Связанная с Падшим Королём Теней - Джен Л. Грей

Я заскулила, ненавидя то, что она была права. Квен, Юки и я едва успели добраться сюда.

И всё же каждый крик разбивал моё сердце ещё сильнее, и я поднимала голову, воя от горя. Я была свидетелем стольких смертей, и мне становилось только тяжелее.

Квен и Юки вставили свои кристаллы на место. Гул усилился, и щит над нами поднялся. Свечение круга стало ярче, насыщенный фиолетовый цвет поглотил тёмно-бирюзовый. Под моими лапами раздался низкий гул. У основания образовалось жёсткое мерцание, барьер уплотнился и стабилизировался.

Рой всё ещё не прекращался.

Насекомые облепили стекло, их тела были так плотно прижаты к нему, что я едва могла видеть сквозь них. Большинство существ теперь были размером с волка. Их лапки царапали стекло, и звук был хуже, чем от скрипа ногтей по классной доске. Клещи и жала царапали и стучали по барьеру, а их челюсти щёлкали.

Кислота шипела, оставляя длинные, сочащиеся следы там, где слизь попадала на щит. Мантикоры сверху снова нырнули, пробивая купол. Иглы отскакивали, пока одна из них не остановилась.

Звук удара, похожий на звон колокола, резкий и металлический. С правой стороны щита расходилась зазубренная линия. Игла прошла насквозь, и трещина расползлась паутиной.

В образовавшуюся щель полезли ползучие твари.

У меня свело живот, и я зарычала на них, пытаясь загнать обратно.

Тени Риэль поползли вверх. Аэлир крутанулась, выбрасывая маленькие ветряные лезвия. Мианта ударила ногами, и зазубренный камень вырвался из земли за пределами нашего щита.

Я бросилась в толпу, хватая зубами и когтями всё, до чего могла дотянуться, и не обращая внимания на ужасные укусы, которые обрушились на меня.

Огонь Квен лизнул мой бок, когда она прицелилась высоко, прожигая брешь.

— Кто-нибудь, закройте щель! — закричала она.

Юки раздавила трёх жуков куском камня, затем бросила его в сороконожку, ползущую по краю, и прижала камень к игле. Камень раскололся на куски нужного размера, чтобы заполнить пространство и вытолкнуть иглу.

По всем кругам раздались крики. Остальные команды тоже были в осаде.

Мантикора ударила по нашему щиту с такой силой, что по его верхушке прогрохотала ещё одна трещина. Круг содрогнулся, когда щит заколебался, как стекло, готовое разбиться вдребезги.

Ещё одна налетела на нас, широко раскрыв рот и уставившись на нас жуткими стариковскими глазами. Моё сердце пропустило удар, когда тёмно-синий хлыст Талиры снова хлестнул. Она вступила в контакт, но вовремя не отпустила. Существо сбило её с ног, и его когти схватили её через отверстие в щите.

Она закричала, шаря руками в поисках опоры.

Нет. Только не из наших.

Я бросилась вперёд и вцепилась зубами в её тунику. Я изо всех сил потянула, пытаясь оттащить её назад, преодолевая инерцию. Её ноги коснулись пола, но хлыст снова натянулся.

Это не сработало. Мне нужно было придумать что-то ещё. В ушах зазвенело, я отпустила её и вцепилась в толстую, сотканную из воды нить. Мои зубы погрузились в воду, и я сильно надавила. Вода действительно оказала сопротивление. Талира рванулась вперёд, и я тоже... А потом мои зубы прорезали поток, он лопнул и исчез с плеском.

Мы вместе тяжело приземлились.

Талира задохнулась, грудь её вздымалась, руки были крепко прижаты к рёбрам. Она не произнесла ни слова. В этом не было необходимости. Мы всё ещё были живы — пока что. Но сколько ещё мы сможем продержаться? Мы все устали.

По левой стороне щита прогремел оглушительный удар. Платформа застонала, и ещё одна трещина, похожая на паутину, расцвела на толстом чёрном острие. Осколок пробил её насквозь, и надежда исчезла, заставив меня почувствовать пустоту. Я прижала уши, когда в моём черепе раздался неестественный щелчок.

Затем раздалось шипение. Исходило не от одного существа, а от сотен. Щит раскололся шире, и в образовавшееся отверстие хлынул поток многоножек, пауков и других существ, которых я не узнала. Замелькали конечности. Воздух наполнился криками, когда рой атаковал, кусая и жаля с безумным ликованием. Магия освещала пространство вспышками — порывами ветра, водяными струями и огненными дугами, — но их было слишком много.

С других платформ раздались новые крики, смешавшиеся с нашими. Хор боли и ужаса. Я попятилась к центру, рыча на жука размером с волка, пытавшегося взобраться на выступ. Квен сокрушила одного огненным столбом, а Юки подняла каменные плиты, чтобы заблокировать другого, но тот только подполз и перелез через них. Защита щита теперь ничего не значила.

Талира что-то крикнула, когда другая мантикора спикировала низко и поймала конец её водяного хлыста. Она попыталась отпрянуть, но та дёрнула её вперёд, и её ноги снова заскользили, погружаясь в массу насекомых. На этот раз я не смогла добраться до неё во всём этом хаосе.

Прозвенел гонг.

Этот звук перекрыл всё — скрежет когтей, крики, всплески магии — и внезапно существа остановились.

Тишина была оглушительной, и несколько женщин начали плакать.

И всё же я не доверяла этим сволочам и присела на корточки, готовясь к очередному сюрпризу.

Рой рассеялся, исчезая в трещинах и снова прячась в тени. Мантикоры взмахнули крыльями, поднялись все как один и исчезли в тёмном потолке. Когда я подняла глаза, они были там, висели, как чудовищные летучие мыши, расслабленные и безмолвные.

В воздухе повисла тишина. Щиты растворились в мерцающем свете. Золотое сияние арены вернулось, погрузив всё вокруг в болезненное спокойствие. Тела, кровь, даже груды трупов — всё исчезло. Просто исчезло, как будто ничего этого не было… как будто всё не имело значения.

И снова к горлу подкатила желчь. Никто из фейри не ценил жизнь и, похоже, не оплакивал мёртвых. Какое варварство.

Пожилой член совета в тёмно- серой мантии выступил вперёд.

— Выжившие, — позвал он, его голос был усилен. — Шагните вперёд. Подойдите и предстаньте перед Советом.

Тяжело дыша, я направилась туда, где собрались остальные, всё ещё ощущая на языке резкий привкус крови. Я вся, дрожала от усталости, шерсть у меня была спутанная и тяжёлая. Над нами зависла платформа наблюдателей.

Кейлен была одной из последних, кто присоединился к выжившим. Её некогда безупречная коса была наполовину распущена, а кожаные штаны порваны. Она вздернула подбородок и посмотрела на смотровую площадку, по её лицу текли струйки крови.

— Кто победил? — её голос надломился.

Старик посмотрел вниз, наклонив голову в капюшоне.

— Твоё сердце всё ещё бьётся?

Кейлен моргнула.

— Да.

— Тогда ты победила. Если твоё сердце всё ещё бьётся, ты будешь жить, чтобы продолжить борьбу за руку принца.

Некоторые из участниц рассмеялись, но не все.

Кейлен