Исцеление любовью - Снеталия Морозова

Я округлила глаза.

- Он был подлым, злым, пособствовал доносчикам, одаривая их домами, которые строили волки из стаи принудительно, сильных оборотней вызывал на бой, выходя вместе с бетой. Потом один из волков сознался, что Вархан подливал перед боем соперникам морево, усыпляя зверя, подкупая и шантажируя волчиц делать это. Оборотни стали объединяться против Вархана, но многие опасались за своих жен и детей. В поединках были убиты сильные волки: отец Даркафа, наш отец, муж Радины и еще много сильных оборотней. Его смог одолеть лишь Белогор.

- Месть значит. Так, а что ему надо от Белогора? Они могли же его убить, их было много. Им я нужна, да?

- Не знаю… - склонила голову в тарелку Мариша.

- Мне нужна вся информация, милые. Зачем ему ведьма? И нас не так много уходило из дома владыки, где остальные? Я не увидела Миро, например.

- Если у него будет ведьма, он в разы будет могущественней, - так же тихо, как сестра, проговорила Зули.

- Мы и сами гадаем, часть волков перед ужином пошли проверить Сурию, Лар сказал, что с рекой что-то неладное, у протоки. А это далеко. Они догнали нас в пути к стае, сказав, что ложная была тревога.

Я слушала, пытаясь хоть что-то понять, сообразить, что дальше делать:

- Варка права, стая в опасности. Халим не жалеет никого. Сколько под ним оборотней?

- Это не наши волки, откуда он их привел - не знаю, все вообще думали, что Халима нет в живых, никто не слышал о нём. Белогор лишь предполагал, что Халим живой.

- Переговорщик в стае, пришел к Даркафу на разговор. В стае предатель. Переговорщик просит ведьму за Белогора, сказал, что они знают, что ведьма носит горб, а на лицо морок наводит, кто-то из стаи доносит. У ворот больше десятка черных волков, ждут посланника, - быстро тараторила Радина, держась за грудь, выдыхая порывисто от бега.

- Бежим в сторожку, - Мариша вскочила.

- Я пойду к Халиму, вдруг он стаю всю перережет, - я встала из-за стола.

- Дурка! Если он намерен перерезать, он и с тобой перережет. Тебя нет – нет владыки, помни это.

- Бежим, - я кивнула.

- Я с вами. Стеша, возьми меня, я помогу, - встала Гарма.

Я посмотрела на молодую женщину. Она похудела за эти дни порядком.

Кивнула.

- Ты мелкая, сядешь на меня, так быстрее будет, волки по следам и запаху искать будут, мы их запутаем, - говорила деловито Гарма.

- Надо быстро переодеть её, намазать хуримой, запах отобьёт на время, - Мариша взяла со стены пучок.

Волчица растирала между ладоней сухую траву:

- Зули, в сундуке вещи Бурушки, доставай.

Радина заплакала.

- Девочки справятся. Я буду тормозить, да и меня найти легко. Гарма, веди по югу от болота, где саморядка цветет, от вьюнов - к северу до ельника, там увидишь зарубки на сахе самой высокой, от сахи на восток лап сто, там и сторожка под беловиком скрыта. Я отвлеку Халима. Заговорю.

Мариша сосредоточено растирала траву, давая указания:

- Кто может быть продажной шкурой, не Лар ли наш?

Мариша на ладони капнула масло и натерла меня маслом душистым, я надела подростковые штаны и рубаху Белогора, что подала мне Зули, тугую косу закрутили под шапку. Мы с Гармой вылезли в окно, я взяла сумку с вещами волчицы. Она обернулась, я села верхом, и она побежала.

- Устанешь, остановись, побегу ногами. Гарма, слышишь?

Волчица рыкнула, кивнула мордой.

Разве я могла предположить несколько дней назад, что бывшая любовница моего мужа будет помогать мне, а я ей буду доверять. А я доверяла ей, да.

Волчица хорошо ориентировалась, бежала быстро сначала, потом стала замедляться, справляясь с отдышкой.

- Гарма, хватит, дальше я сама.

Она не слушалась, старалась, пыхтела, но тащила меня.

- Я спрыгну, остановись сейчас же, - я рыкнула, дёрнув за шерсть.

Волчица остановилась. Мы были в гуще леса, уже очень далеко от домов оборотней. Я слезла. Оборот - передо мной обнаженная Гарма. Я пробежалась взглядом, оглядывая её фигуру. Она стеснялась, это было видно. Нет, не наготы, а того, что она не такая, как я, своей уязвимости, полноты, непохожести на всех других волчиц. Молодая женщина опустила голову, быстро и суетливо одевалась.

- Гарма, ты очень красивая.

- Не надо, Стеша, я разжирела.

- Скинешь несколько килограммов и будешь очень красивой, поверь мне. Ты уже хорошо постройнела за эти дни. У тебя грудь красивая, бедра полные женственные упругие, волосы шикарные, талия узкая.

Она подняла на меня глаза, полные надежды, я улыбнулась, кивая.

Я еще ей усья удалю, а то в глаза бросаются.

Мы пошли быстрым шагом. Я отгоняла негативные картинки о Белороге в плену, посылая ему слова любви и поддержки.

Меня послушались птицы, когда я с Варкой выясняла отношения. А если сейчас позвать, попробовать – прилетят, интересно? Но тут же во мне мысли забегали: не играться с природой, верить в себя безоговорочно и всё.

26.

Гарма прошептала: «Идти беззвучно». Мы молчали, я шла рядом с волчицей, наблюдая за её повадками, грацией и легкостью, несмотря на весьма упитанное телосложение. Гарма остановилась, стала прислушиваться, показывая мне жестами - стоять тихо. Я же кроме звуков леса ничего не улавливала.

Она подошла вплотную ко мне и одними бледными трясущимися губами с жутким страхом в глазах проговорила:

- Волки, много.

Мы побежали. Мысли скакали за моими ногами: призвать на помощь диких зверей – нет, подвергать опасности животных, в сватке черные волки безжалостны и очень агрессивны.

Гарма резко остановилась, я врезалась в волчицу.

- Нас окружают, Стеша, беги, я останусь.

- Пургу не гони! Ведьма я или где?

Я оглянулась по сторонам.

- За мной!

Теперь Гарма послушно за мной побежала. У пушистой ели я остановилась, стала забираться под ветки, царапая лицо, Гарма – за мной.

- Лес-батюшка! Помоги, укрой, спрячь нас от волков, не дай им нас распознать, проведи их мимо нас.

Я положила ладони на траву, повторяя заклинание три раза.

Ветки опустились, создавая кокон вокруг нас, валежник, что был неподалёку поднялся, рассыпаясь под ногами у нас. Мы были в укрытии. Сердца наши стучали так, что отдавались в висках.

Я взяла ладони Гармы в свои, успокаиваясь сама и утихомиривая страх волчицы. Мы сидели на земле, ноги были поджаты.