Исцеление любовью - Снеталия Морозова

Я услышала треск, потом рычание, дыхание. Волки остановились возле нашего укрытия, нюхали воздух, оголяли верхнюю челюсть, скалясь, вдыхали землю.

Они потеряли нас. Вдруг волки закрутились вокруг себя, стали хвосты поджимать, Гарма тоже съёжилась. Я ничего не понимала. Волки сгрудились в одну кучу, насчитала – шесть здоровых зверей.

- Облик принять человека! – приказной властный тон низким уверенным голосом прогремел.

Гарма сжала мои руки. Я сидела, наблюдая.

Оборотни приняли человеческий вид.

- Причинные места закрыть!

Мужчины с рук развязали тряпки, надели штаны, встали. Они были сильные, смуглые, черноволосые, в шрамах от схваток по всему телу, лица свирепые, одержимые, словно не нас искали, а искореняли гнёт всемирный.

- За кем охотимся в мирном лесу оборотней?

Оборотни молчали, отпуская головы.

- Второй раз спрашивать не буду, тут же превращу в пепел, - голос властный гаркнул.

- Демон, мы не знали…- начал один.

К оборотням подошёл говоривший, я увидела черные кожаные высокие ботинки, темные штаны, заправленные в обувь.

- Не мямли..

- Нам надо поймать волчицу и ведьму, мы их уже почти нашли, но потеряли запах, как сквозь землю провалились.

- Зачем они вам?

Мужчины молчали, а потом стали корчиться, словно от боли, Гарма тоже еще ниже согнулась, сжимая мою руку сильнее.

Он воздействует, похоже, на них, а я не ощущаю.

- Халим приказал, у него в плену владыка Осии, ведьма - его истинная, убьём ведьму – сдохнет медведь. Осия наша.

- На хуя тебе Осия, долбоёб? Тебе живется тут хреново, а? Идиоты! Слушаются дебила одного, у самих мозгов нет.

Я выпучила глаза: такое красноречие говорит об одном – он с Земли, без вариантов.

Оборотни опускались на колени, у одного пена пошла изо рта, Гарма упала ничком, обмякая, разжимая руки мои.

- Демон, пощади, отработаем, будем тебе служить, пощади, - хрипели волки.

- Заебётесь отрабатывать, шавки! К Халиму своему сейчас идите и передайте от Демона привет и скажите: ведьма – моя, и, если с владыки хоть шерстина упадёт, я всю Осию испепелю к херам. Мне не жалко. Я уже нашёл, что искал.

Они обернулись в зверей и рванули, поджав хвосты. Гарма стала дышать. Кожаные ботинки подошли к валежнику, затем вплотную к нашему укрытию, мужчина присел на корточки, устремляя глаза прямо в мои. Я увидела татуировки на руке, черную футболку или что-то похожее, и глаза.

- Ну, здравствуй, Зеленоглазка!

У меня затряслись губы, плечи, я не могла с собой справиться, слёзы ручьями полились по щекам. Я сидела, не двигаясь, смотрела в глаза Владислава, плача.

Он резко стал раскидывать сучья, вытащил меня, поднимаясь, и сжал в объятиях, поднимая над землёй. Влад захватил лицо моё в руки, тут же скинул с меня шапку, и стал осыпать мелкими поцелуями щеки, глаза, нос, лоб, губы.

- Думал, сдохну…Нашёл…Зелоноглазка моя….убежала…

Он тяжело дышал, часто. Посмотрел снова на меня.

- Красивая моя! Ведьмочка моя! Ну, конечно, ведьма и есть!

Снова вжал в себя, я слышала гул его сердца, плача от облегчения. Он так и стоял несколько секунд, вжимая меня в себя, пока мы не услышали Гарму.

- Не плачь, моя хорошая! Всех, кто обидел, сгною.

- Влад? Ну, как? – я была в шоке.

- Аглая всё, помогла мне, эти месяцы жил у неё.

- Месяцы? Я тут дней десять.

- Восемь месяцев, Стешенька, восемь мучительных месяцев.

Гарма задыхалась.

- Гарма, что с тобой?

Влад подошел к волчице, наклонил голову её:

- Сплёвывай, ну.

Гарма начала харкать слизью.

- Страх иногда и такую реакцию вызывает, - говорил, держа волчицу за плечи.

Я смотрела на Владислава. Он стал выше и крепче того Владислава с Земли, но такой же брутальный: коротко остриженный, щетина на скулах, рукав забит какими-то рисунками: мордами, геометрией.

- Демон…- я выдохнула.

- Да, Стешенька, да. Ну, ты тоже хороша, ведьма.

- Как сын?

- Он не сын мне. Пока искал тебя, столько узнал о себе, все эти бесконечные восемь месяцев жил у Аглаи, можно сказать.

Он снова подошел близко.

- Восемь месяцев и ада, и принятия, и осознания, и ненависти, и познания. Сейчас ко мне пойдем, покажу, как устроился.

- Влад, я замужем.

- Да знаю я. Шустрая ты моя! Решим.

- Я на Землю не вернусь.

Он посмотрел внимательно.

- Понравилась Велиония?

Я кивнула.

- Потому что мы вернулись, Стешенька, домой. Я тоже не вернусь на Землю. Мой дом там, где ты. Ты пара моя, Зеленоглазка. Истинная моя. Мы были вместе уже в прошлой жизни.

Я отрицательно затрясла головой.

- Думал и про это. Будет у тебя два мужа, Стешенька. Всех остальных – убью.

Я округлила глаза.

- Черный! – крикнул Влад.

Гарма подошла ко мне, прижалась.

- Блэк!

Из кустов вышел кот, и не спеша, вальяжно подошел к нам.

Гарма отпрыгнула.

Кот зашипел на неё.

- Кто это? – волчица пятилась назад.

- Это кот! Гарма, ты не видела котов?

- Демонское отродье? Ой! – Гарма подняла пугливый взгляд на Влада, закрывая ладошкой рот.

- Это точно! – Влад засмеялся, оголяя свои белоснежные зубы.

27.

Красивый мужик! Мне было очень интересно: как там Аглая? Как её здоровье? Как скоро она попадет тоже сюда? И как он в Велионию попал?

- Влад, когда мы сможем Белогора вытащить из плена?

Он так на меня посмотрел, будто я ему прилюдно изменила: проникновенно в глаза, внимательно, долго.

Ухмыльнулся горько:

- Обсудим всё. Сейчас – ко мне.

- Надо бы Марише сказать, что с нами всё в порядке, весточку какую. Пожалуйста, Влад.

Я настаивала.

- Блэк, довези Гарму до стаи.

Кот отошел от хозяина и обернулся в красивого вороного коня. Мы с волчицей взвизгнули. Гарма, выпучив глаза, смотрела на коня, потом так же на меня посмотрела. Я поняла всё.

- Гарма со мной, Влад.

- Подруги?

- Бывшая любовница моего мужа.

Влад усмехнулся:

- Сильно.

- Это не расчет, Влад. Мы вместе и да, мы – подруги.

Я не ожидала, что Гарма обнимет меня так крепко, что косточки хрустнули.

Я сделаю из неё конфету, я так решила, она достойна красоты и хорошего мужа, да.

- Я сообщу Даркафу. Блэк, домой всех! – сказал Владислав.

И тут конь снова стал котом. Кот вальяжно потянулся, стал круги вокруг себя наматывать,