Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

Мне стоит невероятных усилий не расплыться в улыбке.

Бросившись на меня, он пытается забрать флаг, но я намертво наматываю его на руку, вцепляясь пальцами в ткань.

Его рубашка тоже куда-то пропала, тело насквозь промокло, а чертов рот находится буквально в дюйме от моего, пока мы боремся.

— Отдай этот сраный флаг, — цедит он сквозь зубы.

— И что ты сделаешь, когда я его верну?

Он продолжает дергать ткань — их святыню.

— Вернусь на свою гребаную вечеринку.

— Серьезно? — дразню я. — Тогда нет.

Он упирается носками ботинок в размокшую землю, пытаясь использовать вес как рычаг, но я чувствую лишь то, как его пах трется между моих ног.

— Ударь меня, — бросаю я ему. — Придуши, сломай руку...

Но я осекаюсь, запрокидывая голову назад, чтобы взглянуть на нас со стороны — на то, как мы прижаты друг к другу. Его черные штаны тесно соприкасаются с моими джинсами. Его живот касается моего.

Он не сделает того, что должен, потому что ему самому это нравится, и он не хочет, чтобы все заканчивалось.

Выпустив флаг из рук, он сжимает мое горло, и я на секунду думаю, что он сейчас врежет мне, но вместо этого он делает резкий толчок бедрами.

У меня вырывается судорожный вздох, и я чуть не хватаю его за задницу, удерживая на месте.

Ох, черт.

Как же безумно хорошо.

Он приподнимается надо мной, рука напряжена стальным стержнем, пока он держит меня за горло. Он что, сделал это специально?

Глухо рыча, я опрокидываю его и наваливаюсь сверху, забивая ногти грязью, пока он пытается подняться на ноги, а я вколачиваю его обратно в землю.

В крови бурлит кипяток, лицо и тело покрыты смесью пота и грязи, а прохладный дождь приятно остужает пылающую кожу.

Он утыкается лбом в землю, тяжело и вымотанно дыша.

Я роняю голову ему на плечо.

Именно этого я и хотел, когда шел сюда. Чувствовать себя измотанным, живым и бесконечно далеким от всего того дерьма, из-за которого я не чувствую ничего.

Именно это я и хотел с ним сделать, когда он полез ко мне у моего же дома.

— Все вон из дома! — доносится чей-то крик со стороны особняка.

Я поднимаю голову, сквозь деревья виднеются огни его дома. Он так и лежит на земле, его грудь часто вздымается подо мной.

— Они вечно припираются сюда без всякого плана! — ревет голос, в котором я с легкостью угадываю Мейкона Йегера. — Но вы же хрен кого слушаете! Они специально выставили этих копов!

Я перевожу взгляд на Далласа — он даже не шелохнулся.

— Жду не дождусь дня, когда от вас, бестолочей, будет хоть какая-то польза!

Даллас лежит на земле, пока его старший брат бесится в каких-то тридцати ярдах от нас, и, сдается мне, дома его тоже никто не ждет.

— У меня дома сидит точно такой же, — успокаивающе произношу я.

Он поворачивает голову, и я встречаюсь с ним взглядом.

— Мой не зыркает на мою сестру, — огрызается он. — Он в сто раз больше мужчина, чем твой папаша.

Я прижимаюсь губами к его уху.

— И тем не менее, — шепчу я, — мой платит твоему.

Он резко переворачивается подо мной, опрокидывая меня на спину, и его глаза полыхают так, будто он готов меня убить.

Но вместо этого он просто устраивается между моих ног.

Оперевшись руками о землю по обе стороны от моей головы, он смотрит на меня сверху вниз, и ни один из нас не спешит причинять другому боль или срываться с места.

Мои губы горят, словно я борюсь с натяжением рыболовного крючка.

— Какие еще услуги ты оказываешь? — шепчу я.

Он приоткрывает рот, и я ловлю его движение, глухо застонав, когда он вжимается в меня всем телом и впивается в мои губы поцелуем.

— Сука, — выдыхаю я.

Черт побери.

Он делает толчок, а я запрокидываю голову, пока он кусает и сосет мою шею.

Мой член стоит колом.

— Ты, гребаный ублюдок, — хрипит он, расстегивая мои джинсы.

И прежде чем я успеваю вспомнить, где мы находимся и как вообще должен был все это остановить, я впиваюсь в его рот, судорожно зарывая пальцы в его волосы.

Глава 8

Даллас

— Комендантский час с полуночи, — произносит Арми так, словно до сих пор не может в это поверить. — Каждую ночь.

— Комендантский час, — добавляю я, — который, я уверен, совершенно не касается тех, кто на самом деле живет в Сент-Кармен!

Дело в нас. У Каллума и его прихлебателей наконец-то появился шанс как следует нам поднасрать, пока взрослых нет.

— Это вообще законно? — взрывается Трейс.

— А что будет, если мы его нарушим? — вмешивается Айрон по громкой связи, пока мы все прячемся по своим машинам. — Мы же не малолетки, которые ищут неприятности на свою задницу.

Я смеюсь вместе с одним из братьев, потому что, ну да, мы тут вообще-то закон нарушаем.

Дождь барабанит по окнам, а я откидываюсь на сиденье, строча сообщение Арасели, чтобы она предупредила наших не высовываться сегодня из Залива. Уверен, они уже получили экстренные оповещения, но ей нужно взять все под контроль, пока мы тут застряли.

Айрон вздыхает.

— Арми, как ты мог об этом не знать?

— Потому что мне никто не сказал.

— Почему? — спрашивает Трейс.

— Потому что они не хотели, чтобы он рассказал нам, — наконец подает голос Мейкон. — Это комендантский час исключительно для Саноа-Бэй.

Именно. Им нужно, чтобы наши жители приезжали к ним только ради работы, и не более того.

А они учли тот факт, что некоторые из наших задерживаются допоздна в ресторанах и барах? Кое-кто работает нянями и может сидеть с детьми до поздней ночи. Не говоря уже о горничных в отелях, которым нужно быть