Ты – моя свобода - Катерина Пелевина

class="p1">— Тогда ты и меня в это втягиваешь… Потому что я хотел с тобой большего… Я хотел своего… Чего-то сильного и настоящего… А получается, что ты просто закрываешь мне этот путь… Отрезаешь его.

— Почему ты так говоришь?! Что бы изменило наличие малыша? Ну что?

— Ты серьёзно, блин?! Да всё, нахрен! Он не мой!

— Но по крови он мой всё же… Значит, часть меня…

— Нет, это, сука, не так! — выпаливаю, стиснув челюсть.

— Не верю, что ты говоришь так… Это очень грубо, Назар…

— Ну, конечно… Назар же грубая скотина. Всегда и во всём…

— Я так не говорила, но разговор этот сейчас бесполезен! И твой ор тоже! Я ведь тебя люблю, ты знаешь… Назар…

— Люблю, только слушать не стану… Решу по-своему… А я обязан прогнуться, ведь иначе ты со мной не будешь, да?!

Она молчит, а иду в сторону прихожей, психованно надевая на себя обувь. Подышать хочу. Проветриться. Или сейчас ляпну что-то, или снесу кулаком… Что тоже не хорошо.

— Назар… Ну куда ты?! Подожди… Я прошу тебя… Назар.

— Мне нужно одному побыть…

— Нет, не нужно… Нет, не уходи, — чувствую, как она обхватывает меня сзади за грудную клетку и утыкается лбом в спину. И мне хочется вырваться… Хочется уйти, только я не могу. Дышу шумно и надсадно, пытаясь выдавить из себя напряжение, но на деле я весь сейчас такой. Словно меня к высоковольтному проводу подключили. Колотит… Пидорасит, я бы даже сказал.

— Я слишком долго пытался вернуть тебя… Я не могу просто взять и потерять так тупо…

— Но ты не теряешь… Подумай, прошу тебя. Не злись только. Я знаю, что прошу о многом… Слишком о многом. Я не заставляю тебя брать отцовство или что-то там такое… Я просто боюсь, что она от него откажется… Я боюсь, что он будет никому не нужен… Но я не хочу тебя терять. Нет… И я не хочу, чтобы ты думал, будто я променяла тебя. Ты — моё солнце… И так всегда будет, слышишь? Всегда…

Если бы она только знала, как мне больно всё это слышать. Как неприятно и противно… Пусть в чём-то я эгоист, конечно, но не в этом… Потому что это реально слишком… Я не готов к такому… Менять свою жизнь ради совершенно чужого мне человека, пусть и маленького… Пусть беззащитного. Но я не смогу, даже если она думает иначе…

Глава 29

Амелия Андер

Он остаётся, но… Почти со мной не контактирует. Я уж молчу про остальное. От того привычного мне Назара остаётся только его лик. И я понимаю, что где-то, возможно, перегнула палку. Понимаю, что не вправе решать за двоих, но и бросить в случае чего своего племянника я тоже не могу. И нужно на берегу всё решить… Предупредить, иначе я точно не оставила бы ему выбора.

Мылись мы порознь, разумеется. Он даже не касался меня после этого. И даже сейчас лежим по разные стороны кровати, словно чужие друг другу люди. Я даже трогать его боюсь. И, наверное, не стоит, но и лежать в полном молчании мне тоже тяжело…

— Назар… — зову в тишине и темноте, когда стрелка часов уже перевалила за полночь.

В ответ — тишина. Мне кажется, он не спит, просто не хочет разговаривать…

— Если ты слышишь, я всё понимаю… Я понимаю твою реакцию. Но и меня пойми… Да, я люблю тебя. Но я обещала помогать…

— Помогать… — выдаёт он с язвительным гонором. — Помогать — не равно брать ответственность за чужого ребёнка…

— А если она его бросит, Назар? Если откажется? То потом я просто, по-твоему, должна буду поставить тебе перед фактом? Что вот он… Теперь мой? Или как? Я хотела быть честной… Чтобы без недомолвок…

Слышу, как шуршит одеяло, и он оборачивается ко мне, впиваясь взглядом.

— А я тогда что должен буду? Если бы такая ситуация была у меня? М? Мел?

— Я не знаю… Всё сложно. Скорее всего, я бы приняла твоего племянника как своего… Я думаю, что так. Но однозначно этого говорить не могу… Дай мне руку, — тянусь к нему, нащупав пальцы своими и сгребая в замок. Подношу к себе и целую. — Это не значит, что я не ценю тебя… Или что не хочу серьёзного… Я хочу. Я вообще ещё никогда и ничего так не хотела…

Ощущаю дрожь в своём голосе и то, как быстро Назар льнёт ко мне, прижав к себе, пока я трясусь.

— Мел… Я не готов быть отцом чужого мне ребёнка. Прости меня, но это для меня слишком…

— И я это понимаю… — отвечаю, всхлипывая. Ощущаю, как он гладит меня по спине, пока я плачу ему куда-то в грудную клетку.

— Мы завтра поговорим с ней… Я просто вправлю твоей сестре мозги. Если она тебя не услышала, значит, меня услышит… Я не позволю так играть с твоими триггерами. Пойми, что именно это она и делает. Она же тупо манипулирует, потому что вся в свою мать. Хочет тусить дальше, расставляя свою рогатку, чтобы ты парилась за её ребёнка. Понимаешь ты или нет?

Когда он говорит это, мне становится ещё хуже.

— Пойми, что мне всё равно, что она делает и чего хочет… Я не хотела бы, чтобы ребёнок рос в такой атмосфере…

— Я знаю, Мел… Ты бы и Мира себе забрала. Уверен… Но ты посмотри, он ведь вырос классным. Его они как-то вырастили. Их там много, ты одна… Ты просто вбила себе в голову… Но там и пацан этот имеется. Который тоже не бомжара, к твоему сведению. У меня вообще предчувствие, будто это всё твоей сестре не просто так на ум пришло…

— В смысле?

— Да не важно… В общем, мы всё решим, ладно?

Я не знаю, почему, но верю в его слова. И мне легче от наших разговоров. Кажется, что не всё потеряно. Мы учимся понимать друг друга.

— Наверное, считаешь меня дурой…

— Нет. Просто чуточку эмоционально нестабильной, вот и всё… — усмехается в ответ, поцеловав меня в лоб. — Я тебя люблю, Амелия… Тебе пора это понять. Не разменивайся на недостойных людей. Они тебе уже все внутренности проели…

— Я не знаю почему такая… Ты сказал, что у меня синдром спасателя. Возможно, ты прав…

— Из-за родителей ты такая. Тебе нужно узнать у отца всю правду. Чтобы понять для себя, что тогда произошло. В первую очередь я бы на твоём месте узнал именно это… Потому что