Неистовые. Меж трёх огней - Алиса Перова

— Терпеть не могу, когда меня прилюдно лапают, как дешевую потаскуху, — тихо шепчу ему на ухо и легонько шлёпаю по руке.

— Я очень понятливый, — его шепот вибрирует, тело недвусмысленно отзывается на прикосновения, но рука послушно перемещается на поясницу. Молодец.

И только теперь я позволяю себе взглянуть на девочку. Я даже не сразу поняла, что она вместе с ними, но теперь вижу, что ни с кем конкретно. Хорошенькая и изящная, как балерина, но слишком мало тела. И прикид совсем не клубный… перепутала мероприятия, деточка?!

Кажется, она вообще не отсюда — похожа на маленькую заблудившуюся принцессу, которая, попав в логово разбойников, из последних сил пытается выглядеть величественно. Улыбается мне, дурочка, но глаза смотрят оценивающе и зло. Смешно. Этот цыплёнок для меня неопасен — мелкая ещё.

Не выпуская меня из объятий, Гена реагирует на телефонное уведомление и торжественно объявляет:

— Карета подана, Стефания! — и целует меня в шею. — М-м, да-а… вот этот запах я искал…

— Сп-пасибо, — подаёт голос, как оказалось, Стефания и совсем тихо добавляет: — За всё.

Проваливай уже, мышонок, дяденьке совсем не до тебя.

На её тихое «до свидания» реагирует только Максим — по-отечески приобнимает за плечи, а Женька громко обещает доставить принцессу в родное гнездо, кричит Гене, что завтра заедет за своей машиной и ещё что-то… но Гена его не слышит, а мне это совсем неинтересно.

Сильные руки сжимают меня всё крепче, горячее прерывистое дыхание опаляет мою грудь…

— Вернёмся в клуб, Геночка? — стараюсь дышать ровно и очень надеюсь на альтернативное, куда более интересное предложение.

— Если только за «Бейлисом», моя радость, у нас с тобой совсем нет времени на медленные танцы.

Начало мне нравится…

— Даже не спросишь о моих планах? — надуваю губы.

— Не-эт, — улыбается очень порочно. — Женщины должны быть в ответе за тех, кого возбудили.

— Даже та-ак?.. Но ты ведь будешь нежным? — мурлычу капризно ему в губы.

— Не-эт…

— А каким? — выдыхаю испуганно и мне нравится эта игра.

— Это сюрприз.

— Большой?

— О-о… Ты увидишь… он бескрайний… я тебе его…

Пронзительная сирена прерывает его на полуслове, а я вздрагиваю от неожиданности. Идиотский звонок! Гена, чертыхаясь, лезет за телефоном в карман и сбрасывает вызов, не глядя. Макс начинает ржать, и я даже подозреваю, что это он позвонил в попытке нас разлепить. Но нет — сирена завывает снова. И опять безуспешно.

— Не отвечай, — прошу я, когда после третьего звонка Гена всё же извлекает свой мобильник.

— Пять секунд… прости, — бормочет он с извиняющей улыбкой и, вмиг посерьёзнев, рявкает в трубку: — Да!

Плаксивое мяуканье из динамика слышно даже мне и, прежде чем Гена от меня отстраняется, я отчётливо слышу: «Гена, мне страшно!..»

Ах-хренеть!

— А где твой муж, Наташ? — спрашивает он обеспокоенно и, прикрыв пальцами микрофон, уже нам с Максом: — А Жека где?

Мне хочется ответить в рифму, но сейчас я не могу всё испортить. К тому же в этом непонятном и совсем несвоевременном разговоре, как спасательный буй, мелькнуло слово «муж». И где, спрашивается, этот урод? И почему его жена рыдает в ухо моему парню? Макс поясняет, куда именно делся Жека, но Гена уже не слушает:

— Тихо-тихо, Наташ, не плачь, — ласково гудит он в трубку. — Ты свои координаты можешь мне скинуть?

Чего-о?

Я оглядываюсь на Макса, но и у того тревога в полный рост, и он не в моей группе поддержки — тоже с этой пищалкой.

— Двери заблокируй и жди меня! Поняла? — бросает Гена своей собеседнице, а Макс (вот козлина!) уже шепчет ему: «Куда едем?»

— Не-не-не, Макс, — командует Гена, не отрывая трубку от уха, и кивает ему на меня. — Отвези, ага?

Я же удостоилась короткого «я позвоню», после чего — поверить не могу! — Гена сорвался с места и умчался в сторону дороги, как реактивный танк. Это, вообще, как?! А мужики не в ответе за тех, кого возбудили?..

— Ни слова, Макс, — рычу я, поймав его растерянный и сочувственный взгляд, но тут же, противореча самой себе, требую ответ: — И кто у нас Наташа?

Глава 23 Наташа

Воскресенье (тот же день, несколькими часами ранее)

«Вау! Отличный выбор! Поздравляю, подруга».

Уже десятый раз я перечитываю сообщение от бывшей подруги Вики и разглядываю прикреплённое фото несчастных молодожёнов — меня и Стаса. Вот проныра — и где только взяла? Я не выкладывала свадебные фотографии в сеть, да и не собиралась (чем тут выпендриваться?). Наверняка мои «добрые» подружки постарались. Крысы!

Как же поздно я осознала, что, кроме Элки, у меня никогда и не было настоящих подруг. А все те, ненастоящие, вечно ошивались рядом лишь для того, чтобы быть ближе к моему брату, и Викуля — в первую очередь. Мой Женька нужен всем, он вообще всегда был баловнем судьбы — в него влюблялись все девчонки и в школе, и в универе, и с друзьями ему повезло. И даже с родителями. А кому нужна я?

В коротком поздравлении Вики нет ни грамма искренности, разве что только «Вау!», но нет — это вовсе не радость, а скорее, удивление и досада. И всё же, немного поколебавшись, я отправляю в ответ сухое «Спасибо» и почти с отвращением продолжаю разглядывать снимок — вид у нас с Пингвином как на похоронах. Впрочем, всё так и было. Для меня день нашей свадьбы теперь навсегда останется самой памятной датой в моей жизни — днём разбившихся надежд и моего падения.

На что я только рассчитывала, сбегая от Стаса в первую брачную ночь? Что Генка вдруг поймёт, как ошибся и рванет наверстывать упущенное? Да — надо признаться, что именно так я и думала. А иначе зачем он отговаривал меня от замужества? Но я снова ошиблась, идиотка наивная. Господи, как же я перед ним унижалась!.. Вспоминаю и щекам становится щекотно от слёз. Я утираю их со злом и бью кулаком подушку. А я ведь звонила ему вчера весь день! Не знаю зачем… просто голос хотела услышать. А он ни разу не ответил — вычеркнул меня. И сообщения не прочитал. Хотя, когда он их читал?

Сволочь! Никогда его не прощу!

И Стаса не прощу. Разве это мужик? Пингвин замороженный! Ненавижу! За то, что уснул и позволил мне уйти… За то, что даже не упрекнул, а ведь я почти изменила ему! За то, что сверкая подбитым глазом, он весь вчерашний день изображал счастливого супруга и проглатывал шутки гостей,