Я – «гадкий утёнок» королевской семьи - Александра Звездочёт

Мы с Фианной удивленно переглянулись. Он снова повернулся к нам, заметив недоумение на наших лицах.

— Это звучит странно и пугающе, знаю, — добавил юноша, фыркнув, — но… так оно и есть. Вы, наверное, уже заметили, что, хотя основными обитателями Лунных Земель — а конкретно Кромкредора — являются Арахниды, здесь проживает немало представителей крылатых народностей Солнечных Земель.

— Но как такое могло произойти?

Парень поудобнее устроился в кресле и начал свой рассказ:

— Все началось с тех пор, как Сиренекрылые… — Он с сожалением посмотрел на меня и запнулся, — …кхм, как… арвандильцы, погнали Арахнидов из лесов, не жалея даже новорожденных.

— Вооруженные воины королевства не знали пощады, и неважно, кто перед ними находился — старик, чья-то мать или чей-то ребенок. Мой дед рассказывал, что в тот день было много, очень много кровопролития, причем с обеих сторон. Люди демонстрировали свою неприкрытую ненависть друг к другу, позволяя бушующей ярости полностью завладеть их разумом. «Сгореть в огне, разросшемся до таких размеров, что этот огонь пожирал не только своего хозяина, но и всех остальных: и врагов, и даже союзников. Ибо огню было все равно: он не перебирал, он жаждал крови, и неважно чьей», — так он говорил.

Пальцы Ракхтара замерли в паре сантиметров от дверной ручки, так и не коснувшись ее.

Он пришел сюда, чтобы отдать пленной принцессе все ее украшения, которые ему пришлось снять тогда, а заодно убедиться, что она жива и идет на поправку.

И он, конечно, не собирался подслушивать, просто это получилось само собой. Так что же делать? Войти внутрь? Но мужчина не хотел прерывать рассказ Феландира, хотя и не понимал, почему Зеленокрылый решил поведать все это той, чьи сородичи едва не уничтожили всех Арахнидов.

Неужели Ракхтар действительно, в глубине души, надеялся, что она поймет его поступок и изменит свое мнение? Неужели он надеялся, что она перестанет считать остальных Арахнидов чудовищами, какими их представляла арвандильская аристократия?

Почему его это вообще волновало? Разве его должно беспокоить, что принцесса Сиренекрылых думает о нем и обо всех жителях Кромкредора?

Но если нет, тогда отчего ему так тревожно?

— Все, кто бежал, в конце концов, вынуждены были поселиться здесь. На территориях, которые являются чем-то вроде обратной стороны Солнечных Земель и находятся глубоко под землей, — продолжал молодой человек. — В Лунных Землях никогда не наступает утро, такова особенность этого места.

— Я… я не знала, что существует совершенно иная версия этой истории, нежели та, что хранится в королевской библиотеке. То есть, я догадывалась, что там могут быть какие-то незначительные изменения, но чтобы в итоге они оказались настолько колоссальными…

Арахнид усмехнулся: конечно, она не знала, потому что им просто не позволили бы узнать о тех злодеяниях, которые «мудрые, святые Сиренекрылые» творили над неугодными. Над теми, кто просто не похож на них.

— Но ты ведь так и не рассказал, как в этих мрачных землях оказались твой отец и другие крылатые, — напомнила Фианна, впервые за долгое время заговорив.

— Все они добровольно ушли вместе с бежавшими Арахнидами.

— Что?! — ошеломленная девушка распахнула зеленые глаза. — Но это же невозможно!

— Как видишь, возможно, — вмешалась я, подперев пальцем подбородок. — Если все, что сказал Феландир, чистая правда, то…

— Подождите, я еще не закончил, — перебил он, и мы обе удивленно посмотрели на него. — Есть еще кое-что.

Парень оглянулся и заговорил тише, как будто было запрещено доносить это до чужих ушей:

— Задолго до резни произошло событие, которое, по мнению многих, сильно пошатнуло и без того хрупкие отношения между двумя расами. Принцесса Сиренекрылых, невеста принца Лазурекрылых, двинулась в долгий путь в земли своего жениха, чтобы там они сыграли свадьбу, но по дороге пропала. Ее тело было обнаружено спустя несколько дней в реке, но ни сама карета, ни ее экипаж так и не были найдены.

— Господи, какой ужас, — прикрыла рот ладошкой Фианна.

— Слушайте, что скажу дальше, вы будете шокированы, — заверил парень. — Дело в том, что в спутанных волосах принцессы нашли несколько мертвых пауков — слуг Арахнидов. И как вы думаете, на кого легла вина за убийство королевской особы?

— Тут и думать нечего, ты ведь только что сказал все прямо, — ответила я.

— Так вот, — продолжил Феландир, — оказалось, что принц Арахнидов тоже был влюблен в эту принцессу, и однажды он пришел к ее отцу с серьезными намерениями просить руки его дочери. Но и король, и девушка отказали ему, лишь посмеявшись над его чувствами. Ходили слухи, что в ту ночь молодой Арахнид вернулся мрачнее тучи, заперся в своих покоях и от злости перевернул все вверх дном. Ну а через месяц случилось то, о чем я уже говорил.

— Погоди, что-то тут не сходится, — задумчиво пробормотала я, глубже вникая в услышанную историю. — Ты сказал, что принц Арахнидов был влюблен в принцессу Сиренекрылых, но она отказала ему и просто посмеялась над его чувствами, так? Хотя он и был очень зол, я не думаю, что это он совершил убийство. Арахниды — такие же люди, как и мы, просто… просто мы немного отличаемся внешне. По крайней мере, мне хочется в это верить. В конце концов, человек, способный испытывать такое нежное чувство, как любовь, просто не может быть плохим. Или я что-то упускаю?

— А это и не он убил принцессу, а ее собственный брат, чтобы распустить грязные слухи, порочащие Арахнидов, и окончательно разрушить отношения между двумя расами, — огорошил меня Феландир. Огорошил настолько, что я не сразу поняла смысл сказанного, уставившись на парня расфокусированным взглядом и некоторое время глупо моргая.

Брат убил родную сестру? Своими же руками? Это звучало настолько ужасно и отвратительно, что хотелось выкинуть из головы все, что я только что услышала. Я еще могла примерно понять мотивы убийства, если бы у него был брат, а не сестра, то есть потенциальный претендент на трон отца и его соперник, но девушка…

В те времена женщина могла сесть на трон, только если рядом с ней находился сильный и мудрый мужчина, ее супруг. Так что