Генеральный дьявол - Аля Алая

Закрываюсь в ванной комнате и срываю с себя дорогущее платье, напускаю в ванную тёплой воды и выливаю полбанки пены для ванн. До сих пор не привыкла, что тут не ванна, а почти бассейн, хоть заплывы устраивай.

Забираюсь внутрь и пытаюсь расслабиться. Но у меня это не получается, поскольку Тимур входит в ванную тоже. Между прочим мог бы воспользоваться и гостевой, как он это иногда делает.

Напряженно наблюдаю за тем, как он сбрасывает себя одежду. Мысль о том, что он примет душ и отправиться обратно в спальню тает вместе с его приближающимися в ванной боссами шагами.

Он перекидывает ногу через бортик и забирается в воду напротив меня. Погружается в пушистую пену, отбрасывая голову на борт и раскладывая по нему руки. Шумно выдыхает, смотрит на меня из-под опущенных ресниц.

— Я хотела поговорить, — начинаю неуверенно.

— Может быть завтра?

— Нет, сейчас, — загребаю вокруг себя пенку, чтобы голого тела не было видно.

— Мне кажется, я примерно понял цель разговора.

Тимур плавно отталкивается от борта большой ванной и двигается ко мне. Хочу отвести взгляд, но не получается. Кайсаров мощный, большой, с тёмной порослью на груди, твёрдыми мышцами и гладкой кожей. Лицо жёсткое упрямое, глаза опасно поблескивают.

Он обнимает меня под водой, утягивая к себе на колени. Наши голые тела скользят друг по другу, мои соски трутся жестковатые волоски на груди. У меня нет никакой опоры, поэтому руки сами цепляются за его плечи.

— Хочу тебя, — шепчет прямо в губы хрипло.

Успеваю только набрать в лёгкий воздух, когда он впивается в мои губы жадным поцелуем. Наглый язык проскальзывает в рот, ласкает искушает, не давая говорить. Ладони успокаивающе поглаживают чувствительную кожу под водой.

Мои ноги в провокационной позе. Они оплетают торс Тимура, а его член недвусмысленно трётся между моих влажных половых губ.

Один рывок и я усажена на борт ванной, спиной упираюсь в прохладную плитку.

Кайсаров передо мной распалённый, тяжело дышащий. Пресекает мои попытки заговорить, нагло затыкая рот ладонью. Облизывается.

Медленно склоняется к моему телу и берёт в губы сосок. Хлёстко ударяет по нему языком, заставляя меня выгнуться. Оттягивает чувствительную плоть зубами. Острое возбуждение тут же прокатывается по телу, ударяет между ног.

Упираюсь ему в плечи, отталкивая от себя. Кайсаров поддаётся, что меня безумно удивляет. Смотрю вниз и понимаю, что делать он собрался совершенно не то, о чём я его безмолвно просила.

Лицо Тимура замирает между моих разведённых ног, он задирает голову, дергает бровью, как бы спрашивая этого ли я хотела.

Краснею и мотаю головой, на что он только пошло ухмыляется.

Мощное тело тонет в пене. На поверхности мне на обозрение остаются лишь широкие смуглые плечи и натренированные ягодицы с ямочками. Черная макушка удобно устраивается между моих ног. Горячее дыхание опаляет половые губы, я вся подбираюсь, пытаясь впечататься в стену сильнее. Тимур обнимает мою талию и сгребает к себе ближе. Колени разъезжаются и Кайсаров без стеснения закидывают их себе на плечи.

От порочных мыслей о том, что он собирается со мной делать, становится жарко во всём теле. Я зажмуриваюсь, когда упругий язык касается половых губ, скользит между ними, нажимает на клитор. Дёргаясь в его руках, когда Тимур втягивает клитор в свой рот.

Кайсаров лижет, дразняще обводит языком вокруг входа во влагалище, проникает внутрь. Всё внутри скручивается, набухают. Я откидываю с головой на плитку и тихонько постанываю не в силах сдерживать эмоции в себе.

Никогда не думала, что языком это может быть так приятно. Ощущения совсем другие, чем раньше, когда Тимур ласкал меня пальцами. Язык упругий и нежный, по клитору, внутрь и всё по кругу. Меня пугает, что Кайсаров точно знает, как именно мне нужно. То, что он может легко меня прочитать, словно я открытая книга для него.

Ладонь соскальзывает с губ, указательный палец погружается в мой рот. Обнимаю его губами и инстинктивно втягиваю. Тимур в ответ рычит внизу.

Он ласкает, пока перед моими глазами не взрывается фейерверк, тело дрожит в оргазме.

Тимур отпускает, тело соскальзывает вниз прямо в его объятия. Он ловит и плавно опускает на свой член. Меня накрывает новой волной. Контрольный выстрел в мою голову — это поцелуй. Он с моим вкусом.

Тимур сжимает мои ягодицы, поднимает и опускает на себе. Его член растягивает и наполняет. Он смотрит мне в глаза и целует.

Его взгляд постепенно расфокусируется, плывет. Чувствую его дрожь под собой.

— Тимур, — шепчу торопливо, — подожди, чёрт, — но он опять слушать не хочет, целует и переворачивает нас, вдалбливается как сумасшедший, кончает в меня.

— Мне таблетки отменили, — наконец выпаливаю.

Где был мой мозг раньше?!

Господи!!!

— Слезь с меня, — с трудом выбираюсь из-под него. Поскальзываюсь, погружаясь в воду. Хватаю ртом воду с пеной, выныриваю, откашливаюсь. В сердцах ударяю кулаками по воде.

— И откуда я должен был об этом знать? — спрашивает спокойно.

— Если бы ты не затыкал мне рот, то обязательно узнал бы об этом, — перемахиваю через борт ванной. Наплевав на мыльную пену на теле, срываю с крючка халат. Лихорадочно натягиваю на себя мокрую, мокрые волосы с раздражением убираю от лица. Я хочу материться, хочу орать. Меня всю колотит от адреналина.

— Я не буду против.

— Что? — округляю с ужасом губы, зло смотрю на Кайсарова.

— Против ребенка.

— Да какой из тебя отец?! — бью словами наотмашь.

Из тебя даже мужа нормального не получится, — проносится в голове, пока я хлопаю дверью и выбегаю из ванной.

Глава 19

Внутренняя дрожь не отпускала, пока я делала тесты на беременность.

Можно было выпить специальную таблетку. Я даже думала некоторое время об этом.

Но не смогла.

От мысли что во мне может зарождаться жизнь, а я возьму и убью её, всё внутри восставало против.

Я втихаря делала тесты на беременность, получала отрицательный результат. Чувства каждый раз были сумбурными, потому что несмотря ни на что я очень хотела ребёнка.

Я смотрела на Нину и мечтала испытать то же самое. Наблюдала за тем, как она прикладывает ладошки к животу, как осторожно его гладит, как улыбается и внутри всё дрожало. Я тоже хочу быть мамой.

Знаю, что мои слова о том? что из Кайсарова не получится хорошего отца? его обидели. Я даже порывалась несколько раз извиниться. Останавливала то, что сам никогда не извинялся за свои поступки, а они были гораздо ужаснее моих слов.

— Вот, — за завтраком я положила