Борьба с предрассудками - Вилли Энн Грей

— Студентка де Элло, студентка Саншайн, надо поговорить, — холодно произнёс Даррен, всё ещё делая вид, что он просто мой преподаватель.

— Рен, я им сказала, — практически прошептала я. Было даже немного страшно: а вдруг он разозлится? Надо было спросить сначала его.

— Рано или поздно всё равно сказала бы, — уже более мягко ответил Рен, а потом выдавил улыбку. Настроение у него было явно очень плохое, не до улыбок. — Вы же понимаете, что мне придётся взять с вас магическую клятву о неразглашении?

— Не вопрос, магистр, — мгновенно сообразил Эмиль. Он схватил со стола ножик для разрезания конвертов, сделал себе на руке маленький разрез, такой, чтобы выступили буквально пара капель крови, и произнёс: — Клянусь, что не расскажу никому об отношениях Анабель де Элло и его императорского высочества Даррена кон Элло до тех пор, пока одна из сторон не позволит мне этого или пока это не перестанет быть тайной общественности. Клянусь, что буду хранить любые другие секреты Анабель де Элло в тайне, если буду предупреждён об этом. Клянусь, что не нанесу никогда физический вред (не считая тренировок, так что синяки и царапины не в счёт) Анабель де Элло, не подставлю её и не предам.

Речь Эмиля подхватила и Соня. Она всё сделала и сказала в точности так же, как он. После этого Рен слегка расслабился и начал разговор, ради которого пришёл:

— Как вы уже слышали, вас опоили настойкой мака. Напомню, что настойка очень сильная: одной капли хватает, чтобы опоить, а двух достаточно, чтобы убить. Чернышенко не дурак, убийство ему не нужно было, поэтому, как и положено, он добавил в шампанское по капле. Но меня насторожил рассказ Софии о том, что она практически сразу настроила потоки и начала вас обеих лечить. Это не стыкуется с тем, в каком тяжёлом состоянии вы обе были. В связи с этим я решил проверить зелье, которое купил Чернышенко. Но проблема в том, что бутылёк выкрали.

— Зачем? Кому это надо? — напряжённо спросила я. Остальные молча слушали, боясь перебивать принца.

— Именно этот вопрос я и задал сам себе. Мне удалось уговорить виконта на ментальное вмешательство. Хотя нет, скорее я ему приказал: выбора у него не было. В общем, он абсолютно точно добавил ровно по капле в стакан. Также, просмотрев вас его глазами, я понял, что настойка действительно была через чур сильной. То есть кто-то не только продал Чернышенко запрещённое зелье, но и сварил его более концентрированным, чем положено. Если бы студентка Саншайн не была лекарем или не сообразила бы так быстро, то вместо двух податливых кукол Чернышенко принёс бы в комнату два трупа. Значит, это была либо ужасная случайность, либо очень хитрое покушение на ваши жизни. Хотя, скорее всего, на жизнь Анабель. Мы попытались докопаться до того, кто продал зелье студенту, но тут был тупик. Этот кто-то использовал очень сильную иллюзию и тщательно замёл за собой все следы. А если учесть то, что пузырёк ещё и выкрали, то вывод очевиден. Это, однозначно, была попытка убийства. Кто-то очень сильный и влиятельный знает, кто ты для меня, и где тебя найти, и мне это очень не нравится, малышка, — последнюю фразу Рен сказал мне.

У меня в груди всё похолодело. Стало страшно. Нет, я, конечно, понимала, что покушение вполне может произойти: в конце концов, невеста принца — не последнее лицо в государстве. Да и Рен предупреждал меня тысячу раз. На него самого покушались несколько десятков раз. Это неотъемлемо, если ты находишься в очереди на престол. Но всё же понимать и прочувствовать на собственной шкуре — это разные вещи. Настроение сразу же пропало. Кажется, меня вновь затрясло, и мигом разболелась голова. Заметив мою реакцию, Рен сразу откинул все правила приличия и стеснительность, подошёл ко мне, сел на кровать и крепко прижал меня к груди.

— Не бери в голову. Мы со всем разберёмся. Но впредь будь осторожнее, а я придумаю, как тебя обезопасить.

— Моё первое в жизни покушение, начало положено. Теперь чувствую себя невероятно важной, — хихикнула я. Кажется, это начиналась истерика.

— Даже не знаю, чем тебя успокоить. Боюсь, что оно далеко не последнее, — на полном серьёзе ответил Рен, продолжая поглаживать меня по голове у всех на глазах. Это было впервые, когда нас видели так много людей вместе. От этого настроение капельку поднялось. Вот только головная боль и слабость уходить не спешили. — Я достану тебе кольцо от ядов. С ним можно будет не бояться есть и пить в непроверенных местах.

На это я только кивнула, и на несколько секунд в воздухе повисла неловкая тишина.

— Голова болит? — спросил жених нежно.

— Да. Надо бы часок поспать. Может, пройдёт. Сегодня очень тяжёлый день. А ведь он ещё даже не закончился, — ответила я.

— Посиди две минутки молча, я сниму боль, — он начал аккуратно водить пальцами по моему виску, лбу, волосам, и боль действительно ушла. Даже трясти перестало. Как же хорошо всё-таки быть магом. — Вам с подругой дали освобождение от учебы до выходных. Витор перенесёт тебя домой, там как раз и отдохнёшь. У меня ещё две пары, а потом я приду.

— А как же Софи? Я же не могу оставить её одну, без присмотра. Вдруг ей станет плохо, а рядом никого нет. Нет, я остаюсь, — начала сопротивляться я. Хотя, видит Великий Демон, больше всего на свете мне сейчас хотелось оказаться дома. Там уютно, комфортно и безопасно. Ровно то, что мне нужно было для того, чтобы прийти в себя.

— Я присмотрю за Соней, — вмешался Эмиль.

— И ночью? — спросила я. Соня мгновенно залилась краской и начала смущённо шептать, что так не пойдёт. — Вот именно. Ты только скомпрометируешь её таким присмотром. Нет, это не обсуждается.

— Студентка Саншайн вполне может отправиться вместе с тобой к нам домой, если она не против, конечно. Комнат у нас хватает, да и прислуга присмотрит, — предложил Рен, отчего я радостно улыбнулась и прижалась ближе к любимому.

— Не против. Совсем не против, — просияла Соня. — Быть не может, я