Не будите во мне... некромантку - Ника Калиновская

— Ага, конечно, — пробормотала, скрестив руки. — Рассказывай больше, господин инквизитор. Что ты на этот раз задумал?

Он не ответил сразу — только скользнул по мне прищуренным взглядом, в котором было больше насмешки, чем открытости. И вот тут я впервые поймала себя на мысли, что страшнее всего в этом мужчине даже не умение давить и командовать, а то, что никогда невозможно предугадать следующий его шаг.

Корчмарь принес глиняные кружки с квасом и деревянные миски с похлёбкой. Пахло терпко — капуста, мясо и дым от очага. Животы у нас обоих предательски заурчали, и я сдалась, хотя внутри всё ещё скреблось подозрение: зачем мы здесь?

Ригард взял ложку и спокойно принялся есть, словно это был обычный обед, а не часть какого-то хитроумного плана. Я же сидела с миской перед собой и в упор смотрела на него.

— Ну? — не выдержала. — Рассказывай, зачем тебе дилижанс. Не верю я в твои экскурсии.

Он поднял на меня взгляд поверх ложки и едва заметно усмехнулся.

— Ты удивительно настойчива, Мирослава. Хотя, по-хорошему, могла бы просто радоваться тому, что тебя кормят.

— Я могу радоваться и после, — огрызнулась, но еду всё-таки зачерпнула. Горячая похлёбка приятно разлилась внутри, и я с ужасом поняла, насколько была голодна. А проглоченные утром бутерброды, казалось, только усилили голод.

Мой собеседник дождался, пока я сделаю несколько глотков, и только потом лениво откинулся на спинку стула.

— Архивы в Ручейках — это детский сад. Там специально держат только то, что можно показать простым любопытным. Всё настоящее хранится либо в столице, либо… — он сделал паузу, будто смакуя эффект, — в секретных фондах.

Я едва не поперхнулась похлёбкой.

— То есть ты… ты хочешь лезть в секретные архивы? — я уставилась на него, словно этот мужчина предложил разбудить ещё одно кладбище. — Тебя же за это самого нашему скелету скормят!

— Меня? — Ригард наклонился ближе, и в его глазах мелькнула искра — холодная и хищная. — Пусть попробуют ещё.

Я сглотнула и опустила взгляд в миску. В такие минуты его уверенность пугала больше всего: инквизитор говорил так, будто законы для него — всего лишь неудобная бумажка.

— А я тут при чём? — спросила тихо, всё ещё ковыряя ложкой капустные куски.

— При том, — он снова откинулся назад и, будто между прочим, сделал глоток кваса, — что мне нужен некромант. Даже если она косится на меня, как на последнего проходимца.

Я уставилась на своего напарника, не веря собственным ушам.

— То есть ты меня втягиваешь в это безумие?

— Никто тебя не втягивает, — он пожал плечами, как будто речь шла о пустяке. — Ты сама идёшь рядом.

Внутри меня всё закипело. Да как он смеет?! Но одновременно где-то глубоко в груди теплилось странное ощущение: Фонтийский ведь прав. Я действительно шла за ним сама. И это пугало больше, чем все его тайные замыслы.

Не успела я доесть похлёбку, как к нашему столу подскочил мальчишка в потерянном на чужое плечо жилете, запыхавшийся и румяный, с торчащими во все стороны вихрами.

— Господин инквизитор, дилижанс готов... — выпалил он, запинаясь. — К отправке в столицу!

Ригард кивнул, даже не удостоив мальца улыбкой. Я же торопливо схватила кружку и одним махом допила узвар — холодный, терпкий, с лёгкой кислинкой, он показался божественным после болотной воды.

— Пошли, — бросил маг, и я поспешила за ним, чувствуя, как вся таверна будто выдохнула с облегчением, когда мы покинули зал.

Мальчишка бежал впереди, петляя по узким улочкам Ручейков. Казалось, он специально выбирал самые кривые закоулки, где я рисковала споткнуться на каждом шаге. То сворачивал за покосившийся сарай, то нырял в переулок, где над головой грозно скрипели балки. Я пару раз уже собиралась возмутиться, что он ведёт нас кругами, но Ригард шёл спокойно и уверенно, и я предпочла молчать, стараясь не отстать.

Наконец мы вышли на просторную площадь, и я замерла. Перед нами стоял дилижанс — настоящий красавец. Высокие лакированные борта, резные фонари по бокам, крыша блестит смолёной чёрнотой, колёса окованы железом. Даже герб столицы выведен золотом на дверце. Я-то ожидала скрипучую телегу с сеном, а тут — прямо транспорт для знати.

Возница, представительный мужчина с аккуратной бородкой, почтительно склонил голову перед Фонтийским. Тот молча сунул ему несколько монет, и я вдруг осознала, что у меня нет ни единой копейки. Ни мелкой, ни крупной. А если бы я решила сбежать? Смешно. Не уйдёшь далеко, когда у тебя даже на крошку хлеба не хватит. От этой мысли внутри неприятно кольнуло.

— Прошу, — коротко сказал Ригард, пропуская меня к дилижансу.

Я забралась внутрь и удивлённо выдохнула. Салон был просторный, с мягкими сиденьями, обтянутыми тёмной тканью. Никаких жёстких лавок, никаких грязных стен — только уют и вполне себе комфорт. Да это же… лимузин на минималках!

Я не удержалась и нервно хохотнула, прикрыв рот ладонью.

— Что смешного? — приподнял бровь мой напарник по несчастью, усаживаясь напротив.

— Да так… — отмахнулась, чувствуя его заинтересованный взгляд, который будто пытался докопаться до самой сути моей мысли. — Просто… не ожидала.

Дилижанс мягко тронулся, и я, вжимаясь в сиденье, украдкой скосила глаза на своего спутника. Он выглядел предельно спокойным и собранным, словно даже эта поездка была частью его тщательно продуманного плана. А вот я никак не могла избавиться от ощущения, что меня снова затягивает в водоворот, из которого уже не выплыть.

Я уже собиралась расслабиться, решив, что едем вдвоём, но нет — наш транспорт остановился на одной из улочек поселения, и внутрь поднялись ещё трое пассажиров. Все как на подбор, словно вышли с картинок из ярмарочной газеты: мужчины в богатых камзолах, расшитых золотыми нитями, и дама в пышной юбке, переливающейся так, будто её ткали из самого утреннего тумана. На шее женщины болталась целая гроздь драгоценностей, а причёска была такой высокой, что я всерьёз задумалась, как она пройдёт через дверной проём.

Незнакомцы оглядели салон с привычным чувством собственного превосходства и, заметив нас, слегка поморщились. Особенно на мне задержали взгляды подольше, и я уже успела поймать в их глазах смесь брезгливости и недоумения. Ну да, некромантка в компании инквизитора вряд ли выглядела как «правильное» соседство для таких «избранных».

Я упрямо вскинула подбородок, изображая, что меня это не заботит.