Безнадежный некромантик - Шайло Браяр

— Что? Нет, я… — Солнечный свет, пробившийся сквозь облака, ударил ей в глаза, когда она в изумлении распахнула их, и она невольно отпрянула. — Я просто хотела спросить… ну, раз наш союз так хорошо складывается, может, ты мог бы помочь мне сблизиться и с Сикрасом? Я могла бы помочь тебе вытащить его из тех теней, о которых ты говорил. Что нужно сделать, чтобы заслужить его доверие? Или его расположение?

Мрачная атмосфера развеялась от звука смеха Бена.

— Его расположение? Погоди, погоди, погоди, притормози. Сикрас положил глаз на тебя? Или ты на него? И какой именно глаз — протез или настоящий? Должно быть, протез. Ты ведь им ничего не видишь, верно? На нем нет никаких чар или…

— Бен! — Жар тысячи солнц опалил щеки Хелспиры. — Потише, пожалуйста. Я лишь хотела сказать, что раз мы путешествуем вместе и все такое…

— Сикрас? Серьезно?

— Я просто пытаюсь…

Бен перестал перебирать струны и согнулся пополам от хохота, упершись руками в колени, в то время как лютня покачивалась на ремне.

— Не могу поверить своим несуществующим ушам. Не пойми меня неправильно, я люблю этого парня, но он, мягко говоря, не дамский угодник.

Охваченная смущением, Хелспира вскинула руки.

— Забудь. Это была глупая идея.

— Прости. Я не должен смеяться. Просто… — Бен снова прыснул, — это же Сикрас, ради всего святого Дионуса. В смысле, если бы это был тот вариант его самого, что существовал до того, как он начал постоянно поддерживать мое существование, я бы еще понял… Но седые волосы, худощавое тело… Это то, что тебя в нем привлекает?

— Бен, клянусь всеми богами Сиафары…

Он приглушил смех, но все еще хихикал, как незрелый ребенок, прикрывая рот лишенной плоти ладонью.

— Нет своих собственных божеств, чье имя можно было бы помянуть всуе?

Хелспира нахмурилась.

— Божества либо не слышат хтонийских молитв из такой дали — из-под самой почвы Сиафары, — либо просто предпочитают на них не отвечать.

— Безбожница, значит? Боже, может, вы с Сикрасом поладили бы даже лучше, чем я думал. Вы могли бы держаться за руки и вместе жаловаться на всемогущих существ.

Доведенная до головокружения, Хелспира сжала руки в кулаки.

— В последний раз повторяю, у меня нет никакого интереса к…

— Прости, прости, — Бен вскинул руки в знак капитуляции. — Просто… я скучаю по тому, как дразнил Имри, а сейчас ты — единственная женщина, которая может вынести мой вид. Если не считать Каниду. Боже, если бы эта женщина не была обречена на смерть, у нас с ней могло бы что-то получиться.

Ярость уступила место сочувствию, и напряжение в плечах Хелспиры спало.

— Мне жаль слышать о твоей сестре. Я тоже потеряла своих братьев и сестер в Хтонии, но была слишком мала, когда они умерли. Я не узнала их так, как ты знал Имри.

Бен пожал плечами:

— Уверен, боль от этого была не меньшей. Какими они были?

— Почти не помню. Только то, что они были высокими. — Хелспира коротко усмехнулась. — Я была самой маленькой в выводке.

— В выводке?

Замешательство в его тоне заставило ее поморщиться.

— Прости. Не уверена, как говорят люди, когда у одной матери рождается сразу несколько детей.

— Нет, все в порядке, мне нравится «выводок». Более того, следующая мать, которую я увижу, получит комплимент по поводу своего выводка детишек.

Хелспира улыбнулась:

— А Имри? Какой она была?

— О, ее не описать словами. Красные Стражи обожали ее, но разве можно не любить женщину, которая направляет силу своей богини на исцеление чужих ран? Она была удивительным человеком и еще более удивительной сестрой. Ее было легко любить. Готов поспорить, это одна из причин, почему Сикрасу так трудно ее отпустить. Учитывая их разногласия в вере, они оба понимали, что не были созданы друг для друга навечно, но все же… — Бен вздохнул. — Для вдовцов не существует правильных решений. Если двинешься дальше — ты злодей, если нет — жертва. Я никогда не завидовал его положению.

О, отлично, жалость вернулась. Хелспира прикусила щеку изнутри, мечтая, чтобы хотя бы раз ее черствые демонические инстинкты взяли верх и помогли ей не сбиться с курса.

— По крайней мере, он наконец откликнулся на призыв Саэлин, — продолжил Бен. — Это пойдет нам на пользу. Ему самому. Все те годы, что он проводил только в моем обществе, сделали его немного… отклоняющимся от нормы.

Хелспира приподняла бровь, глядя, как Сикрас танцует вокруг крайне недовольного Красного Стража.

— Он неплохо это скрывает. Хотя, судя по убийственному взгляду этого стража, Сикрас может оказаться в реальной опасности, если продолжит в том же духе.

Бен пренебрежительно махнул рукой:

— Они не тронут его, как бы он их ни раздражал. Большинство этих солдат знают, на что он способен. Даже в его нынешнем состоянии, я бы поставил свою жизнь на то, что они слишком напуганы, чтобы что-то предпринять.

— Больше нет музыки? — голос Сикраса перекрыл стрекот насекомых и птиц, когда он, тяжело дыша, подбежал к Бену и Хелспире. — Был уверен, что получу реакцию от старого баронета, но он решил виртуозно меня игнорировать.

— Уверена, он просто сосредоточен на плане, — сказала Хелспира, стараясь поддержать мир. — Кстати об этом, Сикрас, ты думал о том, как мы будем противостоять Вессику, не будучи… гм…

— …полезными в сколько-нибудь значимом смысле?

— Это твои слова, — сказала она, — не мои.

Сикрас зашагал взад-вперед, большим пальцем теребя золотой ободок на безымянном пальце.

— Трудно сказать. Я думал, что знаю его пределы, но, похоже, дорогой Вессик полон сюрпризов. По крайней мере, мы знаем возможности людей, которые находятся под его командованием.

Хелспира приподняла подбородок:

— Не хочешь уточнить?

— Ты видела, кого мы убили в Вайнпуле. Нищих. Фермеров. Бедняков. Обездоленных. Вессик дал им взрывчатку не чтобы показать свою силу; он дал ее им, потому что они не умеют махать мечом, а у случайных осколков больше шансов убить, чем у истощенного человека с заржавевшим клинком. Красная Стража быстро разделается с людьми Вессика, живыми или мертвыми.

— Они делают это годами, — заметила Хелспира. — Убить их — не проблема, проблема в том, чтобы они оставались мертвыми. И хотя его самодельные солдаты не представляют угрозы для стража, для обычного жителя Ниллмаса они смертельно опасны. Нам не стоит его недооценивать, особенно учитывая его неестественную способность творить мощные заклинания без последствий для самого себя.

— Да, что с этим не так? — Сикрас поморщился, машинально почесывая щеку. — Однажды, во время нашего ученичества, Вессик неправильно произнес гласную в заклинании, и вместо создания мелких