Брат мужа. Сожженная в его любви - Иман Кальби

Перламутр смотрелся в полумраке как магия. Тут же покрыла рукав густой черной тканью, пряча от глаз мой маленький секрет..

Да, я все еще была в нерешительности... Да, я все еще колебалась.

Мои ноги засеменили по скрипящим половицам вниз.

Рази уже весело смеялась, разворачивая какие-то подарки от отца.

Я зашла в комнату и наши взгляды с ним тотчас же пересеклись.

Он улыбался, отвечая на вопрос Рази, когда я прервала их тонкий интимный момент между отцом и дочерью.

Мир застыл в этом нашем взгляде... Столько в нем было... Господи, лишь бы не упасть сейчас.

— А нам было очень весело с Элизой! — весело прокричала Рази, — Эли, посмотри, какую сумочку мне привез папа!

Она начала вертеться передо мной, демонстрируя обновку. Я улыбалась и вторила ее восторгам.

— А Элизе ты что-то привез, папа?

Мы снова с ним обожглись от взгляда друг на друга.

— Рази, твой папа не обязан мне что-то привозить и...

— Прощу всех к столу! — сказала Зулайхат, кстати разбавив обстановку.

Я поспешила за хозяином и его дочерью.

Ароматные чуду и ботищалы с зеленью, щедро смазанные сливочным маслом, так и просились в рот.

— Попробуй, Элиза, — говорила Разият, — не знаю, ела ты или нет, но этот ботищал со свекольной ботвой! Такой только у нас делают! У нее вкус немного кисленький! И цвет слегка красноватый от побегов!

— Очень вкусно...

— А это компот из айвы. Тетя Зулайхат лучший варит и на зиму закатывает. Я с детства знаю!

Он смотрел на меня, пока его невинная, ни о чем не подозревающая дочь с энтузиазмом рассказывала мне об умениях тети Зулайхат. А он смотрел. И я знала, что он ждет... И знала, что наш разговор сегодня будет неизбежен... Знала, что...

Господи, от этого знания все тело пекло…

Блюдо сменялось другим. Место основных угощений теперь было отдано десерту. Ароматной пахлаве к чаю.

— В меня уже не лезет, — сказал искренне, откидываясь на стул и снова улыбаясь милым кривляниям Рази. Сегодня она что-то была в ударе. Надо бы спросить завтра, почему... Может отец принес какую-то новость...

— Кстати, Разият, — произнес вдруг отец, который все это время сохранял гордое молчание, — ты же заказывала новые ноты и тетради. Я тоже их привез. Пойди, посмотри. Все подняли в твою комнату. А нам с Элизой надо поговорить о твоем обучении и о ее вопросах. Зулайхат, ты подала уже мне кофе в охотничий домик?

От этих слов я вздрогнула...

Он заранее распорядился?

Когда я подняла глаза на Зулайхат, ее многозначительный взгляд стал еще более метким...

— Все как Вы просили...- произнесла она и развернулась на каблуках, увлекая за собой щебечущую Рази.

Не успели они выйти, в комнате повисла тяжелая тишина.

Он смотрел на меня... Смотрел...

— Как дела, Элиза?

— Все хорошо...- отвела глаза.

Пульс бился в районе еремной вены...

— Пройдемся до домика? Устал с дороги. Нужно выпить кофе...

Я молча встала из-за стола. Из гостиной мы сразу нырнули на террасу и по каменной вымощенной дорожке устремились на противоположный край имения. Большие раскидистые кустарники и деревья тут же нас скрыли, стоило нам завернуть за один из полукругов из камня.

— Люблю этот воздух ранней ночи, — произнес он тихо, — пахнет лилейником... И какой-то только в горах уловимой свежестью... Тебе нравится в горах, Элиза?

— Здесь очень красиво...- произнесла я честно, — но люди суровые... Я не понимаю их до конца...

Он усмехнулся, но мою мысль не парировал и не развивал...

Мы просто шли вперед, шаг за шагом приближаясь к красивому строению из камня и дерева, буквально утопающему в вековых соснах.

— Это место называется охотничьим домиком, но никто никогда тут ни на кого не охотился. Тут вообще мало времени проводят. А я люблю это место... Мне нравится тут думать...

Мы прошли внутрь. Не могла не ахнуть. Большая гостиная со вторым светом, смотрящим в густой лес, каменные полы, шкуры зверей на полу, много кожи и венец этой красоты- шикарный куполообразный камин, отбрасывающий изящные и причудливые тени на деревянные стены строения...

На небольшом прикроватном столике красовался поднос с кофейником из бронзы с длинным носиком.

Но к столику мы не подошли.

Он чуть подтолкнул меня к зеркалу на стене, встав сзади.

Сердце снова предательски забилось, а между ног стало горячо...

Шахбан снова играл и мне хотелось знать, что в этой игре будет дальше, вопреки здравому смыслу и логике, на которые я себя так упорно настраивала эти дни...

— Рази правильно спросила про мой подарок тебе, Элиза... Но я подумал, что будет правильным подарить его, когда мы будем наедине...

Он вытащил из кармана коробочку и открыл ее. Это были изумительной красоты жемчужные сережки. Увидела жемчуг, и пульс улетел в космос. Он намекал... Он ждал ответа...

Не стал снимать платок. Лишь чуть ослабил его, открывая мочку.

Ам надел сначала одну сережку, потом вторую...

Красиво... Божественно красиво…

В темноте, в бликах огня из камина, я выглядела почти принцессой...

Он притянул меня к себе и втянул носом аромат моего платка...

Горячий выдох ошпарил кожу голову даже через волосы и щелк...

— Скажи, что ты тоже все время обо мне думала, Элиза...

— Да...- прикусила губу, — я много думала...

Он очертил полукруг носом, снова втянул воздух. Рука на талии сжалась...

— Когда я вижу тебя, меня словно молния бьет...- хрипло, страстно, дико... С такой сдерживаемой яростью, что можно сойти с ума...

Я нервно подняла руку...

Широкий край рукава задрался.

Его взгляд замер на моем запястье и украшающих его жемчужинах.

Потом медленно через отражение в зеркале сместился на мое лицо, словно бы ожидая сатисфакции...

Отступать было некуда.

Я и не хотела отступать...

Стоило ему материализоваться рядом, все доводы разума сгорали, превращаясь в пепел...

От камина шел жар. От его тела шел жар... От нашей страсти шел жар...

Я устала сопротивляться...

Покорно кивнула опустив глаза.

И в следующее мгновение почувствовала, как сильные руки сначала хватают меня, а потом опускают на одну из шкур прямо возле камина...

Красивая, статная, величественная фигура Шахбана нависла сверху...

— Ты знала правила, Элиза...- прошептал он, сначала аккуратно трогая мои губы, а потом надавливая на них сильнее, ныряя в рот, размазываю мою же слюну по губам, — это и твой выбор... Сейчас ты станешь моей...

Глава 27

Шахбан ловко раскрывает замок моего платья. Шелк струится по щека и собирается в районе талии. Спина касается пушистого и немного грубого