Жестокий развод. Дракона (не) предлагать! - Юлианна Винсент

— А вам какая с этого выгода? — скрестив руки на груди и пристально взглянув мужчине в глаза, спросила я. 

— Не буду отрицать, — чуть нахмурившись, ответил Сержио, а я всем телом ощутила, что на меня пытаются магически воздействовать и браслет на моем запястье нагрелся. — Мне до зубовного скрежета надоели его выходки. Но сам я не могу обнародовать эту информацию. 

— Почему? — продолжала любопытствовать я, а Фалконэ медленно начинал злиться. Это было видно по его напряженной челюсти и ходящим желвакам. 

— У меня на это есть свои причины, — уклончиво ответил он. 

Я поняла, что если Паулина в моем лице продолжит настаивать, то я выдам себя с потрохами, потому что в картине мира этого товарища, глубоко обиженная барышня должна была с первой секунды ухватиться за возможность отомстить своему бывшему,  а не задавать кучу неудобных вопросов. 

— Что вы хотите взамен? 

— В обмен на эту информацию, — его голос стал чуть ниже, чуть жестче, — я хочу получить завещание покойного короля. То, что сейчас находится у тебя.

Вот оно. Всегда есть подвох. Завещание. Значит, не только Герарду и Тристану оно нужно. В его глазах не было ни тени былого тепла, лишь холодный, расчетливый блеск. Мои пальцы непроизвольно сжались.

— Оно не у меня, — соврала я, стараясь выглядеть как можно более убедительно. — Оно… у Герарда.

Фалконэ усмехнулся. Жестко, без всякой теплоты.

— Не нужно меня держать за дурака, Паулина. Я знаю, что завещание находится у тебя. И я знаю, как важно оно для Герарда.

Его тон изменился. Теперь в нем появилась угроза, еле слышная, но от этого не менее осязаемая.

— Ты же не хочешь, чтобы я начал действовать… другими способами? — его взгляд заострился. Он стал похож на сокола, который приметил добычу и уже целился ее схватить. — Ведь если ты не отдашь его добровольно, мне придется забрать его иначе. И поверь, мои методы будут… весьма неприятными для такой нежной леди, как ты.

Я почувствовала, как по моей спине пробежал холодок. Этот человек не шутил. Он был опасен. 

— Герард забрал его, как только понял, что завещание у меня, — попыталась я играть до конца, изображая невинное недоумение. Но внутри меня все кричало: беги!

Мужчина лишь покачал головой, и в его взгляде мелькнуло неприкрытое разочарование, смешанное с решимостью.

— Я хотел по-хорошему, Паулина. Правда хотел. Но, похоже, Тристан прав и ты, действительно бракованная, раз у тебя абсолютно отсутствует инстинкт самосохранения. 

Он сделал шаг назад и его фигура начала расплываться, словно тающий туман. Я моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд, но он уже исчез. 

На его месте, словно из ниоткуда, появились двое. Двое огромных, грязных мужчин с лицами, изрезанными шрамами и откровенно бандитскими ухмылками. 

— Какая красивая ледя, — сально хмыкнув, потер руки друг об друга тот, что бы повыше. — Эй, Рон, у тебя когда-нибудь была такая? 

— Не-ет, — протянул второй, чуть ли не облизываясь, глядя на меня. 

Они были облачены в грубую кожу и вооружены дубинками. 

— На женщину с будинками? — спросила я, укоризненно глядя на них и пытаясь скрыть страх. — Самим то не стремно? 

— Слышь, Рон, — смачно сплюнув, ответил первый. — А она права. Зачем мне деревянная дубинка, если у меня есть своя: горячая и твердая. 

“Твою мать, меня сейчас стошнит от отвращения!” — еле сдерживая рвотный позыв,подумала я про себя.  

Один из них, с широкой ухмылкой, сделал шаг ко мне, но не успел он и руку поднять, как раздался яростный рык, а затем — глухой удар.

Прямо передо мной, словно материализовавшийся из воздуха, стоял Герард. Его волосы разметались, глаза горели яростью, а на его лице была такая гримаса, что я впервые за все время нашего знакомства испугалась его по-настоящему. И одновременно с этим почувствовала предательское волнение внизу живота. Очень вовремя, конечно. 

— Руки прочь! — прорычал он, и в его голосе сквозила смертельная угроза, приправленная едким сарказмом. — Приставать к своей управляющей могу только я! 

Второй бандит попытался нанести удар Герарду сбоку, но тот с невероятной скоростью увернулся, перехватил его руку и с хрустом вывернул. Громкий вскрик боли заставил меня вздрогнуть. Герард оттолкнул его и тот рухнул на кучу сена, держась за неестественно выгнутую конечность.

Первый бандит, оправившись от шока, набросился на Герарда с дубинкой. Мой спаситель лишь презрительно усмехнулся.

— Какой примитивный подход, — проворчал он, легко уворачиваясь от удара, а затем одним точным движением кулака отправил громилу в глубокий нокаут. Тот упал, как мешок с картошкой.

Герард оглядел поверженных бандитов, затем медленно повернулся ко мне. В его глазах все еще горел гнев, но он постепенно сменялся чем-то другим — смесью облегчения и… беспокойства.

— Пошли, — сказал он, хватая меня за руку и я, все еще дрожащая от пережитого шока, позволила ему увести себя с конюшни. Он практически тащил меня по улицам, не обращая внимания на редких прохожих.

Мы вернулись в поместье, где Герард провел меня прямо в гостиную. Его хватка была крепкой, но не причиняла боли. Когда он отпустил мою руку, я заметила, как тяжело он дышит, а его взгляд не отрывается от меня.

— Нам нужно серьезно поговорить, — произнес он и я поняла, что эта беседа не будет легкой. Совсем не легкой.

Глава 27

Паулина 

Дверь в гостиную захлопнулась с таким грохотом, что, казалось, содрогнулись стены. Герард отпустил мою руку, будто обжигаясь, и резко развернулся ко мне. Его лицо было бледным от сдержанной ярости, а глаза метали молнии. Он был похож на грозовую тучу, готовую разрядиться молнией прямо в мою непутёвую голову.

— Объясни, — его голос был низким и опасным. Он не кричал. Это было хуже. — Объясни мне, каким блестящим умозаключением ты руководствовалась, когда решила в одиночку, отправиться на свидание черт знает с кем? Ты хоть понимаешь, что не успей я вовремя, то собирал бы тебя по частям на этой гребаной конюшне? Или тебе мало того, что ты и так уже