Драконий цветок - Анна Шнайдер

Остальные девушки тоже по одной выходили в коридор и выстраивались в линию, как солдаты при построении. Хотя нашлась и нарушившая строй — Кари не пожелала мирно стоять возле двери в свою комнату и с другого конца коридора поспешила ко мне, аккуратно обходя претенденток на руку и сердце Рейгарда.

Сегодня Кари надела светло-оранжевое платье и выглядела в нём очень мило и позитивно. У меня даже настроение улучшилось, когда я на неё посмотрела.

— Доброе утро, Лина! — поздоровалась она, подходя ко мне, и сразу взяла меня под локоть. — А я живу рядом с Валенсией. Она так смотрит, что я уже начинаю подозревать у себя хвост, рога или третий глаз посреди лба. Посмотри-ка, точно ничего из этого нет?

— Нет, — засмеялась я, покачав головой. — И вообще ты прекрасно выглядишь. Думаю, поэтому Валенсия так и смотрит, что видит в тебе конкурентку.

— Я не верю, что его высочество женится не на драконице, — скептически хмыкнула Кари. — Ему наследники нужны, а вероятность того, что обычная девушка сможет родить от дракона, близка к нулю.

— Но если обычная девушка снимет проклятье…

— …То её сердечно поблагодарят, но женится его высочество Рейгард на другой, — улыбнулась Кари. Кажется, иллюзий она не имела совсем. Впрочем, при её жизни это неудивительно. — Вполне возможно, что и на Валенсии. Хотя я бы на его месте выбрала другую драконицу, благо на отборе их достаточно. Заметила? Кроме нас с тобой здесь ещё только одна девушка без второй ипостаси. Её зовут Эйла, я говорила с ней вчера. Она… своеобразная, — признала Кари, на мгновение запнувшись. — И, в отличие от меня и тебя, всерьёз верит, что её могут выбрать. Впрочем, кто знает? Может, она и права, а ошибаемся мы.

Я хотела пошутить, что вера Эйлы не более нелепа, чем вера правящей семьи в то, что проклятье можно снять любовью и свадьбой, практически как залечить глубокую рану подорожником, но не успела — в конце коридора появился дель Крайс и позвал всех за собой в столовую.

***

Рейгард

После вчерашнего дня девушек осталось семнадцать, но Рейгард пока никого не убирал — все уходили сами. И накануне, впечатлившись демонстрацией его своеобразного характера и внешнего вида за обедом, одна из претенденток решила, что это не для неё.

Таким образом, в замке теперь проживали четырнадцать дракониц и три обычные девушки, среди которых была и Аделина. Честно говоря, Рейгард опасался, что после его подарка она тоже уйдёт, — понимал, что для Лины он окажется полным не самых приятных воспоминаний. Но иначе поступить просто не мог.

Однако серьги Лина вполне ожидаемо не надела, и наследник, как только увидел, что она заходит в малую столовую без всяких украшений, почувствовал лёгкий укол разочарования. Да, ожидаемо, но всё равно неприятно.

— Доброе утро, — поздоровался с вошедшими Себастьян. Он стоял рядом с Рейгардом во главе стола и оглядывал всех бесстрастно и внимательно, не выделяя ни одну из конкурсанток. — Прошу садиться. Сегодня мы позавтракаем с вами без присутствия их величеств, к сожалению. Но надеюсь: вам хватит и нас.

Судя по лёгкой усмешке, промелькнувшей на лице Лины, ей точно хватит.

Они с Себастьяном подождали, пока девушки сядут, а затем опустились в кресла и сами. Рейгард привычно перекинул хвост с одной стороны на другую через колени и подвинул кресло ближе к столу, чтобы положить руки — точнее, когтистые лапы — возле тарелки. Есть при всех он, как обычно, не собирался.

— Ваше высочество, — обратилась к нему одна из дракониц, обворожительно улыбаясь, будто он был не чудовищем, а привлекательным мужчиной. Смелая девица. И целеустремлённая — видимо, очень уж хочет стать королевой. Кажется, её звали Валенсия. — Можем мы узнать, что ждёт нас сегодня? Ведь отбор — это не просто дружеские посиделки. Должны быть испытания?

— Раньше были, — ответил Рейгард равнодушно. — Но в этом году мой дорогой брат изменил протокол проведения отбора и придумал что-то иное. Вчера он обмолвился об этом, но я так и не понял, про что ты говоришь, Себастьян. Может, объяснишь сейчас?

— Обязательно объясню, — кивнул второй наследник и подал знак рукой одному из лакеев, чтобы слуги начали разносить завтрак. — Но позже. Не хочу портить девушкам аппетит.

— Это что-то настолько страшное? — округлила глаза Валенсия. Платье на ней сегодня было белое, а в волосы были искусно вплетены живые цветы, падая на грудь каскадом вместе с толстой тёмной косой. Выглядело красиво и свежо, и будь Рейгард прежним собой, он бы уже наверняка заинтересовался этой девушкой. Но сейчас она не вызывала даже лёгкого любопытства, впрочем, как и все остальные — кроме Лины.

— Для кого как, — слегка насмешливо произнёс Себастьян и неожиданно обратился к Лине: — Аделина, а вы любите театр?

— Люблю, — невозмутимо ответила девушка, посмотрев на младшего принца с подозрением. — Когда нахожусь в зрительном зале. Но я очень сомневаюсь, что нам будет позволено просто наслаждаться представлением.

— Вы догадливы, — рассмеялся Себастьян. — Но подробности позже. А сейчас прошу всех уделить внимание завтраку. Насколько я знаю, эту кашу наши повара готовят особенно вкусно. А если не любите кашу, обратите внимание на творожное суфле.

Конкурсантки послушно уставились в тарелки. Одна только Лина, задумавшись, смотрела прямо на Рейгарда, и в её глазах читался немой вопрос.

Кажется, из всех присутствующих она единственная по-настоящему беспокоилась, что он сидит перед пустой тарелкой. Памятуя, что случилось накануне с салатом, в этот раз Рейгард приказал ничего себе не накладывать. Представление со сжиганием еды, конечно, впечатляющее, но роль чудовища за пять лет ему до гарнов надоела.

Сердце сжалось, и в груди стало тепло и приятно — потому что, несмотря на всё, что случилось между ними в прошлом, Лина тем не менее оставалась неравнодушной.

***

Аделина

Бывает забавно разочаровываться в собственной невозмутимости.

Я жила без Рейгарда столько лет, и были дни, когда я совсем о нём не думала. Таких дней было немного, увы — сложно не вспоминать отца собственного ребёнка, тем более что Касси внешне на него похожа.