ты понимаешь, что я не могу просто взять и бросить её в такой ситуации… Она не соображала, что делает, и я ей не доверяю… Потому что боюсь, что она с ним что-то сделает…

— Тебя это не должно вообще, блин, касаться! У неё своя голова на плечах… Это дичь какая-то… У него есть папа, есть мама! Пусть сами и разбираются!

Мела обнимает саму себя за плечи и смотрит на меня с тревогой в глазах.

— Так и со мной получилось… Мама умерла. Папа не знал обо мне. И я была сама по себе…

Пиздец у неё мысли, конечно. Но нельзя всегда и всем помогать. Нельзя за всех отвечать…

— Нет, Мела, блин, это вообще другое! Не нужно проецировать! Ты и этот ребёнок совсем разные…

— Нет, одинаковые… Просто малыши, которые ни в чём не виноваты…

Слышу её и ушам своим не верю. У меня аж глаз начинает дёргаться. Я её люблю, но это для меня слишком. И сейчас, когда адреналин зашкаливает, ничего хорошего от этого разговора не жди.

— Ты типа это уже совершенно точно для себя решила…

— Назар… — опускает она взгляд. — Пойми меня… Мне страшно. И раз я могу помочь…