Демоница из статуэтки клана Чи Су - Бай Сюли

– Цин, ты уверена? – уже в который раз нервно переспросила Лан-Лан. Затея с проникновением на третий этаж пришлась ей совершенно не по вкусу. Она так и заявила об этом. – Может, не стоит так рисковать?

Но Цин лишь уверенно кивнула, не собираясь менять своего решения.

Лан-Лан ничего не оставалось, кроме как осторожно толкнуть дверь. Та бесшумно подалась под её пальцами, и лисица выскользнула в коридор. Цин незаметной тенью последовала за ней.

Сейчас в коридоре было тихо и пусто, лишь цепочка фонарей освещала пространство вокруг. Совсем скоро распределитель Тенгфей погасит добрую их часть, оставив на ночь лишь несколько, и коридор утонет в полумраке.

Стараясь не издавать ни единого звука, они прошли в крыло, где располагались мужские спальни, а уже оттуда небольшими перебежками попали к широкой лестнице, что вела на третий этаж. Наверху находились комнаты наставников. Только сейчас, глядя на лестницу, сокрытую темнотой, Цин осознала, что прошло уже больше месяца, как она находилась в академии, но ей так и не довелось побывать на третьем этаже. Да, распределитель Тенгфей предупредил, что ученикам туда вход воспрещён, но когда это Цин останавливали глупые правила? Очевидно, пришла пора исправить это упущение.

Постоянно оглядываясь и прислушиваясь к каждому шороху, они с Лан-Лан, точно две воровки, поднялись по лестнице, оказавшись в самом начале длинного ломаного коридора. Здесь было куда светлее, чем на втором этаже, что совершенно не обрадовало Цин. К счастью, на пути им никто не встретился. Наставники, как и ученики, разбрелись по своим комнатам.

Жестом приказав Лан-Лан не шуметь, Цин пошла вперёд. Сердце в её груди безумно колотилось. Если кто-то из наставников сейчас застанет её здесь, то быть беде. Большой беде! Они незамедлительно сообщат в храм Гунь-Тао о проступке их «подопечной», а там и вскроется правда, что в храме знать не знают ни о какой Юй Цин. Ведь она бывала в храме всего один-единственный раз, в тот день, когда стащила их жетон.

Цин тряхнула головой, стремясь отогнать непрошеные мысли, заставляющие её нервничать ещё больше, и сосредоточилась на поиске хранилища.

Юшенг упоминал, что комната находится в самом конце коридора. Что ж, у Цин не было причин не верить ему. За всё время их знакомства он ей ни разу не солгал.

– Куда нам идти, Цин? – прошептала Лан-Лан. Лисица жутко нервничала, покусывая губы, и это не укрылось от Цин.

– Прямо до конца, – указала она направление.

Не мешкая, они направились вперёд. Звуки их тихих шагов были почти неразличимы. Сквозь открытое нараспашку окно, что осталось позади, в коридор поступал прохладный воздух улицы. Они успели пройти совсем немного, когда услышали приглушённые голоса. Лан-Лан вздрогнула, в то время как Цин замерла, прислушиваясь.

Определённо голоса раздавались из-за угла, дальше по коридору.

Лан-Лан взглядом показала, что им лучше уносить отсюда ноги. Да поживее! И Цин бы впору послушать лисицу и бежать обратно в комнату, но… будто что-то удерживало её здесь, в этом коридоре.

Словно находясь под гипнозом, Цин стала на цыпочках красться вдоль стены, чтобы увидеть говоривших. Она добралась до того места, где коридор делал поворот, и остановилась. Прижавшись к стене, осторожно выглянула.

Возле одной из дверей стояла наставница Мейфенг, держа в руках гуцинь. Она с особым трепетом прижимала инструмент к своей груди, словно он был её ребёнком. Рядом с наставницей стоял высокий темноволосый мужчина в таких же белоснежных одеждах, что и госпожа Мейфенг. Из своего укрытия Цин могла разглядеть лишь их профили, очерченные светом фонарей. Но что-то в облике мужчины показалось Цин знакомым. Могла она видеть его раньше? Если бы он только повернулся и она сумела бы разглядеть его получше!..

– Я так рада, что ты не забыл привезти мне гуцинь! – ласковым голосом прошелестела наставница Мейфенг, с нежностью поглаживая инструмент.

Пальцы Цин сильнее вжались в стену, словно она вознамерилась отломить кусочек.

– Как только генерал Хоу Хонг позволил мне отлучиться, я сразу направился к тебе в академию, – отозвался мужчина.

– Помнишь, ты ведь сам сделал этот гуцинь для меня? Я им очень дорожу!

– Разумеется, помню, Мейфенг! И я был весьма удивлён, когда обнаружил, что ты не взяла с собой инструмент! Ты ведь с ним почти никогда не расстаёшься!

Цин была уверена, что уже слышала этот голос и эти интонации в нём раньше. Неужели это?.. Додумать мысль ей не позволила госпожа Мейфенг, вновь заговорив.

– Гуйин, – проворковала она, развеивая всяческие сомнения Цин. Её будто окатили ледяной водой. Сюань Гуйин. Мужчина, что стоял перед госпожой Мейфенг, и вправду был женихом её сестры Сиу. Теперь же он муж наставницы Мейфенг. Выходит, это вовсе не совпадение. – Знаешь, я всё хотела у тебя спросить. Ты помнишь, как звали ту демоницу из Бездны, которую прочили тебе в жёны?

Кровь в жилах Цин заледенела, а тело стала сотрясать мелкая дрожь. Она говорит о Сиу? Наверняка о ней!

– Жена моя, о чём ты только думаешь? Какая ещё демоница? – обхватив ладонями лицо наставницы, вопрошал господин Гуйин. – С чего ты вообще вспомнила о ней?

Дыхание Цин перехватило. И впрямь. С чего бы вдруг госпожа Мейфенг стала вспоминать о Сиу спустя столько лет?

– Да вот что-то вспомнилось на днях. Кажется, появление небесного светила Сяоцянь сулило вам с этой демоницей крепкий союз. Выходит, порой даже Небеса ошибаются! – хохотнула в ответ наставница. – Так как её звали? Сусу?

– Я уже и не помню! – слишком громко рассмеялся Сюань Гуйин, заставив Цин сильнее вцепиться похолодевшими пальцами в стену. – Да и почему я должен о ней помнить?

Он даже не запомнил имени Сиу! Мерзавец! Цин затрясло от ненависти, и лишь ладонь Лан-Лан удержала её от порыва броситься на господина Гуйина. Повернувшись, Цин наткнулась на взгляд лисицы, умоляющий её не делать глупостей. Глубоко вдохнув, Цин снова вжалась в стену.

Господин Гуйин между тем продолжил:

– Их вероломный и жестокий клан был полностью истреблён!

Цин тут же захотела убедить его в обратном, но сдержалась. Ничего, скоро этот гнусный предатель поймёт, как заблуждался. Возмездие клана Чи Су настигнет его!

– Разве о них ещё кто-то помнит? – усмехнулся он.

– Как видишь, я помню!

– Мейфенг, ну зачем ты вообще заговорила об этом? – рассердился господин Гуйин. – Ты ведь прекрасно знаешь, что я не желал этого союза с демоницей!

В его голосе сквозило неприкрытое презрение.

Цин будто ударили со всего маху в живот. Лжец! Какой же он лжец! Цин ещё не забыла, какими глазами Гуйин