Жена проклятого графа - Надя Лахман

что понимала, кроме, разве что одного. Я была права. Саркофаг оказался пуст. В нем не было ни костей, ни полуистлевшей одежды. В нем не было вообще ничего, как будто здесь никто никогда не лежал. А это значило…

Я медленно подняла взгляд на Терона и тихо сказала:

– Это значит, Терон, что я все еще жива.

Видимо, это стало последней каплей во всех потрясениях последнего времени, потому что мир вокруг вдруг закачался, подернувшись дымкой забвения, и я потеряла сознание.

Глава 19

Рейвен

Прошлое…

Донован выпустил меня из того колодца лишь на восьмой день.

– Пей, – мне протянули кубок с ароматной теплой жидкостью, матово переливающейся внутри.

– Это…

– Кровь. Животного, – настоятель пристально смотрел на меня, будто пытаясь отыскать следы безумия и неконтролируемой жажды. Но мой разум был ясен, как никогда, а мир, хоть и выглядел теперь совсем иначе, напоенный звуками, цветами и запахами, по-прежнему был моим миром. Родным и знакомым.

– Я не хочу, – я отвернулся от кубка с кровью, хотя слаще ее запаха для меня сейчас не было ничего на свете, и она манила меня, как магнит.

– Рейвен, – рука настоятеля легла на мое плечо. – Послушай меня. Ты не можешь совсем обходиться без крови. Она нужна тебе для поддержания сил, но лишь от тебя самого теперь зависит, как много тебе ее будет нужно, и чья кровь это будет. Ты понимаешь меня? Пей! – он вновь протянул мне кубок. – Ты должен принять в себе и это тоже.

Поразмыслив, я понял, что он прав. Я стал иным, значит, мне придется принять в себе все: не только свои новые возможности, но и предпочтения. В пище в том числе.

Больше не колеблясь, я принял из его рук кубок и в один миг осушил его, чувствуя, что с каждым глотком меня переполняет небывалая энергия. Сила. Мощь. Как по венам бежит раскаленное пламя, делая меня быстрым, ловким. Неуязвимым.

Донован, все это время наблюдавший за мной, удовлетворенно кивнул: – Тебе придется научиться скрывать свою силу от обычных людей.

– Я… – я хотел было сказать, что прекрасно себя контролирую, но понял, что это не так. Клыки удлинились, мешая нормально говорить, и я был уверен, что и глаза мои сейчас напоминали живой огонь. – Ты прав.

…Донован многому меня научил, хотя я был уверен, что учиться мне уже нечему. В первую очередь – выдержке. Он был не просто воином, а гораздо больше. Он был великолепным стратегом, умевшим просчитывать ходы на много шагов вперед, и именно этому искусству он обучал меня, рвавшегося разыскать Гохана как можно скорее.

– Ты найдешь его, обязательно, – Донован невозмутимо взял моего коня, когда мы сидели с ним в его кабинете за шахматной партией. – Но не сейчас. Ты же понимаешь, что он не такой дурак, чтобы просто вернуться назад, и ждать твоего возвращения.

– На его месте я бы именно так и сделал, – мрачно ответил я, анализируя свои позиции на доске. По всему выходило, что Донован умело расставил мне силки, и теперь ждал, когда я ошибусь, сделав неверный ход.

– Я не хотел тебе говорить, Рейвен, но мне придется, – Донован спокойно проследил взглядом за тем, как я забрал его пешку, и сделал новый ход ладьей. – У меня плохие новости.

– Что-то с Тероном? – я замер, глядя на настоятеля, пока все инстинкты вопили мне о том, что сейчас он скажет нечто такое, что вряд ли оставит меня равнодушным.

– С Тероном все хорошо. Он восстанавливает замок и набирает новый гарнизон для его защиты, как вы и договаривались, – настоятель замолчал. – Я взял на себя смелость заказать твоей жене саркофаг у лучшего камнереза Оринфии.

– Спасибо, – я почувствовал, как крошечная каменная фигурка в моей руке пошла трещинами, но тут же взял себя в руки. – Тогда что ты хотел сообщить мне?

– До меня дошли слухи, – Донован сделал новый ход, вновь забирая одну из моих фигур, но мне сейчас не было дела до шахмат, – я внимательно слушал каждое его слово, зная, что он не просто так завел этот разговор и эту игру. Донован вообще никогда ничего не делал просто так. – Не очень обнадеживающие. В одной из северных стран люди стали рассказывать о монстре. Чудовище, что приходит по ночам, и для которого запертые двери и окна не являются преградой. Которое оставляет после себя обескровленные трупы мужчин, женщин, детей. Не щадя никого.

Я почувствовал, что фигурка в моих руках превратилась в мелкое каменное крошево, и Донован неодобрительно покачал головой.

– Между прочим, это был подарок от близкого мне человека.

– Прости, – я заставил себя опомниться. – Арманд вернулся, он нарушил свое обещание не вредить людям и стал использовать наш мир для охоты?

Донован молчал. Вместо этого он внимательно изучал шахматную доску, а я… изучал его.

– Тебе шах, Рейвен, – вместо ответа на мой вопрос вдруг сказал он.

Но мне было плевать на судьбу шахматного короля, я продолжал неотрывно смотреть на настоятеля в ожидании ответа. И я уже, кажется, знал, что именно он собирается мне сказать.

– Арманд не вернулся, – медленно произнес он, испытующе глядя на меня. – А вот его перстень пропал. Понимаешь, что это значит?

– Кто? – я не узнал свой голос, настолько хрипло он прозвучал.

– Один из послушников, новенький. Найден мертвым в лесу, его тело было хорошо запрятано, но звери учуяли запах и разворошили схрон. Перстня при нем не оказалось.

Мы оба знали, что это значило. Кто-то знал о том, что за сила таилась в перстне, и выкрал его. Возможно, подслушал наш разговор с Донованом. Кто-то вновь вызвал Арманда и тот вновь сотворил подобного себе.

Зачем Высшему вампиру это понадобилось? Кто знает, возможно, ему стало просто скучно. Или ему пообещали ему нечто такое, от чего он не смог отказаться. Впрочем, все это было не так важно. Кроме одного: я был уверен, что знаю того, кто это сделал. Гохан. Возможно, Авичи. И, если перстень действительно у них, мир скоро погрузится в хаос. Это я тоже знал.

От размышлений меня отвлек голос настоятеля:

– Ход за тобой, Рейвен. Если ты хочешь выиграть эту войну, придумай, как спасти своего короля.

*****

В свой замок я вернулся лишь через два месяца. И это был уже совсем другой я и… другой замок. Теперь в нем жили незнакомые мне люди, а те, что были знакомы, лежали либо в каменных саркофагах, либо на кладбище, что появилось тут недавно. Вереницы