Госпожа рабыня - Анна Осокина

— У вас очень красивые товары, — завороженно глядя на цветное стекло, похвалила она.

— Они не только красивые, но и ароматные, — широко улыбнулся собеседник. — Это благовонные масла.

И вправду: в красных, желтых, зеленых, коричневых и синих пузырьках была какая-то жидкость. Ясна аккуратно взяла одну бутылочку.

— Это коричное масло, — кивнул мужчина. — С ним нужно быть осторожным: на кожу наносить нельзя, может сильно покраснеть.

— А для чего оно тогда? — заинтересовалась девица.

— Можно капать на одежду или на травяную подушечку — и в ларь для вещей складывать. Отпугивает насекомых, — перечислял собеседник.

— А это? — Ясна поставила склянку и взяла другую, малинового цвета.

— Это масло миндаля, — сказал торговец.

— Простите, что вмешиваюсь, госпожа, — рядом стоял высокий худощавый мужчина лет на десять старше девицы. — Но вам больше всего подойдет розовое масло. Вы сама как этот цветок, такая же нежная.

Он улыбнулся, довольный своим комплиментом.

— Позволите?

Он взял с прилавка красную бутылочку, открыл ее и, придержав застывшую Ясну за запястье, нанес на него немного драгоценной жидкости. Ясна будто оказалась посреди цветущего розового сада. Она хотела убрать руку, но незнакомец не отпустил ее.

Ясна нахмурилась. И краем глаза увидела, как к ней дернулся Варгроф, который каким-то образом оказался от нее в двух шагах. Она даже не заметила, как он приблизился!

Посмотрела в его сторону и покачала головой.

— Заверните для этой госпожи бутылочку розового масла за мой счет, — незнакомец совсем не замечал, что за его спиной стоит широкоплечий воин. Наверное, оно и к лучшему, а то бежал бы, сверкая пятками, особенно видя выражение лица, с которым стоял Варгроф.

— Прошу меня простить, господин, — Ясна мягко высвободилась из его захвата. — Я не вправе принимать ничего от другого мужчины, потому что у меня есть жених.

При этих словах она смотрела вовсе не на неудавшегося ухажера, а на наемника, который тоже не отводил от нее глаз.

— Как могу я поступать так? Как могу принимать ухаживания кого-то, кто никогда не сможет назвать меня своей?

Рука Варгрофа непроизвольно дернулась и сжалась в кулак, но он расслабил ее, и Ясна видела, что это стоило ему усилий.

— Никогда больше не подходите ко мне, ибо в другом городе меня ждет мужчина, который совсем скоро станет моим мужем.

Она сказала это, и голос на последнем слове задрожал и сорвался. Ясна отвернулась. Незнакомец пропал, будто его и не было. Она еще какое-то время делала вид, что рассматривает баночки с маслом, а на самом деле пыталась унять разбушевавшееся сердце.

— Ясна! — вдруг услышала она голос брата. — А я уже думал, что вы потерялись.

Ямис подошел к ней. Только теперь девица подняла голову от прилавка. Врагроф стоял вдалеке. Наемник не смотрел на нее, но почему-то Ясна была уверена, что он все равно следит за ее безопасностью.

— Да вот, просто присматриваю себе ароматные масла.

— А у вас есть масло цветка апельсина? — уточнил брат.

Торговец с готовностью открыл для них еще одну бутылочку.

— Это тебе подойдет, — Ямис понюхал масло. — Цветок апельсина символизирует чистоту и невинность.

При этих его словах в голову ударили воспоминания рук Варгрофа на ее теле. Ясна почувствовала, что лицо ее начинает пылать, и поспешила отвернуться.

— Что? Не нравится запах? — не так понял ее Ямис. — Ну ладно, давай возьмем другой.

* * *

Три дня Ясна, ее брат и все их сопровождающие жили в нескольких комнатах на постоялом дворе, которым пользовался отец каждый раз, когда приезжал сюда торговать. Здание, в сущности, ничем не отличалось от тех, которые окружали его, разве что у него имелся второй этаж, где и располагались гости. Целыми днями Ясна просиживала с Ямисом в лавке, смотрела, как он занимается делом, которое должно перейти к нему от отца. Варгрофа она не видела. Это было и к лучшему, потому что рядом с ним она не чувствовала спокойствия. Однако она все время оглядывалась по сторонам, выходила из лавки, в которой они снимали место, будто бы размять ноги.

— Ясна, ну куда ты снова? — не выдержал брат, когда она в очередной раз собиралась посмотреть, не появился ли рядом их охранник.

— Никуда, — пожала плечами девица. Она ни за что на свете не призналась бы Ямису в истинной причине.

— Если рядом Варгроф, ходи куда хочешь, но пока, будь добра, посиди со мной.

— А где он? — вопрос так и напрашивался сам собой.

— Попросил пару дней отдыха.

Ясна только хмыкнула.

— Разве он не должен сторожить наши товары? — спросила она, хотя хотела задать совсем другой вопрос: узнать, куда пошел наемник. Но это было бы слишком подозрительно, поэтому она ограничилась лишь таким замечанием.

— Нет, в его обязанности входит охранять нас и товары во время переходов, а в городе, пока мы вместе, нам ничего не грозит. Да и товары охраняет местный ночной рыночный сторож, лавка же закрывается на замок, — Ямис пожал плечами. — К тому же, хвала богам, мы почти все распродали.

Это было чистой правдой, прилавок знатно опустел.

Зазвенел колокольчик на двери. Все дружно обернулись на вошедшую девочку.

— Рыска, здравствуй, — улыбнулась Ясна.

— Госпожа Ясна, ваше платье готово, матушка послала меня сообщить об этом.

— Так быстро, — удивилась девица. — Ждана! — позвала она служанку, которая дремала в задней комнате.

Она почти тут же откликнулась на зов и появилась в основном помещении, растягивая рот в зевке.

Ясна засмеялась.

— Пойдем получать заказ.

— Ясна, я не хочу, чтобы ты шла без сопровождения, — нахмурился брат.

— Тут даже Рыска одна ходит.

— Это ее родной город, — возразил брат. — Она тут все знает.

— Ну, вот она нас и проводит, — развела руки в стороны сестра.

— Здесь недалеко, господин.

Брат вздохнул.

— Ладно, идите, только сразу к Марьяне, не задерживайтесь нигде. Скоро должен вернуться Варгроф, я отправлю его сразу за вами, подождите его там.

— Хорошо, папочка, — закатила Ясна глаза.

— Сестренка, я просто за тебя переживаю, не злись, — брат чмокнул ее в лоб. — К тому же отец мне голову оторвет, если с тобой что-то случится.

Ясна не могла сдержать улыбку.

— Я тоже тебя люблю, братец, — она взяла Ждану за руку и потянула ее к выходу.

Они не брали мула, идти было не долго, Ясна помнила примерную дорогу от рынка до дома мастерицы.

А там ее ждало платье. И если Ясна сперва и не имела к нему почти никакого интереса, то, когда увидела готовый результат, на щепку потеряла дар речи. В немом удивлении она рассматривала самую дивную вещь, которую только видели ее глаза. Это платье висело на