Вчерашнее возрождение - Тесса Бейли

Куда мы едем? — У меня встреча с тем, кого только что «Заставили замолчать» (Freshly Silenced). — Оу. — Она завозилась на сиденье. — Конечно. — Всё будет хорошо, Джинни, — подал голос Такер с переднего сиденья. — У тебя в телохранителях три крутых сукиных сына. — Могло бы быть четыре телохранителя, если бы Джонас не прогнал истребительницу. — Её подопечную выбросили прямо посреди оживленного шоссе, — сухо отрезал Джонас. — Я сказал лишь правду.

Элиас помолчал мгновение. — Если она сгоряча отправилась мстить тому, кто это сделал, я выпорю её, положив на колени. — Что я тебе говорил? — протянул Такер. — Извращенец до мозга костей. — Она вернется, — вздохнул Джонас. — Она никогда не исчезает надолго.

У Джинни было стойкое ощущение, что Роксана вернется именно из-за их очевидной связи с Элиасом, но сейчас явно был не лучший момент, чтобы упоминать об этом. Да и вообще, подходящего момента могло не найтись, учитывая, что Элиас казался ей крайне пугающим, хотя она даже ни разу не видела его лица. — А как те, кого только что «Заставили замолчать», узнают, что нужно идти к тебе, Джонас? — У него высокие рекомендации на вампирском Йелпе (Yelp), — вставил Такер. — Правда? — ахнула Джинни. — Он находится в даркнете или типа того? — Он шутит, — сказал Джонас, и она почувствовала, как он шлепнул Такера по подголовнику. — Новичков легко заметить. Часто нас связывает кто-то из знакомых. В этот раз Элиас случайно… наткнулся на него, пока искал Роксану. — Он пожирал голубя под настилом набережной, — произнес Элиас. — И очень шумно.

У Джинни отвисла челюсть. — Бедный маленький голубь. — Она повернулась в защитных объятиях Джонаса. — Ты сказал, что вас иногда связывают знакомые. А сколько вообще вампиров в округе? Никто не ответил. — Ого. Так много, да?

Джонас провел большим пальцем по тыльной стороне её ладони. — Они могут быть довольно… буйными, так что ты останешься в машине. Для них всё это поначалу немного сбивает с толку. — Ага, — согласился Такер. — Внезапно ты загораешься по дороге за утренней газетой, а твое утреннее пиво на вкус становится как моча. — Да, классический опыт, — иронично заметил Элиас. — Я так понимаю, мы остаемся в машине с человеком? В конце концов, для вампиров за пределами нашего близкого круга будет неразумно узнать, что мы с ней водимся. Высший Орден может использовать эту информацию против нас.

Прошло несколько секунд. — Мне трудно выпускать её из виду, — неровным голосом произнес Джонас. Такер присвистнул сквозь зубы. Элиас промолчал, но Джинни почувствовала его… возможно, ужас? Она не могла этого понять. Может, ей и самой следовало испытывать ужас, но признание Джонаса заставило её почувствовать себя легкой и трепещущей, словно колибри. — Мне тоже не нравится выпускать тебя из виду, — прошептала она. — Что ж, чертовски хорошо, что она скоро тебя забудет. — Переднее пассажирское сиденье заскрипело. — Не так ли, Джонас?

— Мы на месте, — резко оборвал Джонас. — Если с ней что-то случится… — Даю слово, когда ты вернешься, она всё еще будет мила как пуговка, — выкрикнул Такер через shoulder. — Ума не приложу, зачем ты продолжаешь устраивать эти тайные встречи, — проворчал Элиас. — Те, кого только что «Заставили замолчать», — не твоя ответственность. — Кто-то должен брать за них ответственность, — спокойно ответил Джонас. — Иначе этот цикл продолжится. Обращают невинных людей. Без официального руководства или места, куда можно обратиться, они в слепой жажде крови убивают человека, и Высший Орден предает их смерти. — Мы же твердим тебе об этом годами, — начал Такер уже серьезным тоном. — Ты единственный, кто в состоянии бросить вызов Королю… — Довольно.

Тишина опустилась в машине, словно занавес. Через мгновение она почувствовала, как ладонь Джонаса скользнула по её щеке, и жадно прильнула к ней. — Я очень расстроюсь, если с тобой что-то случится так близко к моему дню рождения, — сказала она. — Моя единственная забота — это ты, любовь моя, — пробормотал он, коснувшись губами её рта. — Не снимай повязку и сиди смирно, что бы ты ни услышала.

Джинни не стала соглашаться вслух, чтобы не попасться на лжи из-за скачущего пульса. Вместо этого она скрестила пальцы в складках своей юбки.

Джонас

Без звука её дыхания Джонас мгновенно ощутил внутри себя пустоту. Волокна, ещё продолжавшие функционировать в его руках и шее, скручивались, словно бечевка вокруг бейсбольной биты, чем дальше он отходил от «Импалы», в которой осталась Джинни. Он успел сделать всего два шага, прежде чем обернуться, чтобы лишний раз удостовериться, что она цела и невредима. Хотя, боже правый, ну и вид у неё был через заднее стекло. С этой повязкой на глазах она выглядела точь-в-точь как жертва похищения.

Уголок его рта дернулся. Да ни за что на свете она не просидит с этой повязкой долго. Это напоминание о её строптивом характере одновременно приносило ему покой и терзало душу. Он не мог удержаться от того, чтобы не заучивать наизусть каждую черту её личности, хотя они, несомненно, будут преследовать его вечно. «Обеспечь её безопасность, пока ты не стал проклятием для её жизни». Он так и сделает. В этом заключалась его миссия, и ему нужно было немедленно вернуть свои мысли в рабочее русло. Нужно было перестать тосковать по тому, чего он не мог получить, словно какой-то зеленый, неопытный человек. Отношений между ними быть не могло. Не могло быть.

Разумеется, это напоминание не помешало ему повернуться и проверить её еще трижды, прежде чем он добрался до задней двери заведения. Она уже начинала терять терпение. Даже не видя её рук, он знал, что её пальцы теребят подол платья, выбирая участок ткани, чтобы потереть его о колено. Джонас знал это, потому что каждый раз, когда она предавалась этой очаровательной привычке, это сводило его с ума от дикого желания отодвинуть ткань и зацеловать натертую кожу. Или, возможно, устроить её колени так, чтобы они обнимали его талию — тогда она просто не смогла бы до них дотянуться.

Он снова смотрел на машину. На её приоткрытые губы и растрепанные ветром каштановые волосы, на мягкое приподнимание и опускание груди. Было настоящим преступлением закрывать эти