Подарок для Медведевых - Ая Кучер

Огромные клыки, рёв, от которого земля дрожит под ногами…

Какого чёрта?!

Дедушка Мороз, а можно адекватные подарки?!

Я ж собиралась сбежать в лес! А теперь там не только снег, холод и полный мрак, но и, блин, реальная угроза быть сожранной!

А я не вкусная!

Горькая. Кожа да кости.

Может у них специальная диета и не станут меня трогать?

— Чё встала?

Голос Тимура разрезает моё сознание, вырывает из оцепенения. Я дёргаюсь, как заяц на середине дороги.

— Медведи… — шепчу.

— Ага, — он усмехается, наклоняясь ближе. — А мы кто?

Меня передёргивает. Его слова, сказанные нарочито лениво, обжигают затылок, и я чувствую, как волосы встают дыбом.

Господи. Он прав. Здесь, в доме, эти трое — не лучше настоящих хищников.

— Ну? — Тимур снова подталкивает меня. — Давай вниз, птичка. По тебе все соскучились.

На негнущихся ногах прохожу в гостиную. И тут же встречаю взгляд Рустама.

Боже, как он смотрит…

Его губы тронуты ленивой ухмылкой, руки раскинуты на спинке дивана, а глаза — прожигают. Оценивают.

Задерживаются на моём лице, потом опускаются ниже, словно раздевают заново.

Будто смотрят не просто так — а со скрытым подтекстом, настолько явным, что у меня перехватывает дыхание.

Я вспоминаю его руки на своём теле. Его губы. Жар его кожи. Его дыхание, смешанное с моим…

Нет-нет-нет!

Щёки вспыхивают, я резко отвожу взгляд, будто это поможет.

— Ты чего такая красная, лапуль? — Рустам довольно скалится, лениво постукивая пальцами по подбородку. — Мы ж только начали веселиться, а ты уже загорелась.

Арман бросает на него косой взгляд, но ничего не говорит. А вот Тимур за моей спиной тихо смеётся.

— Да ладно, лапуль, — тянет Рустам, всё так же медленно пожирая меня взглядом. — Смотришь на меня так, будто хочешь затянуть в кладовку и надругаться. Хотя я не против. Помочь?

Я задыхаюсь.

Поворачиваюсь к нему резко, сгорая от ярости, смущения и стыда одновременно.

— Помолчи! — рявкаю недовольно.

— Рот мне только поцелуями заткнуть можно. Попробуешь?

Я вспыхиваю. Глаза расширяются, в голове взрыв.

Я хватаю первую попавшуюся подушку и со всей силы запускаю в него. Рустам ржёт и легко ловит её одной рукой.

Вот бы этого громилу к медведям! Там бы он не смог пошлить, убегая от хищников.

Хотя…

Ощущение такое, что эти мужчины даже медведей напугают. С любой угрозой справятся.

— Завязывай.

Хлёстко и грозно произносит Арман. Не до конца уверена, кому именно он это говорит. Брата тормозит. Или меня в рамки загоняет.

Но на всякий случай решаю не спорить.

— Лучше к празднику перейдём, — Арман глухо бросает, резко вырубая радио. — Малышка ведь хотела Новый год отпраздновать. Пора.

— И нам подарок перепал, — довольно тянет Рустам, крутя в руках… Мою сумку! — Сама в руки попала.

— Ты что, рылся в моих вещах?!

Я моментально рву шаг вперёд, готовая отобрать своё. Мужчина лишь ухмыляется, как будто его ни капли не смущает этот факт.

— Спокойно, лапуль. Просто проверил, не наврала ли ты про имя. Интересно было.

Я вздрагиваю. Дёргаюсь, собираясь вырвать вещи у него из рук, но не успеваю.

Тимур вскидывает руки вперёд, не касаясь меня, но закрывая в этом кольце.

Я влетаю в него, ощущаю его тепло, его запах, его силу слишком близко.

Замираю.

Моя грудь касается его футболки, я чувствую, как он напряжён.

— Осторожнее, лапуль, — насмешливо тянет Рустам.

Моё дыхание сбивается. Я чувствую этот проклятый жар, это ощущение западни.

— И что там в доках? — раздаётся голос Тимура.

Я вздрагиваю от близости его дыхания. Оно касается моей шеи, проникает под гольф, будто прожигает кожу изнутри.

Боже.

Я сжимаюсь, чувствуя, как тело предательски реагирует на это. Он стоит слишком близко.

Я чувствую запах его кожи, ощущаю этот электрический заряд в воздухе, этот глухой, едва сдерживаемый смех.

Рустам вытягивает руку, приподнимая мой паспорт, и лениво зачитывает:

— Дарина… — пауза, будто смакует каждую букву. — Мишина.

В комнате раздаётся короткий смешок. Тимур криво ухмыляется, Арман фыркает.

Переглядываются. Обмениваются понимающими взглядами, и через секунду все трое ржут в голос.

Я хмурюсь, вскидываю подбородок.

— Что? — раздражённо выдыхаю. — Что не так с моей фамилией?!

— Да уж, подарок судьбы, — Тимур качает головой, ухмыляясь. — В прямом смысле.

Я моргаю, всё ещё не понимая, о чём они. Раздражение копится, и в какой-то момент я дёргаюсь, вырываясь из объятий Тимура.

Удалось. Делаю пару шагов назад, складываю руки на груди, пыхтя возмущённо.

— Что не так с моей фамилией? — хмыкаю недовольно. — Ну?

— Всё отлично, — криво усмехается Арман. — Заебись фамилия. Нам подходит.

— Для чего?

— Просто, — Рустам ухмыляется во все тридцать два. — Реально охуенная. Понравилась. А знаешь, что ещё нам понравится? Если мы сейчас развлечёмся. Раз уж ты с нами застряла, можно хоть вечер весело провести.

У меня мгновенно загораются все тревожные сигналы. Я прищуриваюсь, смотрю на него исподлобья.

— Нет! — отказываюсь мгновенно.

У меня ещё осталось часа два, прежде чем закончится прошлая игра. И мне нужно продержаться.

А я не уверена, что это возможно, когда мужчины наступают с разных сторон.

— Да подожди ты, — Тимур ухмыляется, качает головой. — Давай сыграем. Правда или желание?

— Нет! — вскидываюсь резко, чувствуя, как жар бросается в лицо. — Даже не думайте! Вы точно что-нибудь извращённое придумаете!

— Обижаешь, птичка, — хрипло смеётся Тимур. — Мы что, по-твоему, совсем без фантазии?

— Именно, — я киваю, жмурясь. — Даже представлять не хочу, что у вас в голове.

— Куда уж нам до твоих пуританских идей, — скалится Арман. — Судя по всему, она только на всякую херь согласится. Вроде «испорченного телефона».

— Да!

Соглашаюсь, начиная активно кивать. Если