Демоница из статуэтки клана Чи Су - Бай Сюли

способностью к игре. У неё не хватало для этого прилежания, и наставник Минж частенько ставил ей это в укор. Кроме того, она плохо помнила эту сложную мелодию, часто сбивалась, а струны под её пальцами противно стонали.

Когда музыка стихла, наставница Мейфенг притворно зацокала языком.

– Это никуда не годится, юная ученица Юй! Что за игра? Кто вас обучал? Вашему учителю должно быть стыдно!

Глаза Цин вспыхнули гневом. Как она смеет так говорить о наставнике Минже? Да она не стоит его мизинца!

Госпожа Мейфенг покачала головой, потом прошла к своему столу и, взяв оттуда деревянную дощечку, вернулась к Цин.

– Ваши руки, госпожа Юй, – всё с той же ледяной улыбкой на губах попросила наставница Мейфенг.

Цин смотрела на неё, но во взгляде наставницы горело лишь нетерпение.

– Не заставляйте меня ждать! Это лишь увеличит ваше наказание!

Цин отложила пипу в сторону и вытянула руки вперёд, сразу же ощутив, как широкая дощечка опустилась на её ладони. Кожу обожгло, а улыбка на лице наставницы Мейфенг стала шире. Из неё так и сочился яд.

Лишь лютая ненависть не позволила Цин вскрикнуть.

– Вы сбивались, – проговорила она, и очередной удар прошёлся по рукам Цин. – Вы играли недостаточно хорошо! – Снова удар. – Вы не справились, юная ученица Юй!

Ещё удар.

У Цин чесались руки, так ей хотелось выхватить дощечку у небожительницы и пройтись по её лицу. О, она бы с огромным удовольствием заставила госпожу Мейфенг молить о пощаде! Но сейчас она могла лишь молча сносить удары. Ещё не пришло время. Сначала нужно получить артефакт, а потом она поквитается с небожительницей! За всё.

– И вот ещё что, юная ученица Юй, – произнесла напоследок наставница. – На моих занятиях должны присутствовать все! Уясните это!

Последний удар, самый сильный, обжёг Цин руки, и она прикусила кончик языка, чтобы не вскрикнуть.

– Я больше не задерживаю вас! – отойдя от неё, сказала наставница, храня на лице улыбку. – В следующий раз подумайте хорошенько, прежде чем пропускать занятия!

Цин поднялась со своего места и направилась в сторону выхода. Руки горели, а в душе поднималась новая волна злости.

В комнату возвращаться не хотелось. К ней сразу же явятся Юйси и Мэн Яо и пристанут с расспросами, на которые Цин нехотела отвечать. Словно во сне она уходила всё дальше от коридора, где находились их спальни. Она брела сама не зная куда, пока в конце концов не оказалась на балконе второго этажа.

Холодный воздух остудил лицо, а хмурый дождь припустил ещё сильнее. Подойдя к деревянной балюстраде, выкрашенной красной краской, Цин уставилась вдаль. Представший перед ней пейзаж понемногу успокаивал и приводил в чувство. Деревья вокруг всё ещё покрывала густая зелень, но воздух уже пах по-осеннему – влажной землёй и приближающимся холодом.

Время, которому Цин потеряла счёт, шло, а она всё продолжала стоять на балконе. Её одежда совершенно не подходила для прогулок по улице, и вскоре холодный вечерний воздух стал пробираться под тонкую ткань. Цин зябко повела плечами. Руки до сих пор болели и в придачу замёрзли.

Вдруг позади скрипнула дверь, что вела на балкон, а миг спустя она услышала голос Юшенга:

– Цин!

Она даже не обернулась, продолжая разглядывать Ли-Сянь, тонувший в сумраке.

– Юйси тебя повсюду ищет. Она сказала, что тебя весь день не было в комнате, – оказавшись рядом с ней, сказал он. – Ты что, всё это время была здесь?

В этот момент Цин порадовалась, что не пошла к себе. Выходит, она успела хорошо изучить демоницу.

– Цин? – снова позвал он, повернув её лицо к себе за подбородок. Тёплые пальцы соприкоснулись с холодной кожей, обжигая лицо. – Что случилось?

– Ничего, – ответила она, отворачиваясь.

– Тогда почему ты стоишь здесь? – Он окинул её внимательным взглядом, будто хотел убедиться, что на ней нет повреждений. – Здесь холодно, а на тебе лишь тонкий шёлк. Да ты замёрзла!..

Юшенг осёкся, заметив её руки.

– Цин, что?..

– Ну что ты пристал? – отмахнулась она от него. Отчего-то ей захотелось разрыдаться, и это лишь сильнее разозлило Цин. Её голос сделался жёстче. – Зачем ты сюда вообще явился? Оставь меня!

– Кто сделал это с твоими руками? – не отступал он. Потом, словно опомнившись, снял с себя светло-серый плащ и накинул его на плечи Цин. – Это наставница Мейфенг? Это она сделала? – Лицо Юшенга перекосило от злости. Цин впервые видела, чтобы его обуревали такие низменные эмоции. Обычно Юшенг бывал более сдержан. – Твои руки ещё не до конца зажили! Она не имеет права! Я сейчас же поговорю с ней!

– Юшенг! – позвала Цин, схватив его за руку. Её тонкая ледяная ладонь коснулась его тёплой руки, стремясь остудить его пыл. Он замер, глядя на неё. Впервые со дня их знакомства она назвала его просто по имени. Не «хранитель Юшенг», не «Ван Юшенг» и даже не «великий хранитель Юшенг». А просто Юшенг. Имя легко сорвалось с её языка. – Не надо…

Он долго стоял и всматривался в её лицо, но потом всё же кивнул.

– Хорошо, – согласился наконец. – Я ничего не скажу, если ты позволишь мне преподать тебе несколько уроков игры на гуцинь, чтобы избежать такого в будущем.

Её лицо вспыхнуло. Она вспомнила слова Юйси и Мэн Яо.

– Это не самая удачная идея. Мы и так проводим слишком много времени вместе. Пойдут разговоры…

Юшенг осторожно коснулся её ладоней, будто хотел забрать себе её боль.

– Вот уж и не предполагал, что моё общество так коробит тебя, госпожа Юй Цин!

Теперь настал черёд Цин всматриваться в его лицо. Почему он так добр к ней? Зачем ему всё это нужно? Он же из клана Хутао! Из клана Хутао! Может, это какая-то уловка? Может, он понял, что она не та, за кого себя выдаёт? Неужели он вознамерился разоблачить её?

Цин шумно выдохнула, пытаясь разгадать его намерения, но у неё ничего не выходило. Помыслы Юшенга оставались для неё неведомы. И всё же, чтобы он там ни задумал, она не ощущала, что Юшенг опасен для неё.

Помолчав ещё минуту, Цин, наконец, кивнула и позволила ему увести себя с балкона, где свирепствовал холодный ветер.

Глава 17

Звуки музыки, что наполняли комнату секунду назад, смолкли. Цин отняла пальцы от струн, повернулась и вопрошающим взглядом уставилась на Юшенга, сидевшего рядом с ней.

– Уже лучше. Гораздо лучше! Ты делаешь успехи, юная ученица Юй Цин, – подражая строгому голосу наставницы Мейфенг, похвалил он её.

Цин поджала губы, не оценив