Драконий брак, где всё не так - Оксана Октябрьская

только одного работника слушается, да и то, если не взбесится, а бывает, что

и папе его усмирять приходится, огнём. Этот бык нам один раз двор разнёс,

огород вытоптал, всех людей в замок загнал, а папа был в горах, и мы сидели

целый день, пока не вернулся. Он бычару на место отнёс, огнём напугал, и тот

присмирел.

— Ужасы у вас тут какие...

— Ну, да, бывает. Ещё иногда на соседнюю речку прилетают дикие гуси, как раз

скоро должны уже, и тогда люди жалуются, что стирать нельзя, гуси эти их

гоняют с берега! Выглядит смешно, — хихикнул Вико, — а щиплются больно, — он

машинально потёр пониже спины.

— Что, опыт имеется? — я тоже рассмеялась. — Чего же ты туда ходил, если знал,

что там гуси?

— Так любопытно же, — просто ответил он.

— И главное, сразу всё доходит, да? Пара щипков от гуся, и голова моментально

начинает соображать лучше. Магия!

Вико захихикал, смущённо склонив голову, но кивнул...

Мы ушли довольно далеко от замка, тут парк уже закончился, но мальчик уверял,

что это безопасно, потому что в здешних небольших лесах кроме мелких

животных никого нет. На опушке такого вот леса, редкого, пронизанного

солнцем, мы нашли поваленное дерево и расположились на пикник, оказавшийся

очень коротким. Вико почти моментально слопал всё, мне только пирожок и

редиска достались, а Пушок успел стащить кусок колбасы, правда, он по пути

не высовывал носа из сумки, грыз сухие яблоки, сухарики и орешки, так что не

оголодал точно.

— Уф, как объелся... — мальчик погладил себя по животу. — Вот бы папа прилетел

и отнёс домой, а то, кажется, моё пузо перевесит и я упаду носом в землю.

— Тогда посиди тут, отдохни, а я схожу вон к тем деревьям, сдаётся мне, что нас

ждёт варенье...

— Это огнёвка, она же горькая! — нахмурился мальчик, но я всё равно пошла,

прихватив Пушка.

То, что издалека определила как рябину, ею и оказалось. Бордово-рыжие листья

трепетали на ветру, а ветки клонились к земле под тяжестью кистей алых ягод.

— Рябина же? — спросила я друга, он пробовал сушёные ягоды дома, ошибиться не

мог.

Крысик принюхался, потянулся за ягодой и куснул.

— Угу, сладкая, сочная, — Пушок потянул за ветку, — нарви мне. И посушить тоже.

— Домовитый и запасливый. И кому такой жених достанется? — хихикнула я, и

повернулась к мальчику: — Вико, принеси, пожалуйста, корзинку!

Пока я набирала ягоды, драконёнок, ставший вялым и сонным, доплёлся с тарой.

— Что ты делаешь? Зачем тебе эти ягоды? — сморщился он.

— На обалденное варенье! Попробуешь и пальчики оближешь, уж поверь, –

подмигнула я.

— У нас эту гадость только птицы клюют, — Вико мне не поверил, но забрал сумку

с крысиком.

В небе мелькнула тень.

— Папа! — закричал мальчик и с облегчением выдохнул. — Всё, я спасён! Чуть не

умер, пока до тебя дошёл, а замок-то вон где, — он кивнул на дальний холм,

где стоял Брахсхели.

Тор-брахс сел и пошёл к нам, а я сначала отметила, что он в порядке и

выдохнула, а потом заволновалась. Дракон был мрачен. Как он отнесётся к

дальней прогулке и к идее с вареньем? Может, леди не положено орудовать на

кухне?..

Вико побежал к отцу, но остановился, будто наткнулся на стену.

— Почему я нахожу вас так далеко от замка? — это были первые слова, которые

прорычал дракон вместо приветствия, и суровым взглядом пригвоздил нас, по

очереди, к месту.

— Пап, но тут же не опасно совсем... — пробормотал мальчик, а я почувствовала

себя полной дурой.

Надо же было так опростоволоситься! Ведь чувствовала, что не стоит уходить, не

поговорив с Тор-брахсом.

— Не опасно? — папаша прищурился. — Вико, ты забыл, как в прошлом году виверна

проскользнула к нам из соседних земель и убила пастуха почти у города? Эти

твари шустры и хитры, не так посчитали, когда заметили, кого-то упустили в

бою, и жди беды. Я сколько раз говорил тебе не отходить от замка за границу

охранных чар? Где проходит эта граница, сын? — голос звучал вкрадчиво, но и

Вико, и я слегка сжались, даже Пушок уши прижал к голове и нервно нюхал

воздух подвижным носом.

— По краю парка, — еле слышно ответил мальчик.

— Тогда объясни мне, как ты позволил Яне увести тебя так далеко?

Я хотела оправдаться, но побоялась навлечь ещё больший гнев на голову Вико,

однако мальчик по-взрослому признал свою вину, чем очень удивил. Смелый,

честный...

— Я подумал, раз ты там, то нам ничего тут не грозит, — прошептал он и поник. –

Прости, пап. И Яну не ругай, она говорила, что не стоит уходить так

далеко...

— Нет, Вико, вина и моя тоже. Стоило не тебя слушать, а головой подумать и

вернуться, а потом спросить у твоего отца, куда тут можно и нельзя ходить.

Киприан, прости, этого больше не повторится. Поверь, я понимаю свою

ответственность за Вико.

Дракон посмотрел на меня строго, но без недоверия, и просто тяжело вздохнул.

— Вы двое меня до удара доведёте, — проворчал он. — Сейчас отнесу в замок, там

закончим разговор.

Он пошёл от нас на поле, принял облик зверя и поднялся в воздух.

— Это в смысле, отнесёт? — испуганно пискнул Пушок. — Я не белка-летяга, не

надо таких экспериментов! Янка, чего молчишь?

— И так уже по уши в неприятностях, так что умолкни, крыс-летяга, — я закрыла

сумку. — Держись там крепко, чтобы не вывалился...

И нас отнесли в замок. Я отчаянно вцепилась в сумку и корзинку и зажмурилась,

так было легче не вопить. Вико тоже в этот раз молчал. Казалось, мы угодили

в грозовую тучу.

Дома дракон отправил сына в комнату, и, наконец, заметил ягоды.

— Это ещё зачем? Ты специально за ягодами туда ходила? — подозрительно спросил

он.

— Нет. Вико предложил прогуляться, а завтракать не хотел, он очень плохо ел в

последние дни, и я решила, что на природе, после прогулки он поест

нормально. Так что в корзине была еда, — я показала ему пустую бутыль и

полотенца, куда были завёрнуты продукты. — Ой, и мы плед там на дереве

забыли...

— Сын поел? — казалось, Тор-брахс не слышал последние слова.

— Да, и очень хорошо. Повеселел даже, пока гуляли. А я увидела ягоды и решила

набрать. Из них варенье вкусное...

— Из огнёвки? Варенье? — «муж» усомнился и скривился, словно уже заранее