Драконий цветок - Анна Шнайдер

Рейгард встал из-за стола, сделал несколько шагов вперёд и застыл совсем рядом со мной, буквально в шаге. Взглядов мы не разрывали, и мне в то мгновение казалось, что меня закручивает и затягивает внутрь какой-то воронки… Я почти не могла думать, и воздух с трудом заходил в лёгкие, чудился густым и вязким.

— Пойдём, Лина? — предложил Рейгард шёпотом, а я вдруг поймала себя на мысли, что мне хочется коснуться его кожи, теперь напоминающей змеиную. — Остальные конкурсантки нас уже наверняка заждались. Ещё и гадают, что мы тут с тобой делаем. Поэтому, когда выйдем, сострой грустный или недовольный вид. Так будет безопаснее.

— Безопаснее? — переспросила я, не понимая, о чём говорит Рейгард.

— Да, — кивнул он и пояснил: — Ни один отбор ещё не обходился без интриганок, которые почему-то считают, что умнее гвардейцев, дознавателей и Себастьяна. И стоило мне начать выделять какую-то девушку, как её тут же стремились нейтрализовать. Не хотелось бы, чтобы ты попала в такую ситуацию.

В груди кольнуло, когда я представила, как Рейгард «выделял какую-то девушку», и я, поджав губы и резко вынырнув из затуманенного состояния, отвернулась и быстрым шагом вышла из столовой.

Играть недовольный вид мне даже не пришлось.

Рейгард

Несмотря на то, что наследник отлично понимал — для Лины такое поведение просто типично и незачем обнадёживаться, ему всё равно было радостно. Радостно хотя бы оттого, что она не злится, не смотрит на него обиженно, и даже беспокоится. Кто ещё из девушек подумал о том, завтракал сегодня Рейгард или нет? Правильно — никто. А Лина вот подумала.

А вдруг всё ещё возможно исправить?

Думать о подобном лишний раз Рейгард не желал — опасался поддаться ложным надеждам. Падать потом будет слишком больно. Он только недавно смирился, что, скорее всего, проклятье с ним до самой смерти, которую осталось ждать максимум пять лет, и если сейчас опять начать мечтать о том, как он вновь станет собой, разочарование будет смертельным. Лучше просто спокойно делать, что возможно, чтобы Лина вновь полюбила его. И, конечно, в этот раз уже не воздействовать на неё ментально. Впрочем, сейчас Рейгард и не мог ни на кого воздействовать, ментальная магия ему практически не давалась. А когда-то он был одним из лучших менталистов в стране, это признавали и наставники. Хотя теперь наследнику казалось, что Себастьян его уже давно превзошёл. Впрочем, как и во всём остальном.

К театру шли молча. Впереди — Рейгард, как единственный, кто знал дорогу, а за ним — девушки. Причём Лина предпочла забиться в конец и вышагивала рядом со своей новой подругой, о чём-то периодически с той переговариваясь. И выглядела эта парочка настолько живой и непосредственной, в отличие от других претенденток на звание его жены, что Рейгарду захотелось немедленно сократить количество участниц до двух. А зачем остальные? Он точно среди них никого не выберет, а уж проклятье им гарантированно не поддастся. Но Себастьян очень просил не чудить и «выбрасывать» девушек с отбора только аргументированно — значит, придётся терпеть.

— Не хочу, чтобы ты потерял свой шанс, — так объяснил младший принц эту просьбу. — Хотя я верю, что кроме Лины никто не сможет снять проклятье, но тем не менее — не стоит горячиться. Они и сами отсеются, ни к чему выгонять.

— Кроме того, вдруг ты выберешь девушку для себя, — съязвил Рейгард, но Себастьян покачал головой.

— Вряд ли. Мне бы кого-то вроде твоей Лины, но она занята. Да и не хочу я сейчас никаких отношений. Мне хватило Эмилии.

Рейгард промолчал, не желая разговаривать о бывшей невесте Себастьяна.

Да, у него была невеста. Девушка, с которой Ян познакомился, учась в академии. Сильная драконица, с лёгким характером, обворожительной улыбкой и длинными золотыми волосами — в цвет своего дракона. Хотя до золотого цвета династии аль Анарио Эмилия всё-таки не дотягивала — её драконица не имела металлического оттенка, была скорее жёлтой, но тем не менее очень красивой и крупной. Сначала они с Себастьяном просто дружили, затем стали встречаться, и Рейгард ему даже слегка завидовал — со стороны казалось, что брат встретил настоящую любовь.

Однако этим летом, незадолго до того, как их родители готовились объявить о помолвке Себастьяна и Эмилии, она вдруг призналась, что во время недолгой летней поездки в Арнарию влюбилась в другого. И поняла, что к Яну всегда испытывала лишь симпатию, а настоящая любовь — она совсем иная.

Себастьян так переживал, что с горя даже согласился на предложение королевской династии аль Анарио и заключил помолвку с принцессой Корнелией. Той сейчас было семнадцать, для брака рановато, и время узнать друг друга получше у младшего брата Рейгарда и его невесты имелось, однако первый наследник всё равно был не в восторге от поступка Яна. Потому что отношения с аль Анарио у их семьи были не очень, а если помолвку будет решено разорвать, всё станет ещё хуже.

Кроме того, Рейгарда не покидало ощущение какой-то подставы, но, какой именно, он так и не смог понять.

Домашний театр в замке существовал давно — его организовала одна из прапрабабушек-королев, которой надоело, что внукам негде играть спектакли. Не выбирать же каждый раз для детского праздника на новогодье тронный зал или какой-то из рабочих кабинетов? В детской комнате тоже неудобно — нет нормального зрительного зала. Вот и пришлось перестраивать несколько помещений, объединяя их и превращая в настоящий маленький театр со зрительным залом на возвышении, сценой и тяжёлым занавесом белого цвета с серебряными звёздами. Слева от сцены стояло пианино, и при желании можно было играть спектакли под живую музыку.

Сейчас здесь выступали не только члены королевской семьи — порой и приезжие артисты не гнушались играть спектакли и представления в Логове драконов. А провинциальные театры даже использовали этот шанс, чтобы показать себя и стать более известными и успешными, — через канцелярию подавали прошение на проведение мероприятия в замке, назначалась дата выступления, и о ней оповещали советников, а те уже передавали информацию дальше своим сотрудникам. Хотя в последнее время желающих посетить представление в Логове находилось столько, что королева отдала приказ предупреждать о мероприятиях лишь советника коллегии культуры и искусства. Тем более что самим выступающим чаще всего были нужны лишь люди оттуда.

Однако