Борьба с предрассудками - Вилли Энн Грей

Оказалось, что Софи, как только почувствовала неладное, применила свой целительский дар на нас обеих, что очень сильно облегчило симптомы. Возможно, благодаря этому я и смогла найти в себе силы, чтобы отбиться от нападения. Меня переполняла благодарность за это.

Наверняка мы бы не пришли ни к какому консенсусу, если бы к концу заседания не пришла декан Рита Владимирова. Она принесла результаты анализов на токсины.

— В крови у девушек обнаружен сильный концентрат маковой настойки. Это средство не используется для вызова состояний опьянения, расслабленности или наркотического удовольствия. В малых дозах препарат вызывает усталость, слабость, панические атаки, учащённое сердцебиение, в редких случаях — паралич. Мне сложно представить, кому и зачем надо пить данное средство добровольно. Чаще его используют насильники, чтобы обездвижить жертву и сделать её податливой. В редких случаях — как яд, чтобы убить. В связи с этим я предлагаю снять с девушек обвинения и начать новое расследование о неумышленном отравлении, — сказала врач.

В зале повисла напряжённая тишина. Даррен так сильно сжал кулаки, что они побелели. Я видела, какая внутренняя борьба происходит у него внутри. Кажется, у него даже вены начали едва заметно светиться синим. Эмиль вскочил на ноги, не в силах сдержаться, и попытался было броситься на одного из парней, но его вовремя остановил Шэффер.

Ситуацию от неизбежной катастрофы спас Вит. Он собрался и на правах моего опекуна высказал:

— Это очень серьёзное обвинение. Если оно правдиво, то советую виновнику признаться прямо сейчас. Тогда он, возможно, отделается лишь исключением. Иначе, клянусь богами, я найду, кто это был, и отправлю его за решётку до конца жизни. А все пособники предстанут перед судом, и я буду требовать, чтобы их лишили титула. Уж поверьте, император очень сильно ко мне прислушивается.

Вся четвёрка мгновенно побледнела. Глазки начали бегать. А потом глаза одного из графских отпрысков обратились на Алексея. Сразу стало понятно, кто зачинщик. Да, в принципе, я и не сомневалась, что это был его план. Обоих блондинов мы с Соней до злополучного дня даже не знали, а рыжий Макнэффи всегда следовал за виконтом, как верный пёсик.

— Я… я не хотел никому навредить… — сдался под давлением Чернышенко. — Де Элло очень красива… кхм… слишком… я пытался по-нормальному, но она вечно меня посылает куда подальше… а я не привык, чтобы мне отказывали. Вот и решил проучить её, а заодно получить то, что давно хотел. Но кто ж знал, что она на всю голову отбитая и даже в таком состоянии будет драться. Клянусь, что не планировал причинить ей вреда. Ей бы и самой понравилось.

Глава 22

Дэн Шэффер

— Думаю, на этом заседание окончено, — подвёл итог Рен. Это была задача ректора, но никто не стал спорить или возражать принцу. — Все свободны. А вас, Чернышенко, я попрошу остаться. У меня есть несколько вопросов к вам. Если пойдёте навстречу и честно на всё ответите, то отделаетесь исключением из академии. Если нет, то лишение титула пойдёт вам на пользу. Герцог, задержитесь, пожалуйста, тоже.

Вит прошептал мне несколько успокаивающих слов, ободряюще взял за руку и сказал возвращаться в комнату. Пообещал, что после допроса сразу зайдёт в гости. Мне и в самом деле надо было немного расслабиться и выдохнуть. А для этого нет ничего лучше, чем знакомая обстановка и друзья рядом.

— Думаю, на этом заседание окончено, — холодный голос кон Элло вырвал меня из размышлений. Интересно, почему говорит он, а не ректор? Хотя он же принц. Его право, спорить всё равно никто не будет. — Все свободны. А вас, Чернышенко, я попрошу остаться. У меня есть несколько вопросов к вам. Если пойдёте навстречу и честно на всё ответите, то отделаетесь исключением из академии. Если нет, то лишение титула пойдёт вам на пользу. Герцог, задержитесь, пожалуйста, тоже.

Я не торопился подниматься с места. Хотел тоже остаться на допрос обвиняемого. Этот случай перевернул весь мой мир и заставил осознать кое-что важное: студентка де Элло мне не безразлична. Совсем нет. Когда я увидел её в госпитале без сознания, хотелось рвать и метать. Обвинения ректора показались мне совсем уж смешными. И, наверное, суть даже не в том, что это не могло быть правдой. А в том, что я не готов был в это верить. Возможно, я выглядел глупо, пытаясь защитить и выгородить её. Но в тот момент это было не важно. Я был готов подставиться, потерять работу, опозориться. Всё это не имело значения. Важно было лишь то, что на Анабель напали. Это выводило из себя. Раздражало. Я не мог так просто с этим смириться. Хоть в душе я и понимал, что это странно, точнее необычно и непривычно для меня.

— Шэффер? Я вообще-то попросил всех покинуть помещение. Текели, тебя это тоже касается, — обратился к нам Даррен. Это вызвало во мне волну возмущения, но я вежливо ответил:

— Вообще-то я декан обоих студентов, как обвиняемой, так и пострадавшей стороны. А, соответственно, несу за них ответственность. По крайней мере до тех пор, пока одного из них не отчислят. И считаю своё присутствие здесь необходимым.

— Хорошо. Возможно, ты прав, можешь остаться. Алия, тебе здесь делать нечего, мы разберёмся сами, — указал на дверь кон Элло. Он вроде бы был спокоен, но в глазах сверкал какой-то злой огонёк. Возможно, мне просто показалось. Профессор Текели обиженно фыркнула и гордо ушла, хлопнув дверью. Женщины! Попробуй их пойми. Вот на что обиделась?

— Интересная реакция, — заметил герцог Кандинский, полностью повторяя мои мысли. — Ты разве что-то не то сказал?

— Женщины — странные создания, — ответил Даррен.

Я только усмехнулся на это.

Допрос Алексея проходил очень неожиданно. Кон Элло был через чур эмоциональным и в некоторых моментах даже предвзятым. Это было, как минимум, странно. Я не ожидал от него такого. Возможно, мне даже было бы жаль Чернышенко, но я был слишком зол на парня, чтобы поддаться состраданию. Меня не покидало чувство, что Даррена с Анабель что-то связывает. Но это предположение было до такой степени абсурдным, что я его отмёл. И в итоге пришёл к мысли, что он переживает за лучшего друга, а соответственно и его воспитанницу, и поэтому не может сдерживать свой гнев.

Младший принц не просто так занимал должность министра обороны в прошлом. Он искусно владел методом ведения