Королева по договору - Людмила Вовченко

— Você sabe, que eles vão tentar… — начал он и замолчал.

— Me testar? — закончила она и перевела сразу, с иронией:

«Проверить меня?»

— Sim — «Да».

— Eles vão perguntar sobre a Inglaterra, sobre dinheiro, sobre influência —

«Они будут спрашивать про Англию, про деньги, про влияние».

Екатерина пожала плечами.

— Que perguntem — сказала она спокойно. — «Пусть спрашивают».

— Eu não trouxe Англию с собой — добавила по-русски и тут же перевела:

— Eu não trouxe a Inglaterra comigo — «Я не привезла Англию с собой».

— Mas você trouxe algo mais perigoso — сказал он тихо.

— «Но вы привезли кое-что более опасное».

Она посмотрела на него.

— O quê? — «Что?»

— Experiência — ответил он. — «Опыт».

— E mulheres que aprenderam pensar — «И женщин, которые научились думать».

Екатерина усмехнулась, но в глазах появилось напряжение. Он видел глубже, чем ей хотелось показывать.

— Isso pode me custar caro — сказала она честно. — «Это может мне дорого обойтись».

— Tudo que vale alguma coisa custa caro — ответил он и перевёл уже мягче:

«Всё, что чего-то стоит, обходится дорого».

Они остановились у края сада. Дальше начиналась темнота и шум далёкого города.

— Você não perguntou, por que eu fiquei столько лет — заметила Екатерина.

«Вы не спросили, почему я столько лет оставалась там».

— Porque я знаю ответ — ответил он без колебаний.

— Você esperava o momento certo — и перевёл смысл:

«Вы ждали подходящего момента».

Она выдохнула. Слова попали точно.

— E agora? — спросил он тихо. — «А теперь?»

Екатерина посмотрела на тёмное небо, потом на него. Внутри не было паники. Только ясность.

— Agora eu quero construir — сказала она. — «Теперь я хочу строить».

— Não sobreviver. Não esconder — «Не выживать. Не прятаться».

— Construir — повторила она и перевела взглядом, а не словами.

Мануэл кивнул. Ни восторга, ни обещаний. Просто принятие.

— Então eu ficarei por perto — сказал он. — «Тогда я буду рядом».

— Não na frente. Não atrás — «Не впереди. Не сзади».

— Ao lado — «Рядом».

Это было не признание.

Это было предложение партнёрства.

Екатерина почувствовала, как у неё медленно, почти осторожно теплеет внутри. Не вспышкой. Не иллюзией. А чем-то надёжным.

— Isso é suficiente por hoje — сказала она и перевела:

«На сегодня этого достаточно».

Он улыбнулся — впервые по-настоящему. И эта улыбка не требовала ответа.

Когда она вернулась в дом, Инеш уже ждала. В её глазах было любопытство, но и уважение — она не задавала вопросов.

— Foi bom — сказала Екатерина сама, как будто ставя точку.

«Это было хорошо».

Ночью она долго не могла уснуть, но не потому, что было тревожно. Мысли текли спокойно: дворец, встреча, вопросы, которые ей зададут. Ответы, которые она даст. Люди, которых она соберёт вокруг себя.

И где-то среди всего этого — мужчина, который не требовал решений, но предлагал присутствие.

Это может стать чем-то большим, — подумала она.

Но даже если нет — это уже не пустота.

Она закрыла глаза, чувствуя, как тело наконец сдаётся сну.

Завтра начнётся новая часть её жизни.

И на этот раз — она войдёт в неё не одна.

Глава 14

Двор, который нюхает кровь

Дворец в Лиссабоне встретил Екатерину не враждебно — вежливо. А это, как она уже успела понять, означало намного больше.

Кареты катились по каменной мостовой, колёса стучали сухо и ровно, воздух был наполнен запахом моря, пыли и тёплого камня. Солнце стояло высоко, и от этого всё казалось слишком ясным, слишком открытым, будто негде спрятаться. В Англии её давило небо. Здесь давило солнце — оно не позволяло прятать тени.

Екатерина сидела прямо, ладони лежали на коленях. Пальцы не дрожали, хотя внутри всё было натянуто, как струна. Рядом — Инеш, молчаливая, собранная. Напротив — Мануэл, не в карете, а на коне рядом, сопровождая их без демонстрации. Он не «вёл» и не «охранял». Он просто был. И одно это делало Екатерину спокойнее, чем любая вооружённая стража.

Смешно, — подумала она с сухой улыбкой. — В XXI веке это называлось бы поддержкой. Здесь — удачным союзом.

У ворот дворца их встретили церемониймейстеры. Накрахмаленные улыбки, низкие поклоны, слова, от которых пахло воском и лестью.

— Vossa Majestade… — «Ваше Величество…»

Екатерина кивнула, не улыбаясь широко. В Англии улыбка была маской. Она не собиралась привезти эту привычку сюда.

Коридоры дворца были светлыми, прохладными. Мрамор под ногами отдавал холодом сквозь подошвы. Где-то в боковых галереях слышались шаги, тихий шёпот, шелест платьев. Екатерина ловила взгляды — быстрые, цепкие, как у людей на рынке: оценивают товар, ищут слабое место, считают выгоду.

Двор нюхает кровь, — отметила она внутренне. — И сейчас он нюхает — мою ли.

Её провели в зал ожидания. Там уже были женщины — в дорогих тканях, с тонкими ароматами духов, с ожерельями, от которых можно было бы прокормить деревню. Они сидели группами, как стаи, и одновременно изображали из себя благочестивых голубок.

Когда Екатерина вошла, разговоры на секунду стихли.

Не потому что она была страшна.

Потому что она была непонятна.

Вдова короля, долгое время прожившая в Англии. Женщина, о которой ходят слухи. Женщина, которую не смогли сломать — иначе бы она не приехала так ровно.

— Majestade — одна из дам поднялась, делая реверанс.

— É uma honra — «Для нас честь».

Екатерина чуть наклонила голову.

— A honra é minha — ответила она и тут же добавила перевод для тех, кто мог быть рядом и не понимать португальский достаточно хорошо: — «Честь для меня».

Она заметила, как несколько женщин переглянулись. Одна сжала губы. Другая улыбнулась слишком сладко.

Сладкие улыбки — это кислый яд, — подумала Екатерина и мысленно поблагодарила свою современность: она умела считывать токсичность ещё до того, как люди открывали рот.

— “She speaks well,” — прошептала кто-то по-английски.

«Она хорошо говорит».

Екатерина не повернулась. Только подняла бровь и спокойно сказала по-английски:

— “I learned from the best.”

«Я училась у лучших».

В зале на секунду стало тише. Потом кто-то нервно хихикнул. Екатерина позволила себе лёгкую улыбку.

Пусть знают: я понимаю больше, чем показываю.

Наконец дверь распахнулась, и церемониймейстер объявил:

— Sua Majestade, a Rainha… — «Её Величество, королева…»

Екатерина сделала шаг вперёд. Сердце билось ровно. Она ощущала каждую складку платья, каждое движение воздуха. Это было почти телесное знание: сейчас её будут проверять.

Зал аудиенций был огромен, но не тёмный, как английские залы. Здесь всё было про свет: