Десятая невеста. Драконья печать - Лиса Райс

— Звери? — усмехается Вестар. Я киваю и смотрю на него чуть виновато. — Работа культа. Еще с век назад к нам относились с большим уважением. Но культ и ваши монархи боялись нашей силы. Нас начали истреблять. Тайно, конечно. Сперва самых слабых… Тогда мы стали уходить в тень. Не показывали своей сути. Многие вовсе отказались от драконьего облика, чтобы жить среди людей.

— Так можно?

— Если отказаться от свой природы для тебя нормально, то да, — фыркает он. Мне становится еще горше. Я качаю головой и он продолжает. — Но культу было мало, что мы просто отошли в тень. Ктулах всегда жаждал власти. Ты знаешь, что фактически он правит страной?

Я сглатываю. Как бы ни хотелось мне поспорить, защитить родную страну, но… Я понимала, что Вестар прав. После всего, что произошло в моей собственной жизни, после того, как все встало с ног на голову, после казни отца… Я была готова поверить.

— Мой отец был… доверчив. Он верил в возможность мира. А я… — Вестар покачивает свой бокал, наблюдая за бликами напитка, — я с самого начала чувствовал неладное, но меня никто не слушал. Ктулах обещал вернуть наш Родовой Камень, украденный десятилетия назад. Это реликвия, в которой хранятся души предков. Для драконов связь с предками священна.

Я слушаю, затаив дыхание. Вот оно — его настоящая история.

— Он обманул вас, — это не вопрос.

— Обманул, — кивает Вестар. — Вместо Камня принес проклятый кристалл, который убил всех в замке, выкачав их силу, и связал меня, как самого сильного из драконьего рода. Но даже тут ваш Верховный просчитался.

Он горько усмехается, делает глоток, подается вперед и ставит бокал на столик.

— Он думал, что сможет сразу принести десяток жертв и выдрать мое сердце. Но оказалось, что у него есть всего три дня. Те три дня, в которые драконы обычно заключают брачные союзы. Сила зверя в такие дни особенно сильна. Именно поэтому они и приводят невест в это время — когда я наиболее опасен.

— И после этой ночи ты снова сможешь контролировать себя? — уточняю я.

— Да, — он кивает. — Чтобы Ктулах не смог провести ритуал другое время, я запечатал своего дракона. Как он ни старался, пересилить мою печать он не смог. Только эти три дня у него и остались. Но если мы освободим души, если разрушим проклятие Ктулаха… я больше никогда не буду терять контроль.

Я обдумываю услышанное, перекатывая в руках бокал.

— Значит, начнем поиски завтра, — говорю наконец. — Когда ты снова будешь… собой.

— Да, — соглашается он. — Ночью ты снова отправишься в темницу.

— А после? После того, как мы освободим всех? — спрашиваю я, стараясь не думать, что мне придется провести еще одну ночь в том месте под рев дракона снаружи. — Ты вернешься в свой мир? К своему народу?

Вестар качает головой.

— Мой народ давно исчез. Я, возможно, последний из драконов на континенте. После того, как меня запечатали, те, кто успел сбежать из замка наверняка сбежали из страны и прихватили с собой оставшихся.

В его словах столько тоски, что я не могу не почувствовать сострадания. Он пленник не только проклятия, но и собственного одиночества. Теперь мне становится яснее вся картина. А еще… Я не чувствую лжи в этой истории. Хотелось бы верить, что моя наивность здесь ни при чем.

Отец всегда говорил, что я способна чувствовать лучшее в людях. И если Верховный Жрец с самого начала вызывал во мне отвращение и ужас, то Вестар… Вызывал смешанные чувства.

— Мы найдем всех невест и снимем печать, — твердо говорю я, глядя дракону прямо в глаза.

— Не слишком ли громкие слова для человечки? — его губы изгибаются в насмешке.

— Для человечки, которая первой за десять лет выжила в ритуале? Нисколько, — я сама удивляюсь вызову, который звучит в моих словах.

Во мне словно что-то меняется. Просыпается что-то, чему я пока не готова дать название. Но я больше не готова быть хорошей девочкой, которая подчиняется правилам. Я хочу жить. И хочу, чтобы справедливость восторжествовала.

Какой бы верноподданной я не была прежде, теперь, я хочу свободы. И правды. Для себя, для Вестара, и для своего отца, казнь которого по прежнему тайна для меня.

Глава 13

Вестар

Она спит, свернувшись в кресле.

Упрямое создание.

Отказалась от кровати, хотя я настаивал. Сказала, что не хочет стеснять меня, но мы оба понимаем истинную причину — недоверие. И правильно делает. Я и сам себе не доверяю, особенно сейчас, когда дракон ворочается под кожей, предвкушая свободу.

Мерцающие отблески огня из камина пляшут на ее лице. Каштановые волосы разметались по подлокотнику, тонкие пальцы судорожно сжимают край пледа даже во сне. Мистра, дочь опального графа, последняя «невеста», присланная в мой замок. Десятая, но первая, кто до сих пор жива.

В них всех не было ничего особенного… предыдущие девицы. Знатные дочери провинившихся родов с глазами, полными ужаса, размазанными по бледным щекам слезами и дрожащими губами, шепчущими бесполезные молитвы. Они уже были мертвы внутри, задолго до того, как переступили порог замка. Сломленные еще в процессе подготовки, загнанные в ловушку страха жрецами культа.

Человеческой части меня было жаль их… Но жалость — дурное чувство. Бесполезное. Оно не вернет их.

Но эта… В ней есть что-то иное. Боится, конечно… Я чую ее страх, как тонкий, едва уловимый аромат пряностей в воздухе. Но за ним прячется нечто другое. Стальной стержень, который не сломался под тяжестью обстоятельств. Решимость выжить любой ценой. Гордость, которую Ктухал и его прихвостни не смогли вытравить.

Я делаю глоток из бокала. Напиток не пьянит, но создает иллюзию тепла. Странно, как давно я не обращал внимания на человеческие лица. Видел лишь пищу для кристалла, очередную жертву, топливо для проклятия Ктулаха. Когда это началось? После пятой? Седьмой? Когда осознание неизбежности превратило меня в равнодушного наблюдателя собственной судьбы?

А теперь что-то меняется. Появляется… надежда? Опасно.

Мистра ворочается во сне, брови сходятся на переносице — должно быть, снится что-то тревожное. Я подавляю странное желание разгладить морщинку между ее бровей. С каких пор меня волнуют кошмары очередной невесты?