Измена. Муж...Начальница...Развод - Даша Литовская

Я отвернулась, лишь бы генеральный не увидел мое, перекошенное от смеха, лицо.

Лешка гостям очень обрадовался, и уже через пару минут принялся натягивать ботинки, попутно убалтывая меня тоже начать одеваться, чтобы отправится в парк.

Долго уговаривать меня не пришлось. Я и сама была рада выбраться куда-то в хорошей компании. Так что уже через пятнадцать минут мы все бодро шагали по узкой аллее, усыпанной осенней листвой.

Ребятня убежала вперед, пересчитывая все кучки пожухлой листвы по дороге.

А мы с начальником неспешно шли сзади, вдыхая осенний воздух. Шли нога в ногу. И слишком близко друг к другу. Настолько, что наши плечи время от времени соприкасались.

Десятка через два таких неспешных шагов он дотронулся до моих пальцев, сжал, а еще через миг заграбастал ладонь целиком и утащил ее в свой карман.

Я опустила голову, кусая губу и пряча улыбку.

Как бы не сопротивлялась, а бабочки в животе устраивали соревнования на скорость, стоило начальнику ко мне прикоснуться.

— Я соскучился, — выдохнул наконец, будто на это признание ему потребовалось дюжина храбрости.

— Я тоже, — тихо пискнула, не поднимая на него взгляда.

Подснежный остановился, отпустил мою руку, и взял за плечи, поворачивая к себе.

Смотрел долго и пристально. Уж не знаю что он там, в моих глазах, пытался найти. Но сказал в конце концов следующее:

— Я сто лет девушкам в любви не признавался…

Мои глаза на этих словах вылезли за пределы орбит. Поняв, что глупость сморозил, начальник осекся:

— То есть… Я и сейчас… Не об этом. Но поговорить с тобой все же хотел. О нас. О тебе. Женя, скажи, ты ведь правда хочешь развестись с мужем?

— Д-да… — я стояла и смотрела на него широко распахнутыми глазами.

— Тогда… — тщательно подбирая слова, он блуждал взглядом по моему лицу. — Ты нравишься мне. Не вижу смысла скрывать. У меня давно не было отношений. Но, если ты не против… Мы могли бы попробовать…?

Сердце в груди замерло.

В душе закрутился настоящий ураган из разных эмоций.

Подснежный предлагает мне попробовать с ним отношения? Что-то большее, чем просто совместные ночи? И это… Нет, не неожиданно. Но приятно до чертиков!

Я зажмурилась, не в силах больше прятать улыбку. А через миг меня в эту самую улыбку поцеловали.

Не удержавшись, обвила руками шею начальника. Забралась холодными пальчиками под ворот пальто. Он поежился, но лишь ближе меня притянул, слева покусывая.

— Стой! — будто из пушки разбуженная, я резко от него отстранилась. Уперлась ладонями в грудь и посмотрела испуганно. — А как же… — повернула голову, найдя взглядом детей. — Твоя дочка? Она…

— Нет, — усмехнулся начальник, не дав мне даже договорить, — это самое удивительное. Ты даже не представляешь, насколько Наденька избирательная в людях. Но ты ей нравишься. Я уверен, что она против не будет. А твой сын?

Я слега потупила взгляд.

— Вчера мы поговорили. Я рассказала ему о разводе.

— Как он отреагировал? — серьезным тоном уточнил у меня босс.

Пожала плечами.

— Как ни странно, спокойно. Он меня понял. И даже сказал, что я стала намного счастливее, когда мы с его отцом стали жить порознь. Мне кажется, Лешка меня полностью поддерживает. Хотя по отцу… Да… Скучает.

Начальник в ответ лишь притянул меня ближе к себе и крепко обнял.

— Ты имеешь полное право на счастье, — произнес он негромко. — И, тебе не за что себя винить, если с отцом своего ребенка ты счастлива не была. Я рад, что твой сын это понимает.

Спрятала улыбку в вороте его дорогого пальто.

— И ты ему нравишься, — закончила я свои откровения.

На ухо мне шутливо зарычали:

— Если честно, я очень старался ему понравиться.

На душе вдруг тепло разлилось. Старался? Понравиться моему сыну? Тут и дураку будет понятно ради чего. Эта мысль грела…

Я вновь захихикала.

— Теперь нужно как-то сообщить им о нас? — не без испуга спросила.

— Кажется… — отозвался начальник, чуть от меня отстраняясь, — сообщать уже не принеся. Они и так все поняли.

Я подняла голову, и проследила за его взглядом.

Чуть поодаль стояли Лешка и Надя. Смотрели на нас пристально, сощурив глаза и уперев в бока руки.

— Хватит там узе цалаваца! — заявила Наденька притопнув ножкой в сапожке. — Мы гуляем или как?!

Лешка локотком боднул ее в бок.

— Пусть целуются, — буркнул он, но слишком громко, так что даже нам удалось расслышать, — смотри. Твой папа как тазик сверкает.

Наденька пытливо вгляделась в отца.

— Да-а, — вынесла малышка вердикт, — сверка-ает… Ну ладно! — махнула рукой и вновь устремилась к очередной горе листьев.

Мы с начальником в унисон засмеялись.

— Что, правда сверкаю? — шепнул он мне на ухо.

— Не то слово, — положила голову ему на плечо, продолжив прогулку.

36

Следующие две недели пронеслись со скоростью света не только для меня, но и для всей фирмы, включая Подснежного.

Мы усиленно готовились к предстоящей, давно намеченной сделке со шведами. Она открывала компании такие горизонты, о которых раньше и помыслить было нельзя.

А вместе с горизонтами — непочатый край работы и общую суматоху.

Наверное, добросовестные сотрудники в такой суматохе и минуты не нашли бы на личную жизнь. Но мы с генеральным были не совсем добросовестными, поэтому находили и минуты, и даже часы — во время обеденного перерыва, к примеру. Запирались у него в кабинете и придавались грехам, после которых мое тело сладко тянуло, а все мышцы ныли.

От того не менее странным казалось, что общий язык мы с начальником находили не только в нашем физическом притяжении, но и в обычном общении.

Казалось бы, что общего может быть у меня и молодого холостого миллиардера, босса крупной компании? Но, общих тем нашлось предостаточно. Когда нам удавалось поболтать — то мы с улыбкой перебивали друг друга, спеша рассказать так много незначительных пустяков.

Придаваясь мыслям, я с улыбкой зажмурилась, до сих пор боясь верить, что все это правда. Может быть, судьба так наградила меня за изменника-мужа? Может быть, в жизни наконец-то началась белая полоса, а все ее перипетии и были созданы для того, чтобы привести меня к нужному человеку?

Настроение омрачало только одно.

— Три месяца, — звучало в ушах, как приговор, когда в один из понедельников, как и было назначено, мы с Антоном отправились в загс, чтобы подать заявление на развод.

— Как три месяца? Но мы оба согласны! — от возмущения мои глаза тогда распахнулись,