Мое так называемое лето - Лада Шведова

– Хотелось бы этого избежать, но если для тебя важно поделиться…

– Мы еще не настолько подружились, так что пока живи, – решила Женя. – Значит, вчера тебе устроили «посвящение»?

Как раз подошел автобус, и мы забрались на заднее сиденье. Кондиционеры внутри не работали, вместо этого были немного приоткрыты окна – день выдался не по-южному прохладным. В майке я не замерзла, но и в джинсах жарко не было, а ведь во все дни с момента моего приезда джинсы казались одеждой для пыток. Но не сегодня. Обещанный Романом шторм еще не начался, но небо уже выглядело непривычно серым, тревожным, лишенным красок. Пропала вся его пронзительная, режущая глаз голубизна, к которой я тоже успела привыкнуть.

– Спасибо, что «предупредила».

Женя пристыженно поморщилась:

– Прости, вылетело из головы. После случая с Китом я выпала из общей тусовки, из вечерних собраний, из интриг и сплетен, вот и… забыла, как там и что. Прости.

– Все нормально.

– Было весело? Раньше посвящения проходили классно. С серфингом, вечеринкой на крыше админки и прятками по ночному аквапарку. Хотя… это если Кит участвовал. Вчера его не было, наверное, вам даже серфинг не включили и…

– Кит приехал. Вроде как раз вчера, все его встречали.

Я сказала это бездумно, как факт. Но для Жени простые слова стали громом среди ясного неба настолько, что до конца поездки она молча смотрела в окно и нервно кусала губы. Лишь когда мы приехали, она словно силой заставила себя встрепенуться и заговорить о местном торговом центре.

Впрочем, вскоре она увлеклась по-настоящему. Более того, она оказалась ярой фанаткой шопинга и вообще… совсем не походила на свою аквапарковую версию. Словно за воротами «Дюны» стала другим человеком – открытым, улыбчивым, ярким. Этаким рыжим солнцем. Она едва с ума не сошла от радости, когда выяснилось, что нужны мне не только шорты и при этом можно не экономить. В итоге она развела меня на пару платьев, легкий джинсовый комбинезон, несколько комплектов шорт и футболок и даже на купальную водолазку, похожую на те, что надевают серферы.

– Это рашгард. Поверь, он тебе нужен как воздух! – сообщила она так жестко и убедительно, что спорить казалось опасной затеей.

Позже мы, вымотанные намного больше, чем после смены в аквапарке и детских горок, сидели в уличном кафе и жадно поглощали картошку фри. После магазинов она казалась особенно вкусной.

– Днем всегда купайся в рашгарде, – наставляла меня Женя. – И когда у тебя будет свободный проход в аквапарк, тоже иди туда подготовленной: в рашгарде. А то станешь как все те красные подыхайки. Южное солнце шутки не шутит, оно уничтожает. Защитный крем тоже никогда не забывай. Даже сегодня. – Она покосилась на серое небо. – Если у тебя его еще нет, купим в аптеке несколько упаковок.

– Я же не вчера родилась и…

– Лучше озвучить, чем промолчать. А то ты общаешься с одними Журавлевыми, а они же парни, что они понимают в заботе о коже? У них правило одно: не умер, и ладно. Какая там кожа, в самом деле!

– Как-то ты их совсем принижаешь.

– Если бы! – Женя закатила глаза. – Ты с парнями хоть раз общалась? Там даже Кит со своим серфингом порой обгорит так, что потом его плечи становятся похожи на мою фиолетовую от ожога о горку задницу. Только со мной это было неудачное стечение обстоятельств, а у него все добровольно. Из года в год! Или ему просто лень намазать плечи. А еще Кит… – Она вдруг осеклась и поморщилась, словно съела кислое. Постучала пальцами по столу и спросила: – Значит, в аквапарк ты устроилась не из-за нужды? Ты сегодня купила много всего.

Смена темы была такой внезапной, что трудно было о нее не споткнуться. Но я понимала причину: Кит и поцелуй, болезненная история с бывшими подружками, буллинг всем аквапарком – для Жени все это было звеньями одной цепи. А сегодня она вырвалась во внешний мир.

Поэтому я сделала вид, что ничего не заметила:

– Не из-за нужды, но… больше из-за отца.

– Козел, да? – Она понимающе вздохнула. – Вот и мой такой же. Спутался с подыхайкой и сбежал с ней в Минеральные Воды. Два года назад это было. С тех пор мы с мамой едва сводим концы с концами. Сдаем комнаты на лето, но без отца… поэтому мне работа нужна как воздух, в аквапарке идеальный график. Я и маме могу помочь в любое время, и смен набрать побольше, если потребуется… в общем, спасибо папочке, что бросил. Твой такой же, да?

И я зачем-то кивнула в ответ, хотя так не думала. Даже после всех наших ссор. Даже несмотря на то, что когда-то он и впрямь оставил нас с мамой. Или мама его выгнала, если верить тете Нине. Все-таки козлом он не был.

Глава 25

После дня, проведенного с Женей, я сидела в Скворечнике и смотрела на экран телефона. Думала позвонить отцу. Это было странное желание, мне не свойственное. Кажется, за время нашего соседства я ему почти не звонила. Может, только по делу. Его звонки были тоже исключительно «рабочими». Таким был Александр – со мной он словно выполнял работу и ставил галочки напротив выполненных пунктов. Обул, одел, денег дал.

Так было не всегда, конечно.

Началось наше соседство с настоящего кошмара и его грязного, вонючего, прокуренного дома, по которому он рассекал в синих трениках. Каждый раз проходя мимо, Александр сначала смотрел с удивлением, а потом морщился и скорее уносил ноги. Я тоже морщилась, потому что он него несло сигаретами. В моей голове крутился вопрос: как могла моя яркая, красивая и умная мама спутаться с таким человеком? Он точно мой отец или все происходящее снимает скрытая камера?

Потом Александр вдруг начал пропадать, порой я не видела его сутками. Ходила себе в школу, пыталась примириться с новым существованием. Когда не получалось, пропадала у новой подруги – Катюши. В какой-то момент случилось удивительное: вонять сигаретами от отца перестало, синие треники тоже куда-то исчезли. Потом он подарил мне новый рюкзак, хотя скорее то чудо было портфелем – розовым, с разноцветными феечками на огромном кармане. Я была в ужасе и тот портфель скорее выкинула в мусорное ведро, лишь бы не видеть. Тогда Александр просто начал давать мне деньги.

– Ты их крадешь? – спросила я прямо.

И так он на меня посмотрел… недобро. Но тетя Нина, с которой я общалась, звала моего отца мошенником, который мечтает продать мамино наследство, вот я и напряглась. Отец не удостоил меня ответом, зато потом весь вечер отчитывал по телефону мою тетку, да такими словами, что в жилах стыла кровь. После он строго-настрого запретил мне с ней общаться, но я делала это ему