Ох уж эти иномирянки! - Юлия Викторовна Меллер

— Могу ли я ещё раз увидеть это?

— Конечно.

После просмотра, он откинулся на спинку стула и надолго задумался. Оля отошла, чтобы попросить Настасью купить в трактире пирогов с морсом.

— Ольга Дмитриевна, — позвал её Головин, — поверить не могу, что можно летать на тех конструкциях. У нас вызвал фурор воздушный шар, а тут… — советник растерянно развёл руки. — И сама песня… впечатлен, очень.

Оля понимающе улыбнулась. Она видела, что Всеволод Аристархович раскраснелся и в его глазах было потрясение, которое он не мог выразить словами. Чтобы не смущать советника, она поддержала тему про военную технику:

— Я не знакома с историей самолетов, но вы видели чуть ли не изначальные модели. Конструкторы тех времен не одно десятилетие подбирали оптимальную форму крыла, совершенствовали простенькие двигатели, поднимали свои модели в воздух и все равно видели только недостатки. А потом началась война — и всё быстро стало развиваться. Я вам сейчас включу ещё несколько современных мне песен с военной тематикой. Там вставлены кусочки съёмки настоящих учений.

— А я что смотрел?

— Там были актеры и очень хорошего качества рисованные картинки.

Головин понятливо кивнул и приготовился смотреть дальше. Вскоре он попросил бумагу и перо.

— Всё другое! — покачивая головой, пояснил он. — Я предполагал, что в будущем могут появиться самодвижущиеся коляски, правда, до летательных аппаратов из металла не додумался. Но какое у вас оружие! А как одеты ваши воины! Всё это надо показать воеводам императора.

Ольга грустно улыбнулась и покачала головой:

— Я пыталась показать Орлову, но он не мог воспринимать информацию с планшета. Это что-то психологическое: когда видишь нечто необъяснимое, но не несущее угрозы, то мозг словно бы выключается.

— Сомнительно, но… — Всеволод Аристархович нахмурился.

— Другого объяснения у меня нет. Давайте я покажу запись с прогулкой по нашей Казани. Я собиралась туда съездить, но не получилось, поэтому знакомилась с городом через экран.

И вновь Головин смотрел, делал пометки и думал.

— Может отдохнете, Всеволод Аристархович? Из трактира горячего морса с пирогами принесли.

— Да, пожалуй, — советник снял очки и потёр переносицу.

— Признавайтесь, я выиграла наш спор? — предвкушая ответ, Ольга улыбалась.

— Я безоговорочно повержен, — признался он. — До сих пор отчёт капитана казался мне несусветной околесицей, тем более он сам ничего не мог объяснить. Но теперь я понимаю, что именно он так коряво пытался описать.

— А мой рассказ, который вы записали, вам тоже показался чушью?

— Ольга Дмитриевна, вы внесли некую ясность в доклад Орлова, но всё походило на сказку. Я мысленно допускал, что прогресс не стоит на месте, однако же всё было слишком нереальным. Ваша Земля ушла далеко вперёд, а Мёртвый мир ещё дальше. Я согласен с вами, что мозг может отказаться перерабатывать такой пласт информации.

— Но ваш мозг не отказался, — справедливо заметила Оля, с уважением поглядывая на него.

Головин стеснительно пожал плечами и с удовольствием взялся за пироги. Ольга составила ему компанию и начала искать видео из Мёртвого мира. По ее просьбе городской Искин закачал ей на планшет часто попадающих в его мир тварей, чтобы она изучила их повадки. В видео попали кадры с городом.

— Я думаю, что вы можете ещё вот это посмотреть и пожалуй, всё.

— На большее не хватит энергии? — забеспокоился он.

— Останется немного, чтобы вы могли показать хоть что-то непосредственно начальству.

— Вы предусмотрительны.

— Не хотелось бы, чтобы ваши отчёты приняли за сказку, — с иронией повторила она его слова. — Но у вас мало времени.

— А нельзя ли ваш планшет напитать энергией у нас?

— Теоретически это возможно. Электричество у вас уже изобретено, осталось только как-то его перекачать его в планшет. Но на практике он сгорит при попытке дать ему энергии.

— Не понимаю.

— Я не инженер, но думаю, что в планшет необходимо передать определенное количество ровным потоком. Вряд ли ваши учёные уже научились измерять электричество.

— А как вы кормили его в Мёртвом мире?

— Там смотритель сам регулировал электричество для зарядки планшета.

Перекусив, Головин вновь уселся за просмотр. В этот раз он сам его включил, нашёл видео, остановил в нужный момент для зарисовок и продолжал смотреть.

— А быстро вы освоились, — восхитилась Ольга. Её искренние слова отозвались теплом в душе советника.

— Я вынужден забрать у вас планшет, — как можно мягче произнёс он.

— Так для этого я вас и учу им пользоваться. У меня все файлы подписаны, и я прошу вас только об одном: не любопытствуйте в моих фото.

— Обещаю, — серьёзно ответил он.

— Вы не подумайте, что я что-то скрываю, но вам будет жаль тратить заряд на всякую ерунду и… впрочем, давайте я кое-что покажу и вы сами поймете…

Ольга открыла фото, сделанные несколько лет назад в Италии и сразу же убедилась, что была права, упоминая неловкость — люди были одеты слишком открыто для этого времени.

— Это такая мода? — поправляя ставший тугим воротничок, уточнил Головин.

— Это даже модой не назвать. На улице жарко, и все идут в том, что им удобно.

— Я понял. Вы правы, моему начальству не нужно это видеть.

— У меня внесено в планшет много книг. Если бы был полный заряд, то я бы посоветовала вам почитать про попаданцев в прошлое или в другие миры. Это помогло бы вам настроиться на то, что ничего невозможного нет.

Головин ничего не понял, но согласно покивал, а потом спросил:

— Ольга Дмитриевна, вы понимаете, что после того, как я сделаю доклад о разведке Орлова и расскажу о вас, то будет принято решение повторить вылазку.

Оля уже не раз думала об этом. Она ставила себя на место начальства, представляла, какие перспективы может открыть изучение высокоразвитого мира и понимала, что без проводника не обойдутся. И хоть первые дни показали, что местное руководство не осознало, какие плоды дала разведка, то Головин всё понял.

— Вам необходимо изучать Мёртвый мир, — констатировала она очевидное и постаралась как можно небрежнее пожать плечами, как будто ей не страшно возвращаться туда.

— Да, и без вас… — он с сочувствием посмотрел на неё, не смея продолжать.

— Без меня вашей следующей группе будет сложно, — закончила она за него.

Головин стал чрезвычайно серьёзным. Он хотел сказать Ольге Дмитриевне, что будет настаивать на тщательной подготовке группы, основывающейся на полученных данных, и тогда её участие может не понадобиться, но промолчал. Его покровителю стоило больших трудов добиться от императора создания отдела, изучающего прорывы, а уж послать туда разведчиков...

Во дворце предпочитали не замечать проблемы. Пространственные разрывы открываются исключительно в тихих местах, а вырывающиеся оттуда твари уничтожаются