Пленная принцесса Братвы - Коул Джаггер

— Вот в чем дело, Павел, — бормочет она. Медовый, приторный тон, который был раньше, исчез. — Мы с моей подругой Белль должны поговорить о девчачьих делах. Как о месячных. И я не имею в виду милые месячные, Павел, — говорит она тонко. — Я имею в виду настоящие месячные. Как например обильные выделения, понимаешь?

Павел морщит нос от отвращения. — Что?

— Видишь эти шорты? — Она указывает на свои белые обрезанные шорты. — Это дерьмо сейчас будет похоже на тройное убийство, Павел. Я не шучу. Ты в зоне гребаного всплеска, приятель. Это дерьмо сейчас станет сырым. Понял?

Павел выглядит больным.

— Я...

— О, черт! Вот оно! — Она драматично хватает его за руку. — Блядь, Павел, вот оно!

Павел вырывает у нее руку, поворачивается и выбегает за дверь. У меня почти аневризма из-за того как сильно сдерживаю смех внутри, когда мы с Ривер падаем на пол.

— Ладно, это самое веселое, что у меня было за очень-очень долгое время, — наконец хихикаю я. Слезы от смеха текут по моему лицу, когда я вытираю глаза.

Ривер делает то же самое, а затем ухмыляется мне. — Думаешь, я зашла слишком далеко?

— Нет, черт возьми. Это было совершенство.

— Вот оно! — Она снова драматично разыгрывает. Я снова теряю контроль, катаясь по полу от смеха.

Ривер хихикает и снова вытирает глаза. — Какого черта ты стал взрослым мужчиной и не знаешь, как это дерьмо… — она показывает на свой живот. — Работает?

— Решительное отрицание.

Она хихикает, когда мы идем к дивану у окна и плюхаемся на него. Ривер поворачивается, чтобы пристально посмотреть на меня.

— Что?

— Как дела?

Я смотрю вниз. — Ясно, — бормочу я.

— Белль...

— Я в порядке, — тихо говорю я.

— Знаешь, мне хочется тебя похитить.

Я улыбаюсь. — О?

— Да, я имею в виду... — она усмехается. — Я знаю, это твоя фишка.

Я улыбаюсь. Но потом грусть берет верх.

— Бля, прости, — она хмурится и кладет руку мне на плечо. — Я просто пыталась тебя подбодрить.

Я киваю. — Я знаю.

Ривер и я не можем много говорить в последнее время. Наши тусовки находятся под присмотром. Мой телефон определенно прослушивается. Но когда меня впервые притащили обратно в Лос-Анджелес, нам удалось провести один день, когда я выплеснула все — Нико, наше время вместе... все.

— Удалось ли тебе связаться с...

— Нет, — тихо говорю я.

— Белль, ты же знаешь, я могу передать ему сообщение...

— Не могу, — говорю я тонко. — Ты же знаешь, что не могу.

Мои глаза закрываются. Конечно, я думала об этом. И я хотела этого каждую секунду каждого дня, когда я впервые приземлилась в Лос-Анджелесе. Но как только я осознала всю серьезность угрозы, которую мне представляли Дэниел и его новые русские друзья, я не осмелилась.

Если я дотронусь до Нико, он придет за мной. Это не мое тщеславие, это факт. Или так оно было. После месяцев молчания с моей стороны я больше не уверена. Но если бы я появлюсь, и он придет за мной, Дэниел нажмет на курок своей угрозы. Забудьте о моей карьере, весь мой гребаный мир сгорит в огне.

Одна лишь мысль о его угрозе заставляет меня содрогнуться.

Рука Ривер ложится на мою. — Слушай, я знаю людей, Белль. Охранники, частные подрядчики. Агентство использует этих ребят, когда возит нас на съемки в сомнительные места. Они законные.

— Ривер…

— Я серьезно, Белль. Это просто безумие. Ты буквально гребаная заключенная.

Я прикусываю губу.

— Эти ребята? Они придут, вытащат тебя...

— И тогда Дэниел осуществит свою угрозу.

Ее губы поджаты. Ее глаза яростно сужаются. — Я, блядь, ненавижу этого парня.

— Ну да, присоединяйся к вечеринке, — бормочу я.

— Ты уверена, что он действительно это сделает? Я имею в виду, это хардкор, даже для такого придурка, как...

— Определенно.

Ее руки сжимают мои. — Скажи только слово, девочка, — шепчет она. — И я буду там, когда они вытащат тебя.

Я криво ей улыбаюсь. — Я знаю, ты бы так сделала.

Дверь внезапно распахивается. Павел, выглядящий злым, но смущенным, врывается вместе с двумя другими охранниками и моим новым вторым нелюбимым человеком после Даниэля: Вадиком.

— Мисс Финн, — старый, страшный и жутковатый на вид русский смотрит на мою подругу. — Большое спасибо за то, что посетили нашу звезду, но вам пора уходить.

Стоявшие позади него трое здоровенных парней с оружием придают его словам весомый вес.

Ривер поворачивается и смотрит на меня. — Белль...

— Пора идти, мисс Финн, — опасно шипит Вадик.

— Тебе пора идти, — бормочу я. Я тонко улыбаюсь. — Выпьем в другой раз?

Она кивает и встает. — Да, в другой раз, — бормочет она, глядя на четверых русских. Она поворачивается ко мне. — Звони мне в любое время. — Она наклоняется, чтобы обнять меня. — Я знаю, что твой телефон прослушивается. Но используй слово "шумиха" в любое время, и я приведу кавалерию. Понятно?

— Понятно, — тихо говорю я, обнимая ее в ответ. Она отстраняется и поворачивается к двери.

— Сюда, мисс...

— Если ты меня, блядь, тронешь, у тебя будут проблемы, ясно, придурок? — рявкает она на Вадика.

Он просто улыбается и выпроваживает ее. Когда она уходит, он кивает Павлу и двум другим охранникам. Они выходят, прежде чем он поворачивается ко мне.

— У нас не было времени поговорить, — ворчит он с сильным русским акцентом. — Узнать друг друга.

— Мне кажется, я знаю тебя ровно настолько, насколько хочу, — прошипела я.

Он усмехается, подходит ко мне и садится в кресло напротив меня за журнальным столиком. Он указывает на диван, перед которым я стою. — Садись, пожалуйста.

— Уйди, пожалуйста, — бормочу я.

Он усмехается. — Как съёмки?

— Какое тебе дело до этого?

Его улыбка меркнет. — Мне не все равно, мисс Бардо, потому что это мои деньги, которые тратятся на эти съемочные площадки. Так что когда выдается затишье в день или затишье в неделю... — он пожимает плечами и разводит руками.

— Ну, чёрт, моё сердце обливается кровью, — говорю я тонко. — Добро пожаловать в шоу-бизнес, придурок. Иногда всё идёт хорошо, иногда что-то случается. Фильмы — это не точный...

— Это моя забота, Белль, — улыбается он. — Мы же друзья, да? Я могу называть тебя Белль?

— Мы не друзья, и нет, ты не можешь.

Он усмехается и достает пачку сигарет из кармана пиджака.

— Пожалуйста, не кури в...

Он зажигает одну и выпускает дым в мою сторону. Мой рот становится тоньше.

— Я беспокоюсь, Белль, что тихие дни — это специально. Я новичок в кино, но я знаю людей. Вот почему я могу понять, почему ты, возможно, тянешь время, да?

Я