Запретный номер 12 - Ксения У-го

Когда она начала отстраняться, меня наконец отпустило. Я поднял руку, положил ладонь ей на затылок и притянул обратно. И поцеловал сам.

После этого сдерживаться стало гораздо сложнее. Она оказалась ближе, чем когда-либо раньше. Я чувствовал ее ладони на себе. Ее дыхание. Мягкие волосы между пальцами. Тепло ее тела.

По коже прошли мурашки. Те же самые, что вечером, когда она обняла меня у входа. Только теперь от них уже невозможно было отмахнуться.

Я столько раз запрещал себе даже думать о ней так, что сейчас никак не мог привыкнуть к простой вещи: мне больше не нужно было представлять, каково это — целовать Леру. Я уже знал. И от этого хотелось только сильнее. Лера прижалась ближе. Мои руки сами легли ей на талию.

Я почувствовал ее пальцы на шее, потом в волосах, и дыхание окончательно сбилось. Еще немного. Еще один поцелуй. И я понял, что если сейчас не остановлюсь, то уже не смогу.

Пришлось буквально заставить себя отстраниться.

— Лер...

Она открыла глаза. Мои руки все еще лежали у нее на талии.

— Еще не поздно остановиться.

— Я не хочу.

— Я серьезно.

— Я тоже.

Я смотрел на нее. Наверное, слишком долго. Мне хотелось услышать именно это. И одновременно хотелось, чтобы решение принял не я. Я кивнул на дверь.

— Если ты сейчас выйдешь, я сделаю вид, что ничего не было.

Лера снова посмотрела на меня и пошла к двери.

Я решил, что она все-таки уйдет, и даже не пошевелился. Наверное, так было бы правильнее. Она взялась за ручку. Раздался тихий щелчок замка.

Лера повернулась. Я смотрел на нее и несколько секунд вообще не мог ничего сделать. Она заперла дверь. Сама. На секунду мелькнуло, что утром мне уезжать. Всего через несколько часов.

Но до утра еще было время. Про Челябинск я скажу потом.

А потом сделала шаг ко мне. Остальное расстояние я прошел уже сам. Обнял ее за талию, притянул к себе и снова поцеловал. Теперь было иначе. Я больше не пытался остановить то, что происходило.

Моя ладонь скользнула по ее спине. Лера вздрогнула от прикосновения, и пальцы сами сильнее сжались на ее талии.

Я чувствовал все слишком сильно. Ее пальцы на плечах. Тепло кожи под ладонью. То, как менялось ее дыхание, когда я целовал ее медленнее. Запах волос, когда она запрокинула голову. Я коснулся губами ее шеи.

Лера резко вдохнула. Я сразу остановился.

— Лер?

Она открыла глаза.

— Не останавливайся.

Голос у нее был совсем другим. Тихим и хриплым.

Я смотрел на нее еще секунду, а потом она сама потянулась ко мне за поцелуем.

И этого оказалось достаточно. Я больше ничего не спрашивал и просто следил за ее реакцией: чувствовал, когда она напрягалась под моей рукой, ждал, пока расслабится, и замечал, как постепенно ее собственные прикосновения становились смелее.

От ее ладоней по коже снова и снова расходилась дрожь.

Я не помнил, чтобы когда-нибудь настолько остро чувствовал чужие прикосновения. Наверное, потому что раньше это была не Лера.

Я все никак не мог привыкнуть, что рядом действительно Лера. Я касался ее, слышал ее дыхание совсем близко и все равно временами не верил, что это происходит на самом деле.

В какой-то момент я поймал ее взгляд. Волнение никуда не исчезло. Она пыталась его спрятать, но я слишком давно ее знал. И вдруг понял, что дело не только во мне. Я замедлился. Провел пальцами по ее щеке, убрал волосы.

— Лер... у тебя раньше было?

Она поняла сразу.

— Нет.

Я замер. Потом опустил голову и ткнулся лбом в ее лоб. Ну конечно. Конечно. Как будто мне и без того было недостаточно того, что это она.

— Ну конечно, — выдохнул я.

— Что?

Я открыл глаза.

— Ничего.

Ничего плохого. Просто до этого я еле успевал себя тормозить, а теперь понял, что торопиться точно нельзя.

Я снова поцеловал ее. Уже медленнее. Провел ладонью по спине, задержался на талии, чувствуя, как постепенно уходит напряжение из ее тела.

Она сама придвинулась ближе, отвечала на поцелуи и уже не отстранялась, когда мои руки становились смелее.

Я просто слушал ее тело. Ее дыхание. Чувствовал, как она то замирает на секунду, то сама тянется ко мне. Каждый раз давал ей эту секунду. Потому что теперь знал: для нее все это впервые. И почему-то от этого меня самого трясло сильнее. Ее первый раз будет со мной. Я вдруг слишком хорошо понял, насколько это серьезно.

Я поцеловал ее в висок, в щеку, снова в губы. Провел пальцами по волосам и почувствовал, как Лера закрыла глаза, прижимаясь к ладони. Я почему-то замечал сейчас даже самые мелкие вещи: как она прижималась щекой к моей ладони, как сбивалось ее дыхание, как снова лезли на лицо волосы.

Ничего похожего со мной раньше не было. Наверное, потому что раньше рядом не было Леры. Той самой мелкой, которой я весь вечер доказывал, что восемнадцать ничего не меняют.

Она снова поцеловала меня. Теперь я никуда не спешил. Даже когда хотелось. Особенно когда хотелось.

Я касался ее медленно: провел ладонью по плечу, спустился по спине и задержался на талии под тонкой тканью майки. Даже от таких простых прикосновений дыхание снова сбивалось.

Лера сначала замирала. Потом расслаблялась. Иногда сама становилась смелее, и тогда уже приходилось останавливаться мне.

Когда ее губы коснулись моей шеи, я прикрыл глаза и сильнее сжал руки на ее талии. Кажется, она наконец начинала понимать, что делает со мной.

Я обнял ее крепче и уткнулся носом в волосы. Тот самый запах, который весь вечер едва успевал уловить, теперь чувствовался совсем близко.

Лера тихо произнесла мое имя.

— Глеб...

От одного этого у меня снова сбилось дыхание. Сама она, кажется, даже не заметила. Потом думать уже особенно не получалось. Я чувствовал ее дыхание у щеки, теплую ладонь на затылке, волосы между пальцами.

Я чувствовал, как она иногда задерживала вдох, когда я касался ее по-новому, как сама тянулась ближе и в какой-то момент крепче сжала мои плечи. Я сразу замедлился. Лера зажмурилась, а я поцеловал ее в висок и подождал, пока она снова расслабится и откроет глаза.

Она открыла глаза и сама притянула меня ближе. Я старался быть осторожным, но все равно в какой-то момент почувствовал, как она резко вдохнула. Замер. Лера уткнулась лицом