Цвет Драконьей луны - Ксения Анвиль

на ярко-жёлтые, пылающе-оранжевые и мистические фиолетовые мазки. На этом дивном полотне проступал бледный нарастающий месяц. В темневшей вышине подмигивали едва заметные блики звёзд. Спокойный, мягкий ветер овевал ведьму, будто желал унять все одолевавшие волнения. Клэр подошла к зубчатому парапету, доходившему до пояса, и оперлась на него. Внизу, за рвом, по сторонам от вытоптанной дороги расстилалась бескрайняя степь.

— Не думал, что найду тебя именно здесь, — раздался за спиной низкий голос, в котором чудился рокот волн.

— Капитан Дестан, — развернувшись, кивнула Клэр, — захотелось подышать. Надеюсь, хотя бы это здесь разрешено.

«Он искал меня?» — успела проскочить у ведьмы мысль, рождавшая то ли страх, то ли надежду.

Едва движимый, прогретый за день ветерок шевелил отросшие волосы капитана. Уже знакомый внимательный взгляд из-под кустистых смоляных бровей заставлял испытывать невольный трепет. Клэр смотрела на острые углы его волевого подбородка, скрытого густо растущей бородкой, и думала о том, часто ли Дестан одаривает кого-то улыбкой. Сердце Клэр болезненно кольнуло.

— Чувствуешь себя запертой в клетке?

— Не так, как мой дракон… Так вы хотели меня найти?

— Да. Слышал, твой первый поединок прошёл не очень удачно, — Дестан изучающе рассматривал тут же зардевшееся лицо Клэр.

— Я не нуждаюсь в утешении.

Ведьма, почувствовав смущение, снова обратилась взглядом к простору за стенами крепости, точно хотела спрятаться. Капитан поравнялся с ней, так же глядя вдаль.

— Не огрызайся. Разумеется, я должен знать всё о происходящем с теми, за кого несу ответственность. В том числе и о результатах проходящих тренировок.

— Я переживаю не из-за того, что вы об этом узнали… — всё же слукавила Клэр. — Но я ждала от себя большего. Не думала, что проиграю с первых же секунд, — она чуть не прикусила язык, чтобы не пуститься в дальнейшие откровения.

— Быть требовательной к себе не самое худшее качество, — улыбнулся Дестан, — но, если за этим стоят только высокие ожидания, это не даст результат.

— Но я практикуюсь, и много, — заняла ведьма позицию обороны.

— И при этом не принимаешь свою сущность, не так ли, жрица луны? — капитан поднял левый уголок губ, глядя на профиль ведьмы. Она вздрогнула, будто холод резко коснулся загривка.

— Откуда вы?..

— Знаю. Я понял это в тот день, когда встретил тебя впервые. И ждал у костра, чтобы увидеть, как танцует воплощение ночи.

Клэр молчала, не находя слов для ответа. Ей уже думалось, что он вовсе не помнит о празднике Заячьей Луны – или хотел забыть. Ведь она ему отказала. Хотя – теперь она точно знала – для него тогда это не означало бы то самое обещание, каким девушки награждают пригласивших их мужчин. Да, он хотел видеть её – и это не могло не льстить. Но в то же время за этим не было ничего большего. «Как глупо» — укорила себя Клэр за призрачные надежды. Кровь стучала где-то в горле.

— Так сражайся так же, как танцевала. Если тебе интересно, я кое-что скажу. — Дестан приблизился, склонив к Клэр голову и пронзая её взглядом. Она чувствовала его дыхание на своей коже и замерла. — Скромных пташек я не люблю.

Ведьме показалось, что она вспыхнула до кончиков волос. Присутствие Дестана будоражило, но то, как нагло он заявил о своих предпочтениях, вызывало желание отрицать всё, что он надумал, даже если его мысли были совершенно справедливы.

— Капитан, уверена, в цитадели достаточно ярких женщин, мечтающих о крупице вашего внимания. Я благодарна вам за совет, но всё ещё хотела бы насладиться одиночеством, — выпалила она.

— Как будет угодно, но комендантский час никто не отменял. Так что не задерживайся, — с усмешкой произнёс Дестан и оставил Клэр наедине с собой.

За время их разговора совсем стемнело. Мысли неслись одна за другой, как табун разгорячённых лошадей, и ведьме предстояло многое обдумать. Она ругала себя за то, как открыто считывалась её симпатия; жалела о том, что не воспользовалась случаем просить о лучших условиях для Шиайхи. Но теперь она знала, что все исправит. Обязательно исправит.

В чернильной выси проплыли скользящие силуэты троих драконов, казавшихся угольно-чёрными.

«Будь по крайней мере коброй» — прозвучали в голове Клэр слова Шиайхи. Она проводила крылатую, свободную троицу взглядом и отправилась обратно в замок.

Глава 23

Благовония окуривали комнату дурманящим, тягучим восточным ароматом. Серые ленты змеились от тлеющих угольков. Клэр сидела на полу, поджав под себя ноги и прикрыв глаза. Она возвращалась в детство. Детские крики. Разъярённое лицо отца. «Ты прогневала бога, проклятая ведьма!». Захлопывающаяся за матерью дверь. Взмах плети и жгучая боль. Всхлипы за стеной, но не от сочувствия. Разочарование. То слово, единственное, что объединяло всю её семью. Как жаль, что она была единственным ребенком, и никто не мог стать родительской отрадой вместо неё. Или так и должно было случиться? Могла ли она простить жестокость тех, кто должен был защищать её? Она пыталась. Свист разрезанного воздуха перед новым ударом. Тёмные следы сгущенной под кожей крови в отражении зеркала. Может, прощению здесь было не место.

Клэр обхватила себя руками, медленно раскачиваясь взад-вперёд. Так она делала, когда была маленькой, чтобы боль стала тише. Может, вине пора было уступить первенство злости? Позволит ли она себе хотя бы сейчас, много лет спустя, не отгораживаться и прожить те эмоции, что сидели внутри так долго? Раненый ребёнок внутри неё сжимался в комок, словно ожидая новых ударов, и ведьма чувствовала, что должна его защитить. Должна научиться быть той, кем ей было предназначено стать, когда она покинула родителей.

«Всеведущая Ноктис, только под твоим тёмным покровом я обретала покой. Прошу, услышь меня. Мне нужен твой совет, я не знаю, куда дальше идти. Я плутаю под твоим ночным светилом и не могу выйти на его свет. Даруй мне совет».

Медленно Клэр открыла глаза. Затушила свечи, погасила курения. И, не дожидаясь Марши, легла спать.

Сначала сны её были обрывочными, запутанными, смешанными из дневных впечатлений. Образы перетекали из одних в другие, восставая причудливыми, гротескными метаморфозами. Полуживой лев Марши, обернувшийся Шиайхой. Распахнутая волчья пасть. Сверкающая сталь, лицо Лагерты. Беззвучный смех Лилиан, которого она ещё ни разу и не слышала.

И вдруг всё прояснилось, словно разогнанное порывом ветра. «Принеси мне то, чем хочешь стать» — услышала она вкрадчивый, умиротворяющий голос. И увидела серо-чёрную чешую, будто