Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

– Господа, я вижу, что вы ищете подарки для прекрасных дам… Могу вам предложить серьги.

– Серьги?

Эввир покачал головой с хитрой улыбкой.

– Таких у вашей дамы наверняка нету. Посмотрите – эти серьги сделаны так, чтобы не вывалиться из прелестных ушек.

Несколько видов замочков оказались для Джеса и Рика новинкой. Парни разглядывали, пробовали застегнуть, расстегнуть…

– А удобно, – решил принц. – Надо и мне парочку прикупить на подарки.

– Могу вам предложить слезы моря. Золотые, белые, красные…

– Белые? Красные?

Мужчины переглянулись. Янтарь такого цвета был большой редкостью. А серьги были сделаны так… рука сама тянулась.

– Чья это работа?

– Мастера Хельке Лейтца. Вот клеймо.

– А это?

Рядом с клеймом ювелира было и второе. Крест, имеющий красноватый оттенок.

Ювелир пожал плечами.

– Мастер Хельке не писал мне о нем. Но все его вещи высочайшего качества.

Мужчины переглянулись. И решительно отложили по нескольку пар сережек каждый.

– А вот это тоже прислал мне мастер Хельке. Но работа уже моя. Не изволите ли взглянуть?

Ювелир раскрыл коробку. И парни вскинули брови.

– Это – что?

– Набор столовых приборов. Вы же понимаете, господа, что есть все кушанья – например, суп и десерт одной и той же ложкой – просто неприлично. Здесь вы видите шесть больших ложек, шесть маленьких для десерта, вилки и ножи для мяса, вилки для рыбы, лопаточки, чтобы раскладывать все по тарелкам, половники…

Джес только присвистнул.

– Ничего себе… Это для чего такое?

– Для малых семейных обедов.

– А есть еще и для больших?

– Да, господин. Там по тридцать штук каждого предмета…

Джес задумался. А потом просиял озорными глазами. И как-то сразу стало понятно, за что его любят женщины.

Обаяние у него было сумасшедшее – счетчик зашкалил бы.

– Беру. Большой.

– Зачем? – удивился Рик.

– Лилиан подарю. Она покушать любит…

– А пользоваться вместе будете.

– Не без того. – Глаза у Джеса были невинные, как у младенца.

– Ладно. А я пока возьму маленький. Сколько…

Цена была такая, что даже принц присвистнул. А уж для скуповатой Ивернеи…

– Они у вас что – золотые?

– Можем и золотые, господин. Но вот эти – серебряные. Мастер Хельке очень настаивал, говорил – так для здоровья полезнее… а можем на них и герб выгравировать, только прикажите, какой.

Цена становилась объяснима. Мужчины вздохнули – и принялись устраивать золотопускание своим кошелькам.

Серьги много места не занимали, приборы пока остались в лавке – для гравировки гербов, так что парни продолжили прогулку.

Надолго застряли в оружейной лавке, откуда вынесли по паре метательных ножей, съели по паре пирожков у уличных торговцев и зашли в книжную лавку.

Больше туда тянуло Рика.

Так уж получилось – Эдмон считался наследником, а Рик старался проводить большую часть времени в библиотеке. На охоте, с друзьями, с женщинами…

Но чаще – в библиотеке. Старый наставник открыл мальчику красоту слова – и Рик навсегда прикипел к загадочным символам на пергаменте, которые то уводили в моря, то возносили в горы.

Так что сейчас…

Джес скучал у двери, пока Ричард перебирал старые свитки, расспрашивал об авторах, гладил кончиками пальцев плотный пергамент…

В хозяине он нашел истинного ценителя. Так что идиллия продолжалась почти час. Они бы и больше проговорили, но на пороге мелькнула зеленая ряса.

Пастер был высок, сухощав, а выражение его лица напоминало о гадюке, которую долго таскали за хвост.

– День добрый, дети Альдоная.

Голос у него тоже был вполне змеиный. Шипяще-свистящий. Пары передних зубов не хватало.

Джес небрежно сотворил символ Альдоная, через пару минут его примеру последовал Рик. Торговец же опередил их обоих и теперь кланялся.

– Пастер Мейверн, я рад вас видеть…

– Есть ли у тебя учение святого Силиона, сын мой?

Продавец задумался, а потом нырнул под прилавок.

– Для вас, пастер, всегда найдется. Хотя у меня его часто спрашивают. Заказывать переписчикам не успеваю…

– А больше ты им ничего не заказываешь?

– Пастер?

Даже Джес видел, что продавец боится. А уж про пастера и говорить не стоило. Он впился своими змеиными глазами в мужчину.

– Недавно церковь нашла у одного переписчика запрещенные списки с книги Мальдонаи. И он клянется, что делал их для тебя.

– Пастер!

Вскрик был настолько возмущенным, что сразу стало ясно – если и делал, то не это.

– Я в это тоже не поверил. Но решил сообщить тебе. У тебя лучшие богословские списки в столице. Поэтому…

– Пастер, я никогда и в руках не держал такую мерзость. Меня оболгали.

– Верю. А теперь – сколько с меня за учение?

– Прошу принять его в подарок, как доказательство моей любви к церкви нашей, единой и единственной…

– Хорошо, дитя света. Но и ты прими эти деньги взамен книги…

Пастер выложил на прилавок несколько серебряных монет – и удалился вместе с покупкой.

Парни переглянулись. Пора бы уйти отсюда. Но продавец огляделся вокруг – и вдруг вцепился в рукав Рика.

– Господин! Прошу вас…

– Что именно, любезнейший?

Рик был недоволен. Джес сделал шаг вперед, готовый по первому слову оторвать нахалу голову. Но принц сделал жест кистью, мол, подожди пока.

– Господин, вы тоже любите книги, я ведь вижу… Кто бы вы ни были – помогите мне!

– В чем же?

– Я не заказывал книгу Мальдонаи, это так. Но мое имя назвали не просто так.

– То есть?

– Знания, мой господин, самое ценное, что есть в мире. Любые знания. И уничтожать их – грех. Вы ведь не ивернеец?

– Почему вы так решили?

– Ваша одежда, ваш вид, да и слова вы произносите не совсем так, как принято у нас.

– Я из Ативерны.

– У вас там проще. Там не преследуют за запрещенные книги. А у нас… у нас это делают. Ко мне могут прийти с обыском. Найти что-то, что противоречит… интересам церкви – и уничтожить.

– Ну и пусть, – лениво отмахнулся Джес.

– Мой господин! Знания уничтожать нельзя! К-какие бы они ни б-были! Хорошие ли, плохие… это страшный грех перед Альдонаем! Он даровал нам их – а мы бросаем дар ему в лицо, – мужчина даже заикаться начал. И Рик успокаивающе поднял руку.

– Я понимаю. У вас есть что-то такое…

– Да. Вы могли бы увезти это в Ативерну, господин?

Рик на минуту задумался. А потом махнул рукой.

– Давайте. Я куплю у вас все эти свитки, книги… что там есть?

– Свитки, господин.

– Сколько вы за них хотите?

Книготорговец назвал цену. Весьма скромную. И Рик отсчитал ему остаток монет. Еще и у Джеса занял.

– Возьмите, господин…

Свитков было много.