Невинная соседка для бандита - Ася Любич

Кирилл отрывается от моего тела, облизывая губы, и смотрит вниз, туда, где плотские животы образуют треугольник.

Вот он уже раскрывает мои ноги, словно планируя посадить на шпагат, удерживая руками, пока его колеблющаяся толстая стрела ищет свой путь, утыкаясь наконечником.

Я втягиваю шумно воздух, смотря, как розовая головка скрывается между раскрытых половых губ, как теряется в мягкой податливой глубине.

И это дико пошло, смотреть на это совершенно бесстыдно, но и оторвать взгляд невозможно.

Мы как два зрителя, смотрим за чудом секса, когда одно тело проникает в другое.

Мы синхронно поднимаем головы. Его зеленые глаза полностью скрыл зрачок, словно он под кайфом, а руки только сильнее сжимают мои бедра, пока член миллиметр за миллиметром теряется в моем влагалище.

— Соврешь, что не нравится?

— Не совру, — хриплю ему в губы, что смыкаются, как смыкаются окончательно и наши тела, полностью прилипая друг к другу. — Мне… нравится.

Он самоуверенно хмыкает, отпуская мои ноги и принимаясь мять грудь под халатиком, целовать мои губы, двигаясь внутри, сначала медленно, протяжно, доставая почти весь член и вбивая его на всю длину.

Я мычу Кириллу в рот, ощущая каждый миллиметр, каждую выпуклую венку, что царапает мягкие стенки.

Но ощущения моментально сменяют другие, стоит Кириллу чуть ускориться.

Двигаться резко, размашисто, вбиваясь на всю длину, задевая струны совсем не души.

Чего-то более глубокого, животного, забираясь туда, где не остается разума, лишь голые инстинкты…

Я запрокидываю голову, закрываю руками рот, потому что рвется крик, а Кирилл словно специально усиливает давление, добивает.

Дергает форму, рассыпая пуговицы, впивается зубами в соски.

И при этом не прекращая движений, лишь ускоряя их, доводя меня до исступления, когда уже не думаешь о том, где, кто, как. Когда ощущения полностью затмевают разум, когда желание кончить просто невыносимое.

— Надька, как ты сладкая, пиздец просто, — хрипит Кирилл мне в шею, прикусывает кожу, ставит засос, пока я держусь рукой за край кушетки. Но движения все резче, кушетка уже бьется об стену совершенно недвусмысленно, пока мы пытаемся на ней удержаться…

— Еще… Еще немного, — шепчу, чувствуя, как под пупком нарастает давление, скручивает внутренности, вынуждая сжиматься мышцы, пытаясь вытолкнуть член или кольцом сжать.

— Да, блять… — вбивается он сильнее, замирает, пока я кончаю вокруг него, содрогаясь всем телом.

В следующий момент Кирилл достает член, чтобы оросить все мое тело своим семенем.

Я смотрю на белесые пятна, на еще твердый член, потом заглядываю в лицо. Дышу шумно, сердце все еще бьется на пределе возможностей.

— Как-то я планировал дольше тебя трахать.

— Дольше это или в презервативе, который ты почему-то не достал или под таблеточками.

— Зануда, — обнимает мой затылок руками, принимаясь целовать меня, словно только что не доказал, что является владельцем моего тела. — Поехали пожрем.

— Поедим, ты хотел сказать, — глажу выпуклые мышцы рук, которые еще обнимают меня, теперь уже поглаживая спину. — Да, одним мороженным сыт не будешь.

— Это факт. Ты еще и крови моей попила.

— А еще сколько попью.

— Лучше спермы. Она питательнее.

— Пошляк, — толкаю его, чтобы одеться. — Собирайся, переоденусь и вернусь.

Мы выходим из больницы вместе. В руках Кирилла переноска с котенком. Надо хоть имя ему дать.

Возле машины нас ждет Гава. На его лице полное бесстрастие, но глаза блестят, словно он знает, что занимались мы не взятием анализов.

И этим тоже, раз уж на то пошло.

Глава 36

— Ты услышала меня?

— Да… — поджимаю губы, а у самой приятное тепло в груди растекается, словно после горячего сладкого чая. Грубо, бескомпромиссно, но прямо сейчас он заявил, что я для него значу больше, чем содержанки или девочки на час. — Так, значит, я тебе нравлюсь?

— Охренеть, Надь, вот это дедукция…

— Не зря же я люблю детективные сериалы, — трогаю пуговицу на его рубашке, тереблю, иногда поднимая глаза к жестокому лицу. Но и оно в миг меняется. Кирилл смеется, наклоняется и целует меня без возможности отказаться. Поднимает руками так, чтобы я сплела ноги за его спиной, и несет дальше по лестнице. Пару этажей, и он открывает дверь ключом, который я успела ему передать.

Я почему-то ждала, что он сразу набросится на меня, но он лишь опустил меня на пол и пошел кому-то звонить на балкон, чтобы я не слышала.

Ну и ладно. Пока готовила легкий ужин и игралась с котенком, решила, что нужно попробовать.

Да, Кирилл не тянет на принца, да и профессия у него откровенно странная. Но замужество никогда не было моей целью, да и когда я пойду в интернатуру, у меня не будет времени на отношения, а он, скорее всего, к этому времени ко мне остынет.

Кирилл так и не выходит с балкона, так что ужинаю сама и иду ложиться спать, мысленно составляя план на завтра. Нужно забежать к ветеринару с самого утра, потом на учебу. Плюс завтра смена. Надеюсь, малыш дома не слишком заскучает.

Попрошу Лидию Петровну, соседку, присмотреть за ним.

Утром просыпаюсь одна. Кирилл не то, что не попрощался, он даже не спал со мной рядом. Даже не поужинал. Просто ушел. Обида сдавливает горло. Может, он решил, что ему не нужны такие сложности? Может, он просто взял от меня, что хотел?

Я зависаю в своих мыслях, просто не понимая, почему вдруг решила, что у нас что-то может получиться. Он же непостоянный! Он сутенер, блин! Для него женщины, как лестница, на которую надо забраться, чтобы покорить. А дальше наверняка все…

Иду в ближайшую ветеринарку за прививкой, завожу паспорт, постоянно поглядывая в телефон. Может, он позвонит, объяснит?

Нет, стоп, хватит!

Он не вернется. Я ему не нужна. Он опять, по сути, купил меня, только на этот раз за котенка. Отвожу его домой, прошу Лидию присмотреть и бегу ко второй паре. В аудитории уже все сидят, Алина по привычке машет мне рукой, а Лавров хмуро пялится… Я уже и не жду, что он ко мне подойдет, думаю, мой отказ сильно его задел, мое согласие участвовать в аукционе окончательно его отвадило.

Часов в одиннадцать мне приходит сообщение: «Доброе утро, красавица».

Я смотрю контакты и понимаю, что это Игорь Минаев, с которым я вчера ходила есть мороженое. Точно, я же дала ему номер телефона.

«Доброе».

Вчера я была уверена, что принадлежу теперь Кириллу, но его уход дал понять, что я опять