Измена. Жена на продажу - Лина Венкова

— Посмотри туда, — чувствую прикосновение детской ручки.

Рэймс показывает пальчиком прямо в центр зала. Там, среди толпы богато одетых гостей, я безошибочно нахожу Дирэна. Он одет в чёрный камзол, и, как и раньше, отменно танцует. В какой-то момент кажется, что он меня увидел, узнал! Но бывший супруг лишь дальше ведёт в танце свою партнёршу.

— Он нас не помнит, — слышу умерший голос сына, — ни тебя, ни меня.

Просыпаюсь, и тут же сажусь на кровати. Рэймс спит рядом, трогательно подложив ладошки под щёку. Сжимаю зубы, чтобы удержаться, и не заплакать.

И ведь не за себя обидно, а за сына! Почему именно ему выпала такая судьба? Почему Рэймс? Все эти года я помнила Дирэна, и даже не представляла рядом другого мужчину. Хотя временами думала: почему Рэн игнорирует существование Рэймса? Понятно, что ко мне ему нельзя было приближаться. Но ведь разыскать сына он мог бы и через подручных. Если бы он попросил меня отпустить к нему сына, я бы не противилась. Ведь Рэн явно мог бы многое дать Рэймсу.

Но теперь всё встало на свои места. Что-то случилось, из-за чего Дирэн потерял воспоминания о нас. Уж не Тёмный Драконорождённый ли постарался? Хотя уже и не важно… Дженна говорит, что этот козлиный бог вновь хочет поохотиться за беременной мной. Как же это случится, если Рэн даже не догадывается о моём существовании?!

Медленно и осторожно поглаживаю волосы спящего сына. Из-за необходимости прятаться и не высовываться я смогла дать ему так мало! Но что толку постоянно просить прощения? Позволь мне отвязаться от Кристона, сыночек. И мы начнём новую жизнь. Обещаю.

Сначала я думала любым способом избежать встречи с бургомистром, но сейчас передумала. Чтобы с ним воевать, нужно увидеться. Кроме того, я хочу убедиться, что Дженна была права, и тело Кристона на самом деле захватил треклятый Тёмный Драконорождённый. Он пришлёт экипаж, и я поеду. Не знаю, что будет. Но если сидеть и бояться, тогда точно ничего не изменится, и я останусь марионеткой, которая даже не пытается бороться.

Ищу в шифоньере более-менее приличное платье, распускаю волосы, пощипываю щёки. Рассматриваю лицо в зеркале, прикреплённом к внутренней стенке дверки шкафа. От ухоженной красавицы, которой я была, осталось одно воспоминание. Кожа потускнела, волосы посеклись. Но самое главное — потухли глаза, которые раньше сияли звёздами.

Ничего. Быстро переодеваюсь, пока не проснулся сын, и выхожу в кухню. Дженна уныло разогревает суп на плите.

— Что задумала? — спрашивает, не поворачивая голову.

Знает меня, как облупленную.

— Сама не знаю, — говорю откровенно, как есть, — плана нет. Но и надёжного способа, как избежать внимания Тёмного Драконорождённого, нет тоже. Потому пока… Наверное, сделаю вид, что всё идёт по его плану.

Вижу, как она волнуется. Мало что может поколебать сильную, спокойную Дженну. Но сейчас она совершенно разбита, и, к тому же, лишена своих сил.

Ко мне едва ли не впервые за всё время приходит осознание, что не я — самая несчастная в этой комнате. Дженна в своё время лишилась двух дочерей. Меня похитили, а моя сестра скончалась в родах. Конечно же, она не признавалась до последнего, что она моя мать. Чтобы не потерять дочь снова…

Если кто-то вот так похитит Рэймса, я просто умру. Мне даже представить это больно. Невыносимо. А ведь Дженна точно так же волнуется сейчас обо мне, собравшейся отправиться прямо в пасть врагу.

— Всё будет хорошо… мама.

Почти шепчу, но вижу, как каменеет спина Дженны. Она услышала. Я впервые назвала её мамой.

Но поговорить дальше нам не удаётся. Звук с улицы подсказывает, что прибыл экипаж от Кристона.

Мне нужно ехать.

Глава 10. Как обмануть тёмного бога?

В присланной за мной карете темно и пусто. Я думала, что Кристон пришлёт сопровождающего, но нет. За крохотным окошком проплывают огни ночного Саммэрлэйка.

Люди спокойно живут свою жизнь, и не знают, какое чудовище поселилось рядом.

Перед моим уходом Дженна обняла меня на прощание, и смазано клюнула в щёку, пряча глаза. Лишившись сил и ощутив беспомощность, она перестала быть похожей на саму себя.

Её сложно осудить. Я сама ощущаю себя маленькой девочкой, которую непонятно за что вот-вот накажут. И всю дорогу к поместью бургомистра у меня в голове крутится единственный вопрос.

Как обмануть тёмного бога?!

Что я могу ему противопоставить? Ни особых сил, ни каких-то недюжинных способностей у меня нет. Ведьмовские силы моей матери запечатаны. Да и будь они в её распоряжении — хватило бы их, чтобы сразиться с Тёмным Драконорождённым?

Хотя… В пользу этого говорит то, что он решил лишить её сил. Значит, видел в них угрозу. В силах Дженны… Но не во мне.

Думай, Бьянка! Я ведь выросла в приюте рядом с этим чудовищем. Он наблюдал за мной много лет, а я… всегда подспудно его боялась. Потому старалась поменьше попадаться ему на глаза, чтобы не схлопотать наказание.

Я ведь не знала, что он такое.

Складываю руки перед собой, закрываю глаза. Должно же быть хоть что-то! Я не могу помнить абсолютно всё, что происходило за эти годы, но хоть какая-то мелочь… мелочь… или нет?

Открываю глаза и пялюсь в пустоту, пока экипаж подпрыгивает на кочках. Сколько я жила в приюте, не верила в богов. Где была Великая Драконица, думалось мне, когда меня бросали родители? Она ни разу не отвечала на мои молитвы. Даже к Шаниле, много лет несущей аскезу, ни разу не пришла во сны.

Но! Я собственными глазами видела Тёмного Драконорождённого, во сне и наяву. Я знаю, что он существует. Получается, и Великая Драконица тоже? Это ведь логично, разве нет? Кроме того, она подарила мне метку истинности — отметила меня как идеальную пару для Дирэна. То есть фактически светлая богиня прикоснулась ко мне.

Метки уже давно нет, так что не знаю, нахожусь ли я под защитой Великой Драконицы. Но, если исходить из этой логики, то существует крошечная вероятность: тёмный бог не может причинить мне настоящий вред.

В память врываются ужасающие воспоминания окровавленного Дирэна, не выносящего моей близости. Следует помнить об этом. Пусть он не сможет, скажем, убить меня, но может проклясть, как моего мужа когда-то.

Карета, в последний раз подпрыгнув на кочке, останавливается.

— Приехали, — слышу зычный голос возницы.

Не дожидаясь его помощи, открываю