Драконий цветок - Анна Шнайдер

— Что?.. — изумился Рейгард, но спросить ничего не успел — Себастьян яркой серебряной вспышкой устремился в небо, на лету становясь огромным драконом с блестящим телом и широкими крыльями.

***

Аделина

Больше в тот день ко мне никто не приходил, если не считать Магды, которая принесла лёгкий ужин, пожелала приятного аппетита и удалилась, уточнив, что с утра всех невестушек ждёт завтрак с их высочествами, а возможно, и величествами. Конечно, она сказала не «невестушек», а «участниц отбора», но суть от этого иной не стала.

Разговор с Рейгардом кое-что во мне изменил. Нет, я не спешила с лёгким сердцем прощать этого дракона, но по крайней мере впервые осознала, что, пожалуй, действительно хочу помочь ему снять проклятье Марсии и сделаю всё возможное, чтобы так в итоге и вышло. Я точно помню — ещё учась в академии, я читала, что любую магическую ловушку при должном усердии можно сломать, но только магией. То есть все эти «поцелуи истинной любви» — это только для сказок и годится, а в реальности нам с Рейгардом придётся искать другой способ.

Нам с Рейгардом… Звучит-то как. Лучше подобные выражения даже мысленно не использовать, чтобы потом не было больно. Конечно, я уже давно не люблю его — он сам выжег во мне все добрые чувства, — но кто знает, что будет, если мы начнём сближаться? Правильно я ему про дистанцию сказала, надо держаться от этого заколдованного принца на расстоянии. Хотя, когда он узнает о Касси, это станет совсем проблематично.

Артефакты я тоже больше не делала — не могла. После разговора с Рейгардом всё валилось из рук и мысли растекались, как масло по сковороде. Боялась напортачить и всё загубить, а я не люблю портить заготовки — жалко, ведь их, как правило, тяжело исправить. Возможно, но тяжело, и проще выбросить.

В общем, я поужинала, а затем попросила Магду, пришедшую убрать посуду, принести мне какую-нибудь лёгкую книжку про чьи-нибудь приключения — и до ночи читала неплохой роман про пирата и дочь одного богатого человека, которую он забрал с собой после того, как ограбил корабль, на котором она плыла, чтобы потребовать с её отца выкуп. Погоня, интриги, любовь — повествование меня действительно захватило, и я решила, что завтра обязательно поблагодарю Магду за выбор. Не ожидала, что она настолько хорошо справится. Думала, принесёт что-нибудь стандартное, про «любовную любовь», а я такие книжки не очень.

И я никак не предполагала, что с самого утра, когда служанка пришла меня разбудить, дабы помочь собраться к завтраку в присутствии принцев, я вновь окажусь в совершеннейшей растерянности из-за Рейгарда.

— Тут вам не меня благодарить нужно, — произнесла Магда, расплывшись в понимающей улыбке. — Его высочество сам дал мне список, что приносить, если вы будете просить книги. И какую еду предпочитаете, тоже сказал. И вот ещё… — Она положила на прикроватную тумбочку небольшой футляр, в которых обычно хранили серьги. — Он вам передал.

— Это нужно надеть к завтраку? — поинтересовалась я севшим голосом, косясь на футляр. Я с кровати встать не успела — а уже такие потрясения.

— Как хотите, — пожала плечами Магда. — Он просто передал, а уж наденете вы это или другое что-то — дело ваше.

Я помолчала, собираясь с мыслями.

— А… ты говоришь — он… ты имеешь в виду его высочество Себастьяна?

— Почему? — удивилась Магда. Хихикнула даже, глядя на меня с доброй иронией. — Конечно, я говорю о его высочестве Рейгарде. Он со мной вчера поговорил, попросил вас оберегать. Опасается, что вас могут обидеть другие конкурсантки. И футляр вот утром передал. Надеюсь, вы его возвращать не подумаете? Уверена, там что-то очень красивое!

Не подумаю ли я его возвращать?

О Вечное Пламя! Я вообще не знала, что думать.

В футляре оказались серьги. И не просто серьги, а точная копия тех, которые Рейгард подарил мне восемь лет назад, в один осенний день, считающийся моим днём рождения. Точного дня в приюте не знали — записали в свидетельстве о рождении примерный, поэтому я не представляю, правильный он или нет, и не люблю отмечать эту произвольную дату. Однако Рей в тот раз устроил мне настоящий праздник. Повёл в театр, а потом в ресторан и там подарил мне серьги. Я чуть не прослезилась, увидев их, — у меня же ни одного украшения не было! Только простенькие артефакты. А тут такое богатство, ещё и, как он тогда сказал, «к твоим глазам».

Серьги были сделаны из серебра. Маленькие крылатые дракончики, распахнув тонкие крылья, цеплялись лапами за камни небесного цвета, и это было настолько красиво, но главное — символично…

Потому что камни были в форме сердца.

— Ты забрала моё сердце, — беззастенчиво врал тогда Рейгард, глядя на меня так, что я чувствовала себя подтаявшей шоколадкой. — Когда я смотрю на небо, вижу твои глаза, Лина.

Ох и лжец! Вспоминать о том, как я верила ему в то время, было неприятно и горько. И непонятно, для чего напоминать об этом?

Подаренные тогда серьги я продала перед родами, чтобы купить Кассандре необходимые вещи и кроватку. Ева мне, конечно, помогала, но она в то время зарабатывала гораздо меньше и содержать работницу, которая временно оказалась недееспособна, не могла. Поэтому я приняла решение и отнесла серьги в ломбард, и мне даже жаль их не было. Наоборот — избавившись от единственного подарка Рейгарда, я почувствовала облегчение.

И вот его высочество решил, что мне стоит напомнить о прошлом. Оригинальный способ он выбрал… И откуда взял точно такие же серьги? Вряд ли выкупил из ломбарда те же самые.

Надевать их к завтраку я не стала. На мой взгляд, подобный жест означал бы проявление благосклонности, а я к Рейгарду была настроена совсем иначе. С проклятьем помогу, с Касси познакомлю и постараюсь сделать так, чтобы она приняла его как отца, — и всё. Даже серьги при случае верну — ни к чему они. Пусть настоящей невесте подарки дарит, а я обойдусь.

В общем, сразу после того, как Магда помогла мне надеть второе из повседневных платьев — нежно-голубое, в тон серьгам, — я решительно отказалась от украшений, заставив